На краю любви - Сандра Мэй

— Ну а что? Возьму к нам. Там Сэл, кстати, скучает. Сэнди легла на сохранение, знаешь?

— Знаю. Девочки, бегите одеваться. Ну, кто быстрее? Слушай, Джилли…

— Мона, я знаю, о чем ты собираешься спросить. Не делай этого.

— Да я молчу, молчу, только скажи: как он тебе? Изменился?

— Мона, он же наверняка у вас был в гостях! Что ты, сама не видела?

— Так я ж его не помню почти! Мне сколько тогда было? Тринадцать лет. А у вас…

— МОНА!

— Молчу. Девочка миленькая. На ком он женился-то? Не рассказывал?

— Мы виделись утром, пять минут пообщались — и он укатил к твоему Фрэнку. Кстати, если случайно узнаешь что-то — позвони мне домой. Я боюсь, как бы девочка не занервничала.

— Хорошо. Обязательно.

Снег валил уже вовсю, и Джилл брела впереди, а Эми — тугой кулек из шубки, меховой шапки, платка и дождевика — держалась за полу ее парки сзади. Вокруг не было видно ни зги, но Джилл не боялась, что девочка потеряется или отстанет. То сбоку, то спереди в снежной мгле мелькала крупная стремительная тень, и собаки во дворах начинали жалобно выть по очереди, по мере того как Джилл и Эми проходили мимо…

Волк сопровождал их, чтобы удостовериться, что все в порядке. Интересно, как отреагируют Рекс и Бакстер — любимчики Джерри?

Рекс был обычной койотоподобной дворнягой, а Бакстер — плодом любви английского бульдога и кого-то невысокого и стройного. Рекс был одним из отпрысков любимой суки деда Балларда, а Бакстера Джерри два года назад подарили дальнобойщики, которым младший Баллард чинил карданный вал. Маленькое, кривоногое, курносое чудовище с вечно забитым носом— кнопкой скорбно взирало на мир подслеповатыми глазками, изредка помаргивая белесыми ресничками. Джерри в минуты откровенности клялся, что просто не смог отказать — потом ему было бы стыдно до конца его дней…

Рекс попал к Джерри вместо того, чтобы попасть на кладбище. Бойкий и не в меру любопытный щенок однажды залез на стол и опрокинул на себя котелок с только что сваренной кашей. Дед Баллард — непререкаемый авторитет в вопросах разведения и содержания любой живности — гарантировал, что пес сдохнет, и предлагал сократить его мучения. Джерри, которому в ту пору было пятнадцать романтических лет, категорически отверг предложение деда, унес хрипящего и скулящего щенка к Стерегущей Сове — и через месяц абсолютно лысый, но вполне бодрый Рекс ходил за парнем хвостом.

Шерсть у Рекса отросла, но зато выяснилось, что в результате болевого шока у пса начисто отшибло нюх. Суки в течке, коты, тухлое мясо — все это оставляло молодого пса совершенно равнодушным. Лишенный обоняния, он и Бакстера принял, как родного, не чуя в нем потенциального соперника-кобеля. В результате они стали неразлучной парочкой, жили под крыльцом в любую погоду и охраняли дом только от тех, кого могли видеть или слышать…

Бакстер все-таки кое-что чуял, так что вылез из-под крыльца — и тут же спрятался обратно. Зато Рекс дружелюбно замахал хвостом и двинулся навстречу Волку. Джилл забеспокоилась — но волк и собака абсолютно спокойно обошли ритуальный круг знакомства, дипломатично пописали на сугроб и разошлись как ни в чем не бывало. Джилл с облегчением взбежала на крыльцо, крепко держа Эми за руку.

Открыл им папаня Баллард — и девочка немедленно спряталась за Джилл. Папаня Баллард нахмурил сивые брови и наклонился почти к самому полу.

— Это что у нас тут? Мышка? Или бурундук? Джилли, где мои очки?

Эми пискнула дрожащим голоском:

— Я не мышка! Я девочка. Меня Эми зовут…

Папаня бросил на Джилл короткий вопросительный взгляд — Джилл скорчила отцу страшную рожу и прошептала беззвучно:

— Не пугай ребенка!

Папаня не обратил на предупреждение дочери ни малейшего внимания, протянул окорокообразную ручищу и выдернул Эми из-за ноги Джилл.

— Де-евочка? Смотри-ка, а на вид не больше бурундука. И пищит, как мышка. Как, говоришь, тебя зовут?

— Эми… Эми Браун.

— Аи! Так ты дочка самого Джека Брауна?!

— А вы знаете моего папу?

— Хо, да кто же в Сайлент-Крик не знает твоего папу? Знаешь что, ты уж пожалуйста не говори своему папе, что я называл тебя мышкой и бурундуком, а то он еще рассердится и зашвырнет меня одной левой на Чертово плато…

— Ой…

— Вот именно, ой! Давай снимем сапожки и пойдем греться к огню? Сэл! Пуговица, беги посмотри, кто к нам пришел!

Джилл прислонилась к вешалке и смотрела во все глаза. Собственно, откуда ей было знать, как папаня обращается с детьми? Она-то целый день была на работе, а поразмыслить, почему Сэл обожает во время болезни проводить время с дедом, ей как-то в голову не приходило…

Между тем папаня Баллард, словно огромная рокочущая грозовая туча, держал Эми на согнутом локте и ловко снимал с нее шубку, шапку и лыжные брюки. Девочка при этом доверчиво обнимала великана за шею и совсем не выглядела испуганной.

С лестницы ссыпалась Сэл в драных джинсовых шортах и шерстяных гольфах до колен. Папаня Баллард, бурча что-то про непослушных девчонок, подхватил внучку на вторую руку и понес девочек в гостиную. Сэл трещала не переставая:

— Ой, Эми! Здоровско, Джилл! Как хорошо, что ты ее привела, мы будем играть, а потом ляжем спать вместе, ладно? И тогда папе не придется спать на полу, потому что вдвоем мы не забоимся… Эми! Ты ведь не боишься мистера Бамси?!

Эми захлопала длинными ресницами.

— А кто это?

— Это страшила, который живет в шкафу! Давай, мы сегодня его поймаем и выкинем на снег?

— Он же замерзнет…

Сэл глубоко задумалась, сунув палец в нос.

— Верно. Тогда… Дед!

— Ой! Напугала! Я чуть не оглох. Чего тебе?

— Что нам сделать с мистером Бамси?

— Ну на вашем месте я бы с ним выпил…

— Папа!

— …в смысле, угостил бы его пирогом и подружился с ним. Тогда уж он вряд ли захочет вас пугать. А давай-ка, Пуговица, позовем дядюшку Джерри, и пусть он тащит сюда свою зад…

— Па-па!

— Я хотел сказать, пусть принесет нам печенья, молока и сандвичей с мясом. Эми Браун! Как ты относишься к сандвичам с мясом?

— Моя бабушка говорит, что мясо есть вредно…

— Беда с этими бабушками. Не поверишь, Эми, как я с ними намучился. Они хорошие женщины, но городят иногда такую ерунду, что диву даешься. Как это: мясо — вредно? Вот, к примеру, волк…

— У меня есть Волк! Мне его подарила бабушка Сова.

— Достойная женщина, даром что ведьма…

— Пап!!!

— В хорошем смысле, ага. Так, значит, она подарила тебе своего пса?

— Он не пес, он — Волк.