В акварельных оттенках любви - Люси Дейн

— А сидр у вас найдется? — изобразив беззаботную улыбку, обратилась она к сомелье.

Тот вскинул брови.

— Сидр? Найдется, конечно, но…

— Хочу сидра, — перебила его Шерри.

Брендон обменялся взглядом с сомелье, после чего последний озадаченно произнес:

— Разве что в качестве аперитива, чтобы за ужином перейти к вину.

Шерри беззаботно пожала плечами.

— Все равно, в каком качестве. Просто принесите мне бокал сидра, и этого будет достаточно даже для ужина.

— Кто же пьет такую шипучку за ужином! — усмехнулся Брендон. — Все равно что кока-колу…

Но сомелье остался серьезен.

— Сидр — это слабоалкогольное яблочное вино, — обронил он в качестве пояснения. Затем спросил у Шерри: — А что вы заказали?

— Курицу под ананасовым соусом, — ответила она.

Тогда, на миг задумавшись, сомелье произнес:

— Фруктовый соус… Кажется, понимаю ход ваших мыслей — напиток тоже должен быть фруктовым, да?

Вместо ответа Шерри неопределенно улыбнулась. Тем не менее сомелье кивнул, будто получив подтверждение.

— В таком случае могу предложить шардоне. В его замечательном букете вы ощутите выраженные фруктовые оттенки. Это вино выдерживают в дубовых бочках по многу лет, что только улучшает его аромат.

Шерри отвела взгляд.

— Спасибо, шардоне не нужно.

— Хорошо, тогда семильон. У него тоже изысканный аромат, хотя довольно специфический.

— Специфического тоже не надо, — качнула Шерри головой.

— Понимаю… — Сомелье на секунду поднял глаза к потолку. — А, вот что вам понравится — сильванер! В нашей коллекции сейчас есть классический сильванер "Франкен" двухтысячного года.

Но Шерри вновь покачала головой.

— Еще есть совиньон блан, — сообщил сомелье. — Точнее, "Блан Фюме де Пуйи", прошлогоднего урожая. Освежающе-цитрусовый вкус с оттенком трав, дамам нравится.

— Благодарю, — сдержанно отклонила Шерри предложение.

Сомелье вежливо склонил голову, затем перевел взгляд на Брендона.

— Лично я предпочел бы к блюду из курицы "Два океана".

Брендон покосился на безмолвствующую Шерри, после чего уточнил:

— Это вино?

— Белое южноафриканское вино из смеси двух сортов винограда — семильон и шардоне.

Брендон вновь взглянул на Шерри.

— Что скажешь, дорогая?

Та стиснула зубы. Снова Брендон обращается к ней, как к давней любовнице!

— Спасибо, мне довольно и сидра.

Брендон откинулся на спинку стула и устремил взгляд на сомелье.

— Увы, если дама говорит, придется ограничиться сидром. Одной бутылки достаточно.

Сомелье кивнул, после чего они с официантом удалились, вновь оставив Шерри и Брендона наедине.

— Ты не пьешь вина? — спросил тот. — Или у тебя какое-то особенное к нему отношение?

В его голосе ощущалось скорее удивление, чем разочарование. Шерри даже на минуту усомнилась, действительно ли он планировал напоить ее, чтобы облегчить себе дальнейшую задачу.

— Я нормально отношусь к вину, иначе заказала бы не сидр, а минеральную воду.

— Но почему именно сидр? — не унимался Брендон. В его взгляде сквозило любопытство.

Шерри усмехнулась про себя. Потому что в сидре почти нет алкоголя и, следовательно, опьянеть невозможно.

Разумеется, произнесла она совсем другое:

— Просто люблю сидр, вот и все.

Уголки красиво очерченных губ Брендона тоже приподнялись в улыбке.

— Вот и все… Хм, почему у меня складывается впечатление, что ты не хочешь сказать правду?

— Откуда же мне знать почему? — повела Шерри бровью.

Чтобы занять чем-то руки, она взяла со стола льняную салфетку, развернула и положила на колени. А потом еще и разгладила зачем-то. Пальцы ее слегка дрожали. Пребывание с Брендоном наедине определенно выводило Шерри из равновесия. Эти удивительные синие глаза напротив… Их ласкающее выражение… В то же время держится он очень уверенно, замеченная ранее нервозность прошла. Успокоился и наверняка уже представляет меня в своей постели, подумала Шерри. Все-таки какой самоуверенный тип! Так бы и влепила ему пощечину…

— Ты предпочла бы не сидеть здесь со мной, — вдруг произнес Брендон.

От неожиданности Шерри едва не подпрыгнула на стуле. Неужели ее настроение настолько очевидно? А ей-то казалось, что она владеет собой! С другой стороны, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, как может чувствовать себя человек, проигравший пари и вынужденный выполнять его условия.

Эта мысль помогла ей успокоиться. И даже изобразить улыбку.

— Ничего не поделаешь, такой был уговор. Я свою часть выполнила, теперь очередь за вами.

— За тобой, — немедленно поправил Брендон.

— Да… за тобой. Надеюсь, ты тоже выполнишь свою часть соглашения и увеличишь мне зарплату?

Шерри ожидала, что Брендон просто скажет "да", и все. Рассматривать иную возможность ей не хотелось. Но он сидел, молчал и, слегка прищурившись, пристально вглядывался в ее лицо. Казалось, он пытается найти какой-то ответ. Шерри вновь разгладила салфетку, использовав это незатейливое действие как предлог, позволяющий отвести взгляд. Брендон изрядно смущал ее своим странным поведением. Вот смотрит! Того и гляди, дыру прожжет. Что такое, почему он тянет с ответом?

Брендон и впрямь молчал довольно долго. Наконец, будто спохватившись, произнес:

— Разумеется, увеличу. — Потом добавил загадочно: — Мы еще поговорим об этом.

Шерри облегченно вздохнула.

— Ну, если так, то… можно и посидеть здесь с тобой.

— Приятно слышать, — тонко улыбнулся Брендон. — Признаться, я опасался, что ты не придешь. Сидел здесь и гадал, состоится наш ужин или нет. Вдобавок ты немого опоздала, поэтому у меня был повод для тревоги.

Ну, так и знала, что он обвинит меня в непунктуальности!

— Я пришла вовремя, — сдержанно возразила Шерри. — Если бы ты находился в зале, то легко мог бы убедиться в этом. Но ты предпочел расположиться здесь, — скользнула она взглядом по обитым бархатом стенам, — в отдельном кабинете. Пока я беседовала с метрдотелем, пока он провожал меня сюда, время шло. Поэтому здесь я действительно появилась позже, чем было намечено. Но, повторяю, не по своей вине.

— Да я тебя ни в чем не обвиняю! — рассмеялся Брендон. — Наверное, я неправильно выразился, просто хотел сказать, что засомневался, придешь ли ты вообще.

— Ну и напрасно. Возможно, тебе странно будет это услышать, но я человек слова. Сказала — значит сделаю.