Последняя роль для попаданки, или Кто убил Золушку? - Алена Ягинская

М-да, дисциплины ноль.

— А где была главная повариха, почему не контролировала отдачу? — спросил принц.

— Ее королева вызвала, обсудить, что и кому подавать, — ответили служанки.

А мне вот интересно стало, не благодаря ли этой милейшей женщине я тут кашками питаюсь и то через раз, когда кто-то паштеты и… — заглянула на поднос принца — …оладушки пышные уминает? Ладно, разберемся и с этим.

Хотя, как ни крути, неприятная ситуация. Отложила нож, а то мало ли…

Служанок забрали стражники. Сестры смотрели на них с ненавистью первая и ужасом вторая. Ну да, каюсь, увлеклась малость…

Я надеялась, что и его Высочество покинет меня вместе со своим другом, но они, как ни в чем не бывало, принялись разливать чай. Сами, без служанок.

Вот они нормальные вообще, нет? Сейчас отравятся, а обвинят-то меня! И их бы послать, чтоб вежливо с гарантией, но у меня от такой наглости все цензурные слова пропали.

— Леврония, утро выдалось напряженным, не хотите выпить чаю? — спросил меня принц Филипп.

— Благодарю, ваше Высочество, к столь изысканным сортам непривычна я, воздержусь.

Не говорить же им, что чай у них — отстой.

— М-м-м, а по-моему, очень бодрящий аромат, — молодой мужчина смаковал чай и поглощал мой тост.

Что же, хоть он не пропал. А я так и не знала, что же можно съесть, а что грозит отбытием в мир иной и не решалась съесть ни кусочка.

— Вы делаете очень вкусные тосты. Когда мы поженимся, завтракать я буду только в вашей компании! — заявил этот хлыщ напомаженный.

Где там яд, говорите? Сейчас я ему еще пару тостов организую!

— Ваше Высочество, я буду счастлива угодить вам! — склоняюсь в реверансе, а то чего-то у меня снова кончики пальцев закололо.

— Ну что вы, Рони, зовите меня Филипп, мы же с вами совсем скоро будем очень близки!

И подмигивает еще так нахально.

Так, дышим глубоко, думаем о хорошем, о Санькиных ямочках и ресничках, и глазках карих… Вот, уже лучше. Нет, Лера, о том, чтобы отравить жениха, думать не надо. Не думать, я сказала. А-а-а, блин, да что ж такое-то!

И снова я сижу на коленях, меня гладят, как ребенка, и шепчут что-то успокаивающее. Не надо меня утешать! Я так точно не успокоюсь, только сильней расстроюсь!

— Рони, ничего страшного не произошло, ну магия, ну вырвалась из-под контроля, с каждым бывает. Чего вы так испугались?

— Я вас сожгу, и меня казня-ят, а мне нельзя, я же тогда не проснусь уже! — ревела я. — Кто тогда за Саней присмотрит? Они же съедят его, вурдалаки ненасытные!

— Ну что вы такое говорите, дорогая. Подумаешь, походите в браслетах-ограничителях, пока не возьмете магию под контроль. А хотите — в Академию пойдете учиться? — это принц утешает уже.

Он меня под шумок отобрал от товарища. Нет, все-таки и во сне я мелкая, они же меня туда-сюда тягают, как переходящее знамя.

— В академию? Хочу в академию!

Ой, блин, чего я несу-то, а? Лерка, какая академия? Хотя, понятно какая — магическая, конечно же! Грешна, каюсь. Читала, думала, представляла. Допредставляла, дура! А если подсознание это воспримет как нереализованное желание? Пять лет учиться во сне?

— А-а-а!

Я застонала и заплакала еще горше. Все, истерика накрыла меня окончательно и бесповоротно. Пять лет в коме — не хочу-у-у!

— Выпейте.

Принцев друг протягивал мне чашку чаю. Взяла, понюхала. Сделала глоток, скривилась. Пять лет в коме, где даже чай прокисший, не хочу-у-у!!!

Внутри меня разгоралось жар, но что-то держало его и не давало выйти наружу. В какой-то момент стало столь нестерпимо горячо, что захотелось срочно остыть. Ледяная вода показалась наилучшим решением. Я слезла с колен и попыталась расстегнуть платье, чтобы отправиться в душ. Платье не поддавалось. Я испугалась. Черт, здесь же магия! А если я сейчас заживо сгорю? Я читала, так может быть. Пятилетняя кома показалась пустяком, а вот умирать категорически не хотелось.

— Я горю. Надо в душ, помогите, платье. Сама не справлюсь, — кое-как ворочая языком, попросила принца.

Тот стал неуклюже путаться в застежках и завязках.

— Дай я!

Расстегивать на платье крючочки стали в четыре руки.

— Лучше сделай что-то, магия же сожжет ее сейчас, — говорил один.

— Это же ты запер ее, снимай щит, — отвечал второй.

— Тогда она вспыхнет, — возражал первый.

— Я закрою ее, снимай! — командовал первый.

Что-то происходило, жар все разгорался, и на моей коже появились синеватые язычки пламени. Черт, я горю! Начала задирать подол, чтобы стянуть упрямое платье через голову, и тут…

— А что здесь происходит?

На пороге стояла молодая разряженная особа. Я оттолкнула чьи-то руки и бросилась в ванную.

Принц и Трис

Мужчины недовольно смотрели друг на друга. Ситуация, в которой они оказались, могла быть истолкована неоднозначно. А все потому, что каждый из них наложил на девушку свой щит. Трис — потому что так он сделал в первый раз, когда магия избранницы принца вышла из-под контроля. Принц — потому что это его будущая невеста и нечего к ней свою магию тянуть. И вот итог. Магия не успокоилась, она начала разгораться внутри еще быстрее. Едва успели перенастроить щиты и забрать взбунтовавшуюся силу себе. Оба мужчину где-то в глубине души удовлетворенно отметили, что магия девушки отлично подходит им, но не стали делиться этим открытием друг с другом. Вообще, каждый из них был уверен, что в данном случае именно он впитал остатки силы. И радовался, что Леврония оказалась в безопасности.

— Леди Сиймижур, что вы здесь делаете? — спросил Филипп пришедшую девицу.

— Матушка прислала меня помочь Левронии, я принесла ей вещи — вот.

Девушка тряхнула ворохом каких-то тряпок.

— Я уже распорядился, чтобы прислали модисток, — процедил Филипп.

Ворох вещей напомнил принцу, что у избранницы проблемы с гардеробом, и совесть снова подняла голову. Филипп тут же велел ей заткнуться.

— Давайте, — выхватил он вещи у леди. — Я все сам передам моей невесте!

— Но матушка велела помочь, и не оставлять Леаронию одну. Тем более, что официального объявления о помолвке не было. И ваше Высочество, неприлично вам тут быть. И его Светлости тоже, все же Рони девица честная…

— Хор-р-рошо, — прорычал принц и вернул вещи девушке. — Помогите леди одеться и сопроводите в мой кабинет. И распорядитесь, чтобы отсюда унесли всю еду. Пойдем, Трис, нам надо многое обсудить!

Принц и его друг покинули покои, а пришедшая девушка небрежно скинула платья и сорочки на диван и начала с