Девушка для свадьбы друга - Элли Блейк

– Этот дом был почти не годным для жилья, когда я его покупала, – рассказывала она, когда повела его на экскурсию по своим владениям. – Со стен свисали немыслимого цвета отклеившиеся остатки обоев, им было лет сто, в потолке – дыры. Прогнивший пол в ванной, его полностью пришлось заменить.

– А ты фанатик всех новых проектов, так? – Он вспомнил ее слова, сказанные ею еще при первой встрече.

Она напомнила себе, что, несмотря на небрежный вид и его показную простоту, сочувственные взгляды и всячески подчеркиваемую дружескую атмосферу, а также любезные в ее адрес комплименты, расслабляться не стоит, потому что он ни капли не изменился с тех пор, как они расстались. Он не собирался меняться, и его взгляды на жизнь и отношения между мужчиной и женщиной оставались прежними.

– Впечатляет, – похвалил он ее еще раз, когда они закончили осмотр, и подошел так близко, что она вновь почувствовала, как накатывает волна жара и волнения. А он улыбнулся так, как будто понимал ее состояние и тот эффект, который на нее производит. – Редкая женщина способна сама заменить лампочку. А тут такие свершения. Ты просто уникум.

Она вдруг призналась:

– Я не умею готовить. Совсем.

Он засмеялся:

– Хорошо, что предупредила.

Она привела его в третью спальню, которую переделала в офис. Здесь было гораздо прохладнее, и Саския порадовалась этому обстоятельству, потому что становилось просто неприлично все время пылать и задыхаться от его близкого присутствия.

Письменный стол, переделанный из обеденного в офисный, стоял в центре комнаты, ее стул и компьютер с одной стороны, там, где была масса прикрепленных листков с заметками и напоминаниями, что на первый взгляд могло показаться хаосом, но сама Саския прекрасно знала, где и что искать. По другую сторону – компьютер Лисси и ее стул, та половина была девственно-чиста, что могло показаться невероятным для всех, кто встречал Лисси.

Комната была покрашена в кремовый цвет, мебель грубая, встроенные полки с книгами и плетеными корзинками, купленными на блошином рынке, мягкие стулья для гостей, прутья вербы в огромной вазе в углу. Обгрызенная собакой толстая книга.

– Прекрасная комната, – снова похвалил он, – мне нравится освещение.

– Старая люстра была уродливой, прямо из фильма ужасов. Я рада, что ты так заинтересовался моими скромными усилиями. Я могла бы даже расслабиться и растаять, если бы не знала тебя достаточно хорошо.

Он взглянул на нее, и она увидела в его глазах какие-то незнакомые огоньки. Она не могла понять, о чем он думает.

– Мы тоже переделали и обновили наш офис пару лет назад. Тот же дизайнер потом занимался моим жилищем, но, поскольку я не мог найти для него свободной минуты, он разозлился или сошел с ума, что сделал мое жилище похожим на дом старого охотника на крупную дичь. Но что касается офиса, тут я сам с ним поработал, не жалея времени, и он следовал моим указаниям.

– Ты еще и знаток декора. Я просто в шоке.

– Гейб тоже острил по этому поводу.

Может быть, потому, что он сегодня был другим, эта небрежность в одежде, покладистость, добродушие – все настораживало и вызывало скрытые опасения. Она отбросила недобрые предчувствия и показала на придвинутый к узкой стороне стола стул, приглашая садиться.

– Сначала работа, обед потом?

– Звучит неприятно. Опять работа?

– Твое досье. Ты же за этим сюда пришел, разве не так?

Он посмотрел на папку в ее руке, потом на стул, как будто тот мог его укусить, и осторожно сел. Она села на свой офисный стул, покрытый розовой накидкой, открыла первую страницу досье. Она была заполнена ею раньше.

– Что это ты на себя надела? – вдруг спросил он.

Она подняла лицо – на точеном носике сидели огромные очки.

– Это для чтения.

– Ты как будто украла их у своего дедушки.

– Это винтажные очки, самые модные, под старину, ты ничего не понимаешь.

Она перешла к следующей странице.

– У меня собраны интересные данные, есть с чем поработать. Например, каждый пятый из одиночек пытался устроить судьбу онлайн. Только один процент считает, что поход в кино – это лучший способ для первого свидания. Больше половины женщин считают, что ужин – самый лучший способ первого свидания и что парень должен платить.

– Ты не дала мне заплатить.

– Я не отношусь к большинству.

– Ты не дашь забыть, потому что все время об этом напоминаешь.

– Вот, взгляни. – Она нашла нужный блокнот и положила перед ним.

Он подвинул стул ближе к столу и коснулся коленом ее ноги. Грубая джинсовая ткань победила мягкую шерсть колготок, и Саскию снова пронзило током. Она поспешно отодвинула ногу.

Он листал страницу за страницей, а она не сводила с него глаз, пытаясь угадать его мысли. Там мелькали слова: секс, любовь, ложь, оральный, психоманьяк. Он смотрел, и на лице ничего не отражалось. Она подвинула ему ручку.

– Из сухой статистики выбраны самые интимные детали и подвержены анализу. Если тебе в голову приходит идея, любая, не стесняйся. Начнем с простого. Как ты начинаешь осмотр женщины – с ног?

Он воззрился на нее, как будто она его оскорбила.

– Глаза? Волосы? Ступни? Если бы ты выбрал меня, то явно не из-за размера груди. Что тебя волнует?

Он устремил на нее многозначительный взгляд нестерпимо-голубых глаз, и она сразу сжалась в клубок на своем стуле. Но упрямо продолжала:

– Что вызывает мгновенную реакцию – химию!

Он положил блокнот.

– Ты действительно хочешь знать, что я люблю?

– Просвети, умоляю.

– Я люблю выпить, люблю вечеринки, потому что кругом много народу и есть с кем поговорить, кроме той женщины, с которой говорить не хочется, люблю ночь – когда не надо слов.

– Уф. Это звучит безнадежно.

– Ты сама напросилась. – И снова коснулся ее коленом, уже настойчивее.

– Но что ты еще ожидал при встрече с женщиной?

Он молчал, только сжал скулы, и она подумала вновь, что он крепкий орешек и ей вряд ли удастся его расколоть.

– Ты собираешься использовать мои слова в своей работе?

Она подумала немного:

– Нет. Просто хочу знать.

– Зачем?

– Но разве это не естественное, свойственное людям чувство, Нейт. Скажи, например, тебе хотелось когда-нибудь кого-то избить, ударить по голове…

Он посмотрел так, как будто прикидывал, не стукнуть ли по голове ее.

– Только ради тебя.

Она кивнула, в горле пересохло. Внутри все сжалось от предчувствия и ожидания.