Сводные. Эксперимент - Эльвира Осетина

Поздоровавшись с домохозяйкой Людмилой, накрывающей на стол, мы принялись за еду.

Я всё смела со своей тарелки за несколько минут, в отличие от Миши, который ел очень медленно, словно время тянул специально.

Пришлось маяться и ждать его, пока он всё доест.

— Может быть, хочешь десерт? — спросил он меня, когда Людмила пришла забирать тарелки.

— Нет, — покачала я головой.

— Ладно, — вздохнул Миша. — Тогда поехали.

Я чуть не подпрыгнула от радости прямо на стуле. Кое-как заставила себя сдержаться.

На улице нас ждали две машины, сумку у меня забрал Миша и сам лично убрал её в багажник нашего автомобиля.

А затем помог мне забраться в неё.

Ехали мы долго в гробовой тишине.

Я даже дорогу не стала запоминать и, лишь когда мы въехали в город, выдохнула от облегчения. Неужели я буду дома?

Даже не верилось, что всё так просто…

Только мы подъехали не к моей квартире, а к совершенно другому дому, находящемуся в другом районе города и, судя по охране, закрытому двору и внешнему виду, очень недешёвому.

— Что мы тут делаем? — не поняла я.

— В твоей квартире тебе жить опасно, поживешь временно в нашей, — начал объяснять мне Миша.

— Вашей? — удивлялась я.

— Мы купили её пару месяцев назад. Иногда я или Слава тут ночуем. Так удобнее, не надо долго добираться до дома за городом.

Я уже хотела спросить, будут ли они здесь жить и дальше, но Миша продолжил объяснять, не дав мне и рта раскрыть:

— За платежи не беспокойся. Мы полностью берем на себя этот вопрос. Раз в неделю будет приходить домработница — делать уборку.

— Мне не нужна, я сама могу, — начала я, но Миша меня прервал:

— Там два этажа, пять комнат, бассейн на крыше и площадь двести квадратов.

У меня сам собой рот открылся от легкого шока.

— Зачем мне такая здоровая квартира?

— Затем, что мы так решили, — пожал плечами Миша и, посмотрев на меня, сказал: — Ну что, идешь или назад возвращаемся?

— Мне можно будет выходить в город или я опять под замком? — решила уточнить я.

— Можно, — кивнул Миша, — только предупреждаю: решишь убежать — найдем и вернем обратно в поселок. Будешь жить там.

— Я не буду убегать, — выдохнула я, понимая, что это всё же какая-никакая, но свобода.

— Пообещай, — продолжил давить меня Миша своим взглядом.

— Обещаю, — ответила я.

— Тебя проводят мои парни, — сказал он, помогая мне выбраться из машины. — И еще в смартфоне, что дал тебе Константин Дмитриевич, есть два номера: мой и Славин. Если будут какие-то проблемы, звони в любое время дня и ночи. А это, — он вытащил конверт из внутреннего костюма своего пиджака, — твоя карта. На ней пятьсот тысяч долларов и пин-код.

Он вручил мне конверт прямо в руки и отвернулся.

— Ты не пойдешь? — удивленно посмотрела я на него.

— Нет, — качнул он головой и, открыв дверь, сел в машину, не глядя на меня.

Даже «пока» не сказал.

И это почему-то задело меня.

Но, мысленно дав себе пару пинков, я решила не тормозить и отправиться в новое жильё. Конверт на автомате засунула в карман ветровки.

Мою сумку вытащил охранник, мы зашли в дом. Консьержу охранник объяснил, в какой квартире я буду жить, и дал меня сфотографировать, чтобы тот по смене передал, затем мы вошли в лифт, мне выдали ключ-карту и показали, как ею пользоваться.

И когда мы приехали, то вышли прямо в квартиру, а не в подъезд, как я думала.

Быстро пробежались по всей здоровенной квартире, даже на кухне побывали, холодильник открыли и убедились, что тот забит продуктами.

А затем, попрощавшись, охранник просто ушел.

А я осталась одна в этой огромной квартирище с кучей комнат и даже с выходом на крышу, где был здоровенный бассейн под стеклом и шезлонги.

Стало ужасно одиноко и холодно в этом громадном жилище.

Поежившись, я отправилась искать себе комнату, в которой буду спать.

Всего спальни было четыре. Две громадных на втором этаже и две чуть поменьше — на первом.

Те, что на втором этаже, явно принадлежали моим братьям. Я даже заметила там следы их пребывания. Одежду в гардеробных комнатах и разные мыльно-рыльные принадлежности в ванных.

Еще на втором этаже я обнаружила два кабинета с удобными диванчиками и огромной кучей книг на полках до потолка.

А в тех спальнях, что я нашла на первом этаже, явно никто до этого не жил.

Я выбрала ту, что поменьше, и решила поселиться в ней. Ванные на первом этаже были девственно пустыми, если не считать полотенец и махровых халатов, поэтому я решила сразу же прогуляться до торгового центра, чтобы купить себе зубную щетку, пасту, шампунь и мыло для тела. Ну и косметики по мелочи.

А заодно хочу убедиться, что я тут не пленница и меня не обманули, сменив одну тюрьму на другую.

Долго думала, брать ли с собой сумку с вещами, но решила, что не стоит таскаться с ней в торговый центр, и отправилась налегке, перед этим вытащив карту и забив себе пин-код в телефон, чтобы не забыть.

Вернулась через тридцать минут, расставила все вещи по полкам, уселась на свою постель и бездумно посмотрела в панорамное окно — во всю стену — на потрясающий закат.

В жизни не видела ничего прекраснее и в жизни не чувствовала себя более тревожно, чем сейчас.

Мне бы радоваться, прыгать до потолка, что я свободна, а я всё равно чувствую себя так, будто из одной тюрьмы меня перевели в другую. Более свободную, чем раньше.

Удивительно. Раньше и не думала куда-то уезжать из города, а вот сегодня, особенно когда я в банкомате убедилась, что деньги действительно на моем счету имеются, поняла, что ужасно хочу это сделать.

Кое-как преодолела это желание, заставив себя успокоиться и думать адекватно.

Нельзя мне сейчас убегать. Нельзя.

Глава 7

Рано утром я проснулась от звонка смартфона. Даже не сразу поняла, что это за звук такой, и где-то с минуту тупила, а затем, все же заметив, что телефон светится на тумбочке возле кровати, рассмотрела имя звонившего и ответила.

—