Шелковый соблазн - Ивонн Линдсей

— Можешь повесить свои вещи либо здесь, либо в комнате для гостей. А если захочешь что-нибудь положить на полки, то просто смахни мое барахло в нижний ящик.

— А ты точно не против? — уточнила Эйвери, не совсем хорошо представляя, как вести себя в подобной ситуации.

— Конечно, ведь не складывать же тебе каждый раз все в чемодан. А пока ты устраиваешься, я пойду добуду нам чего-нибудь перекусить.

— Спасибо, а то я уже с голоду скоро умру. — Когда они уезжали из Лондона, было еще слишком рано для завтрака, а обед в самолете она проспала.

— Так я и думал. Как насчет омлета?

Эйвери изобразила, как падает в обморок от восторга.

— Ну так я приготовлю, — повторил Маркус и ушел.

Тогда Эйвери аккуратно переложила все вещи Маркуса в нижний ящик, отнесла косметичку в ванную комнату, положила ее на практически пустую мраморную полочку под зеркалом. Пусть у него и оказалось куда меньше вещей, чем она думала, зато, как она и ожидала, все они просто превосходного качества.

Потом она пошла на кухню, и божественный запах жареных овощей и яиц сразу же опьянил ее.

— Пахнет весьма аппетитно, — заметила Эйвери, усаживаясь на высокий стул перед гранитовой столешницей. — А я и не знала, что, помимо всего прочего, ты еще и отличный повар.

Маркус переложил омлет на подогретую тарелку и с улыбкой передал ей:

— Я вообще очень талантливый человек. Эйвери отправила кусочек омлета в рот и блаженно застонала:

— Просто божественно, спасибо тебе.

— Всегда пожалуйста.

— А где ты так научился готовить? — спросила она, смакуя омлет. Это явно не обычный холостяцкий перекус.

Но Маркус лишь пожал плечами:

— Да нигде в общем-то. Просто когда я учился в колледже, мне постоянно приходилось подрабатывать, в том числе и на кухне. — И Маркус назвал один из самых известных бостонских ресторанов. — А пока я там работал, научился парочке полезных трюков.

Эйвери удивленно уставилась на свою опустевшую тарелку. Она даже и не заметила, как все съела.

— Да, ты явно времени даром не терял, — немного смущенно усмехнулась она.

— Держи, можешь и мой съесть, — предложил Маркус, протягивая ей свою тарелку.

— Ты уверен?

— Конечно, уверен. Знаешь, ты вообще как-то очень часто спрашиваешь, уверен ли я в своих поступках. Вот только когда я что-то делаю или предлагаю, я всегда полностью уверен в своих словах и поступках.

— Приятно это слышать, — заверила Эйвери и принялась за вторую порцию, жадно поглядывая на то, как Маркус вновь принимается за готовку. А потом, когда он снова уселся возле нее с омлетом на тарелке, она спросила: — А куда мы идем сегодня вечером? Что это за мероприятие?

— Вечеринка в честь того, что нам достались права на распространение последней рукописи Д.Б. Дунбара. Ты про него когда-нибудь слышала? Я не слишком люблю фэнтези, но внуки миссис Джексон его просто обожают. А я и не знала, что у него осталась неопубликованная рукопись. Ведь, кажется, Дунбар умер очень рано? Авиакатастрофа или еще что-то в этом роде?

— Да, авиакатастрофа в Индонезии, ему тогда было всего тридцать лет. Но, как бы там ни было, эта рукопись считается одним из самых ценных произведений поп-культуры, обращающихся сейчас на рынке.

— Теперь эта рукопись досталась «Ваверли», и вы в честь этого устраиваете вечеринку? Вы всегда так делаете? — спросила Эйвери, поднимаясь и ставя тарелку в посудомоечную машину.

— Обычно нет, но сегодня я полностью согласен с Анной. Нам просто необходимо собраться вместе и хорошенько повеселиться, ведь в последнее время мы очень часто мелькали в новостях, и далеко не всегда о нас там отзывались хорошо, — мрачно пояснил Маркус.

— Вас пытаются оклеветать?

— А почему ты спрашиваешь?

— Потому что я тоже иногда общаюсь с миром и хорошо знаю репутацию «Ваверли». Ведь если бы я не доверяла вашей фирме, то ни за что не согласилась передать вам отцовскую коллекцию. Я читала новости, и мне показалось, что все эти нападки надуманны.

— Ты права, и именно поэтому мы должны показать, что вся та грязь, которой нас пытаются облить, не произвела на нас никакого впечатления.

— И когда мы должны туда прийти?

— Вечеринка начнется в восемь.

Эйвери взглянула на свои часики с бриллиантами:

— Так, значит, у нас еще есть достаточно времени?

— А ты думаешь о том же, о чем и я? — улыбнулся Маркус.

Эйвери неторопливо подошла к нему, взяла его руку, поднесла к губам и легонько пососала кончик его указательного пальца.

— А о чем ты думаешь?