Любовь (не) навсегда. У тебя есть дочь - Мила Гейбатова

Добавляю искренне и в порыве сжимаю его руку своей ладонью. Вот он, живой человек рядом, и не сбегает. Эмоциональных качелей нет, и требований. Пока, по крайней мере.

И расстаться с ним будет легче. Не привязана ни душой, ни обстоятельствами. Удобно.

– Не за что, Белла. Я хотел вызвать у тебя восхищение, а что, как не матерь–природа способна поразить нас в самое сердце.

– Особенно, если человек приложит свои усилия для лучшей подачи.

– Верно.

Мы смотрим друг другу в глаза. Абати гладит мою ладонь. Все прекрасно. Идиллия.

– Мам, а твой принц не хочет нас тоже куда–нибудь сводить? Я бы сравнила их с королем, – говорит дочь, разрушая момент. Да вообще все разрушая.

Глава 34

Совместный день тогда так и не превратился в вечер. Может, и к лучшему. Не готова я из огня да в полымя. Хотя какой там огонь, и полымя такое себе.

Предположительно плохо понимающий русский Абати сразу просек, про какого принца вещала Мила. А, может, дело не в нем, а в самом слове, звучащем похоже во многих языках.

К счастью, сцен устраивать он не стал. Не те отношения. Но губки поджал и недовольно глазками стрельнул.

А я, а что я? Внутренне выдохнула. Одно дело с мужчиной на воздушном шаре кататься, и совсем другое отношения серьезные строить. Второе – не хочу!

– О нет! – громко восклицаю, получив сообщение на почту и возвращаясь в настоящее.

– Что случилось, мамочка? – прибегает дочь из комнаты.

– Ничего, котик, чаем облилась, – указываю ребенку на кружку. Не говорить же, что пришел анализ на отцовство.

Нет, я совершенно уверена в результате. Но ведь, придется к Алексу идти. Я собиралась швырнуть листок ему в лицо. И не буду прятать голову в песок, он оскорбил нас.

В итоге полночи ворочаюсь, прислушиваясь к ровному дыханию дочки. У нее нет проблем со сном. Хорошо быть ребенком.

– Мамочка, пора вставать! У тебя будильник надрывается! – теребит меня Мила.

– А, что? – не сразу понимаю, о чем речь. – Да, котик, идем.

Бежим в сад, а потом и на работу. Здесь долго не решаюсь подойти к Витольду Сергеевичу. Я ведь не в курсе, на какой срок оговаривались мои особые условия работы, возможно, они уже закончились.

– Здравствуйте, не помешаю? – в десять утра не выдерживаю, скребусь в дверь начальника.

– Да, Анастасия, проходите, – он устало потирает глаза. Кажется, быть не в форме в понедельник – нормальное состояние каждого.

– Витольд Сергеевич, помните, был разговор о дополнительных отгулах? – решаю не тянуть.

– Помню, – он кивает.

– А можно сегодня воспользоваться? Очень надо! – горячо прошу.

Если в ближайшее время не отнесу этот дурацкий результат анализа, то взорвусь.

– Да, конечно, идите, Анастасия, – отвечает начальник довольно равнодушно, даже обидно.

Меня совсем не ценят? Не нужна им? Могу обратно на фриланс уйти!

Но вслух произношу, естественно, другое.

– Спасибо большое!

И пока Витольд не передумал, мчу к своему столу. Быстро кидаю в сумку телефон, выключаю компьютер и выбегаю из душного офиса на улицу. Надо было, наверное, еще кого–то предупредить, что меня не будет, но да ладно.

Понятия не имею, сколько времени займет разговор с Алексом. Да и эмоции, опять–таки, вряд ли будут располагать к возвращению на работу.

Мне везет. Едва подхожу к остановке, останавливается нужная маршрутка. Еще немного, и дело будет сделано. Надеюсь, полегчает, а то внутри такое ощущение, словно это я струсила, не высказав больше.

– На остановке! – поспешно кричу, едва не проехав.

Несколько сот метров, и я перед зданием, где находится фирма Маркелова. Красиво, много панорамных окон и серого цвета. Стильно, модно, но неоригинально.

– Фух, – громко выдыхаю и захожу внутрь.

Бодрым шагом пробегаю мимо ресепшн, поднимаюсь на лифте. Никому нет дела до меня. Вот и пойми, для чего у нас на входах стоит охрана, ведь они не функционируют. Я могу пронести, что угодно в своей сумочке. А для одного человека точно будет взрывом содержание того, что я ему дам.

Рядом с кабинетом Алекса пустой стол. И секретаря нет.

Совсем никто не работает? Или у них планерка?

Решительно открываю дверь и тут же вижу человека, но не того, кого хотела.

– Ты?

Глава 35

Девушка испуганно подпрыгивает. Но, заметив меня, выпрямляется, а взгляд становится злобным.

– Я! – говорит нагло Маргарита, кажется. – Ты кого хотела видеть? Александр Юрьевич занят и для тебя недоступен!

– Ты поэтому роешься у него на столе? Что ищешь? – прохожу внутрь кабинета и становлюсь рядом с истеричной девицей. – Вольную? Пока хозяин отвлекся. Или, наоборот, его хочешь привязать к себе? Только как?

С любопытством всматриваюсь в бумажки на столе Маркелова, но ничего интересного не вижу. У него страшный беспорядок в документах, тут сложно что–то найти.

– Не твое дело! – злобно выплевывает Марго. – Чего приперлась?! Уходи!

– Иди ты, у меня дело к твоему начальнику, – спокойно огибаю стол и присаживаюсь в кресло для посетителей. – Буду ждать столько, сколько потребуется.

– Тебе разве назначено? – она пытается ехидничать.

– А тебе? – передергиваю.

– Я здесь работаю вообще–то!

– Да? Серьезно? А я думала, ты по другой части, – делаю неприличный жест языком.

– Ах ты ж стерва! – кулачки Маргариты сжимаются и разжимаются. Неужели, кинется драться?

Но мне кайф, нашла, куда спустить эмоции. Эта курица – отличный приемник.

– Никто раньше так не называл, сочту за комплимент.

– Ты, да ты! – не может подобрать слова. – Иди и жди в коридоре! Видишь, нет его! – восклицает она совсем уж беспомощно.

– Не хочу. Ты тут, и я тут. Да и секретаря тоже нет, что там делать? Чужую кофемашину включать я стесняюсь. Ты, кстати, не умеешь пользоваться агрегатом? Может, угостишь нас по чашечке? А пока ждем Алекса, поболтаем, – закидываю ногу на ногу и премило улыбаюсь.

– Не дождешься! – ее аж трясет. Видно, что хочет уйти, но то, зачем она оказалась здесь, не отпускает.

Что искала девица? Шпионит на конкурентов? Маркелову сказать?

– Ну ладно, у меня есть водичка с собой, – достаю из сумки бутылку и делаю глоток. – Ты расслабься, нервы беречь смолоду надо, а у тебя уже возраст. Тридцатник есть?

Спрашиваю заботливо. Ух, нарываюсь, конечно. Никого рядом нет, эта истеричка прибить успеет, пока помощь нагрянет. Если нагрянет.

Проходит еще минут пятнадцать. Мы все также упражняемся в остроте слов и твердости взглядов. Но, наконец, Марго уходит. Ура!

Эмоции я выплеснула, пора