Я – Мелантэ - Джо Смит

Я перечитывала снова и снова, как будто могла найти в этих словах иной смысл. Как будто могла изменить их.

Я знала, что делать? Я знала, что чувствовал он? Ответом было только "да".

Пальцы сжали папирус, но я не позволила себе слёз.

Я осторожно развернула хитон, словно могла прикоснуться к нему, ощутить его присутствие в этих нитях, в каждом стежке вышивки. Моя кожа всё ещё хранила тепло его рук, и я хотела, чтобы эта ткань впитала его, сохранила в себе.

Я надела его дрожащими руками. Ткань легла на плечи, ласково, как прикосновение, охватила тело, словно была сделана не просто для меня, а из меня. Я провела пальцами по вышивке на груди, туда, где был корабль. Там билось моё сердце.

Я стояла у окна, чувствуя, как ткань хитона касается моей кожи, мягкая, как прикосновение пальцев Телемаха, как его дыхание на моей шее в ту ночь.

Он оставил мне свою тень, свою память, свой символ. Но что это значило теперь? Был ли этот хитон просто прощальным даром – или же обетом, завуалированным словами, которые он не успел сказать?

Телемах не сказал "прощай". Но он оставил мне этот хитон. И пока эта ткань цвета земли Итаки касалась меня, он оставался со мной.

Мысли бежали сплошным потоком. Жрица говорила правду. Эта связь была предопределена. Телемах – море, я – земля.

Но что происходит, когда море уходит, оставляя сушу позади?

Я сжала ткань у груди, словно могла удержать его, хоть на мгновение, хоть одной мыслью. Если мистерии Гайи правдивы… Если наша связь вплетена в нити судьбы… Тогда он должен вернуться.

Глава 21

Я не сразу поняла, что услышала душераздирающий крик. Сон ещё держал меня в своей тёплой тени, мысли текли медленно, лениво, как струи ладана в храме. Но затем второй крик – хриплый, пронзительный – разорвал утреннюю тишину.

Я замерла, кровь застучала в висках. Это был не сон, не сказка и не миф. Это была реальность.

Я сорвалась с места. Босые ноги скользнули по каменному полу, тело двигалось само, ведомое чем-то древним, сильным, чего я не могла объяснить. Хитон обвился вокруг ног, но я не замедлила шаг.

Я выбежала в коридор. Лестница была пуста, но воздух уже был пропитан запахом боя. Я спустилась вниз, сердце билось где-то в горле, руки сжимались в кулаки. Двери зала были заперты.

Телемах. Я знала это, как знала своё имя.

Я дёрнула за засов, но он не поддался. Громкий удар изнутри заставил меня отпрянуть. Сталь звенела, как набат, глухо, безжалостно. Сквозь щель я увидела, как что-то тяжёлое, возможно, чьё-то тело, рухнуло на каменный пол.

Я сжала зубы и побежала к боковому входу. Рванула в него что есть силы больше не разбирая дороги.

Зал охватил меня вспышкой яркого света, как будто я шагнула в само пламя. И внутри этого пламени бушевала битва.

Я застыла, ноги вросли в землю. Мечи. Кровь. Голоса – срывающиеся, рваные, полные ярости и боли. И среди них – Телемах.

Он двигался так, как не мог бы двигаться человек, которого я знала. Или думала, что знала. В его каждом шаге было что-то древнее, непреклонное, что-то, что шло из самой земли Итаки. Его клинок вспыхивал в свете утра, словно продолжение его самого, и каждый удар был точен, каждый выпад – смертелен.

Это был не тот Телемах, с которым я говорила в ночной тишине. Не тот Телемах, что прикасался ко мне и любил меня, не тот, кто оставил хитон с вышивкой на краю постели.

Этот Телемах был воином.

И я вдруг поняла, что ничего не знаю.

Я выросла на мифах древней Эллады. Читала с дядей древние эпосы, Гомера, верила, что в них – правда. Я знала, как должен был выглядеть этот день, как должны были сложиться события. Но вот я стояла здесь, в настоящем, и видела, как реальность смывала строки Гомера, размывала границы легенды.

Здесь не было богов, махом решающих все проблемы, не было хитроумного Одиссея.

Здесь был только человек. Человек, который сражался. Кровь застыла у меня в жилах. Я отчетливо ощутила всю реальность происходящего.

И вдруг один из женихов бросился вперёд, его кинжал вспыхнул, направленный прямо в спину Телемаха.

Я не думала, просто шагнула вперёд.

– Берегись!

Мой голос прозвучал громче, чем я ожидала.

Телемах обернулся в тот же миг. Клинок в его руке вспыхнул в утреннем свете, разрезая воздух, точно буря над морем. Мужчина перед ним застыл, будто осознав, что не успеет, а затем рухнул, хватаясь за горло.

И тут Телемах поднял голову и встретился со мной взглядом. Его глаза… Я видела их тысячи раз. Но сейчас они были другими – море перед бурей.

Я не знала, что будет дальше. Но знала одно – это мой бой тоже.

Глава 22

Я не помню битву, а может быть, прсто не хочу помнить.

Она исчезла из памяти, будто дурной сон, оставив после себя лишь пустоту и глухой звон в ушах. Я знала, что она была. Знала, что люди кричали, что сталь рвала плоть, что кровь лилась на каменные плиты дворца, но теперь всё это казалось далёким, как воспоминание, не принадлежащее мне.

Я чувствовала только одно – жар. Он исходил от стен, от пола, от раскалённого воздуха, пропитанного пылью и медным запахом. Даже кровь, запёкшаяся на коже, казалась горячей, как будто сама земля пыталась стереть её своим пламенем.

Я дрожала, но не от страха. Это было что-то другое. Что-то, чему я ещё не могла дать имя. Я знала тролько одно – такой, как прежде, мне уже не быть. В одно мгновение изменилось все во мне. Восприятие, мысли, манера говорить, думать, делиться наболевшим. Внутри, в самой потаенной глубине души, мрачной молнией случился надлом…

И вдруг я услышала сильный, мощный голос среди одуряюще звенящей тишины

– Меланте.

Звук пробился пустоту в моей голове, прорезал ее, как меч тонкую ткань.

Я моргнула. Всё вокруг снова обрело резкость.

Телемах.

Он стоял передо мной, и его рука лежала на моём плече –