Очень плохая няня - Анна Солейн

Кроме того, магия часто спасала в непредвиденных ситуациях: каждому в Чистых Прудах была известна история о том, как одна мама магией расшвыряла толпу лесных бандитов, угрожающих ее малышу, хотя до этого не могла поднять в воздух ничего тяжелее пушинки.

Что уж говорить о драконах, из которых магия буквально сочилась!

Я запоздало вспомнила, как пыталась спасти Мисси от наемников возле таверны, а оказалось, что спасать стоило бы наемников, которые перешли дорогу Мисси и не хотели отдавать ей Пушка. К слову, Пушка так никто и не спросил, предпочел бы он один раз пострадать от шутки разбойников и побегать со звенящим мусором, привязанным к хвосту, или стать домашним любимцем дракона. Но это уже лирика.

Я вздохнула.

Пожалуй, я слишком привыкла к тому, что во мне самой магии нет ни грамма. Абсолютный ноль, доктор, который когда-то измерял ее уровень магометром, сказал, что «никогда такого не видел!» Мне на тот момент было лет десять, и я ужасно обрадовалась: как же, я ведь особенная!

Только потом я поняла, что радоваться тут, мягко говоря, нечему. Ну что поделать, у меня много других достоинств.

Длинный нос, к примеру. Гордость аристократа.

— И все-таки — не надо прыгать вниз, — упрямо сказала я. — Пойдем умоемся.

Я протянула Мисси руку.

— Готовьте детей к завтраку, мисс Фицрой, — крикнул снизу лорд Эмбер. — И постарайтесь в этот раз без происшествий. Мама, проходи, столовая там. Сейчас подадут завтрак.

— А ты не покажешь мне сначала мою комнату? — услышала я робкий голос Джоанны.

Робкий, но звучащий очень твердо и уверенно. Парадокс, который удался ей, кажется, безо всякого труда.

— Давай начнем с завтрака, — увильнул лорд Эмбер, и я хмыкнула.

Увы, без происшествий у нас не вышло: для начала Лиам наотрез отказался спускаться вниз.

— Лиам, это всего лишь мама лорда Эмбера. Она вас не обидит, — уговаривала я, опустившись на колени и заглядывая под кровать.

В темноте я видела только два светящихся янтарных глаза. Прозвучал звонкий и явно отрицательный клекот.

Великан, неловко переваливаясь на толстых лапах, подошел посмотреть, что там происходит, и я его досадливо подвинула, пока он не начал лизать мне щеку.

Где-то сверху насмешливо каркнул Мордекай. А этого вообще видеть не хочу, пока часы не отдаст!

— Бесполезно, — сказала Мисси. — Он не выйдет.

— А почему? — выпрямилась я и посмотрела на нее.

Мисси сидела на стуле и и болтала ногами, прижимая к себе выглядящего несчастным Пушка, которому явно хотелось на улицу.

Мы с Мисси уже успели причесаться и надеть голубое нарядное платье, умыться и почистить зубы, а Лиам все не выходил из-под кровати.

— Он не любит чужих.

Я нахмурилась. А почему тогда ко мне вышел на улице? Почему вообще пошел с Мисси на улицу? Я у нее много раз спрашивала про тот день, но Мисси упрямо молчала.

Разговорить ее, такую болтливую, на по-настоящему важные темы, было намного сложнее, чем мистера Стьюарда.

— И боится, — добавила Мисси, почесывая Пушка за ухом.

Великан вдруг заскулил, подбежал к двери и принялся царапать створку, прозрачно намекая, что ему бы выйти, и срочно, иначе он за себя не отвечает.

— А давно это у него? — перевела я взгляд на Мисси. — Он всегда боялся? А когда обратился в дракона?

Мисси дернула плечом и упрямо уставилась в пол.

Ладно.

Я окинула взглядом ее комнату и вздохнула.

И как тут обойтись без происшествий? Как минимум Великан сейчас устроит… происшествие. Если я его не вынесу во двор немедленно. А его, к слову, нужно было именно нести, потому что лестницы щенок боялся. Несчастье.

— Ладно, — решила я. — Давай я отведу тебя завтракать с Джоанной и лордом Эмбером, а потом…

— Я не хочу с ней завтракать, она противная. И лорд Эмбер тоже.

Я вздохнула. Дети!

Кто бы знал, как с ними сложно. Они пока не умеют врать ради соблюдения социальных условностей и говорят правду целиком, как есть.

Великан заскулил и принялся царапать дверь активнее. Счет шел на секунды.

— Дай ей хотя бы шанс? — попросила я. — Намного приятнее называть человека противным, когда у тебя есть для этого достойное основание.

— Что? — Мисси нахмурилась.

Смысл моего витиеватого предложения, которым я просто пыталась обвести ее вокруг пальца, до Мисси не дошел.

— Мисси, пожалуйста! — решила я пойти на шантаж. — А то Великан сейчас сделает лужу, и тут начнет вонять. А если вы не спуститесь к завтраку, то меня… уволят! Вот!

Мисси нахмурилась, а потом неохотно спрыгнула со стула.

— Ладно. Но Пушок пойдет с нами!

Хм, надо запомнить, что шантаж с ней пока еще работает.

Приберегу для экстренных случаев.

Хорошая няня до такого бы не опустилась… но хорошей няни здесь и не было.

— Мисси, — аккуратно проговорила я, — мне кажется, Пушку надо на улицу.

— С нами, — угрожающе повторила Мисси, глядя на меня исподлобья. — Ему одному скучно. И страшно. И он хочет знакомиться с новыми людьми, но боится.

Я вздохнула.

— С нами так с нами, — согласилась я.

Часто мне казалось, что Мисси, когда говорила про Пушка, имела в виду скорее себя. Ей страшно, ей скучно и ей хочется знакомиться с новыми людьми, но — снова страшно.

Хотя это было всего лишь мое предположение. Что я, в конце концов, понимала в детях?

Моим единственным достижением в должности няни было то, что они пока еще не убились.

И вообще. Кто сказал, что Пушку нельзя в столовую? Он, в конце концов, давно не «происшествие», а привычная часть жизни. Так и скажу лорду Эмберу.

Не поняла, мол, что вы имели в виду.

Подхватив одной рукой счастливо пискнувшего Великана и дав вторую руку Мисси, которая прижимала к себе Пушка, я пошла вперед.

— Лиам, мы тебя ждем! — на всякий случай сказала я. — Там будут бисквиты! — над моей головой к лестнице пронесся Мордекай, и сердце