Время Мечтаний - Барбара Вуд

– Прости, Полин, я не хотела приезжать и портить тебе утро, но на душе у меня было так отвратительно, что мне просто необходимо было с кем-то поговорить.

– Не надо извиняться, Луиза. Я понимаю твое состояние и рада, что ты со мной поделилась. Когда ты собираешься к доктору Рамзи?

– Надо подождать предлога съездить в Камерон. Дождусь, когда Майлз будет занят упаковкой шерсти, – Луиза тяжело вздохнула. – А теперь мне нужно возвращаться к детям.

– Сегодня такой прелестный день. Давай съездим вместе в Камерон навестить Кристину.

– Спасибо за приглашение, но я, пожалуй, не поеду. В Килмарноке слишком мрачно. И мне жаль бедняжку Кристину. Понимаю, что она не виновата, но уж очень с ней скучно и утомительно. Не понимаю, что может тебя там привлекать.

– Через несколько месяцев Макгрегоры станут моими соседями, и я хочу завести с ними дружбу.

– А чего стоит ее муж! Калин Макгрегор такой неприветливый и со своей знатностью надоел. Никогда не упустит случая напомнить, что его отец лорд.

В коридоре Луиза поинтересовалась:

– Кстати, что ты думаешь о няне, которую Хью привез из Мельбурна?

– Я с ней не встречалась, и сказать мне о ней нечего.

– Не могу ее себе представить. У нас на нижнем этаже работают две горничные, которых мы наняли прямо с корабля переселенцев. Так они путали вилку с ложкой. Какие уж там манеры! Но все же лучше они, чем брать в прислуги аборигенов.

Они спустились вниз, и в вестибюле Луиза увидела себя в зеркале в полный рост рядом с Полин. И снова зависть напомнила о себе болезненным уколом. Луиза не видела еще платьев с турнюром и подумала, что этот новый модный фасон пойдет стройным и высоким женщинам, как Полин. Луиза попыталась представить такое платье на себе и гадала, стала бы она в нем лучше смотреться. И громоздкий кринолин, колыхавшийся вокруг нее большим коричневым облаком, уже начинал ее раздражать.

– И все же, Полин, на твоем месте я бы сгорала от любопытства. Мне представлялось, что тебе захочется съездить в «Меринду» и взглянуть на нее.

У Полин уже сложилось мнение о мисс Друри. Фрэнк назвал ее хорошенькой. Несомненно, она из низших классов и приехала в колонии в поисках богатого мужа. Полин считала, что Австралию просто наводнили такие женщины.

– Ехать в «Меринду» – значит признавать, что она что-то собой представляет, – ответила Полин. – А она всего лишь няня, и ничего больше. К тому же наняли ее на время. И как только мы с Хью поженимся, я собираюсь заменить ее на более подходящую няню.

– Старше по возрасту, ты хочешь сказать? – уточнила Луиза.

– Определенно старше, – рассмеялась Полин. Когда они поджидали свои экипажи, Луиза призналась:

– Мне хотелось бы быть такой сильной как ты, Полин. Ты ничего не боишься, правда? – она показала на стеклянную витрину, где красовались охотничьи трофеи Полин и награды.

Полин улыбнулась, предпочитая о своем страхе помалкивать. Она знала, что ее считают женщиной, не ведающей страха. Она охотилась на диких собак и ездила на норовистых лошадях. Как-то раз на лужайку, где играли в теннис, заползла ядовитая тигровая змея, и в то время как остальные женщины бросились врассыпную, Полин убила змею стрелой. Даже Фрэнк считал ее крепким орешком и как-то сказал: «Если бы тебе случилось повстречаться на одной дорожке с африканским львом, я бы не стал делать ставку на льва!»

Но все же было одно существо, способное ее испугать. Однако Полин держала свой страх в тайне.

– Вот и твой экипаж, Луиза, – сказала Полин. – Пожалуйста, навести меня как-нибудь после встречи с доктором Рамзи. Может быть, в будущем когда-нибудь мне тоже могут понадобиться такие сведения.

– Спасибо, Полин, что дала мне выговориться, – поблагодарила Луиза. – Мне стало намного легче. Я обязательно расскажу тебе, что мне ответит доктор Рамзи.

Они вышли на залитый солнцем двор.

– Если встретишь Вилму Тодд, передай ей, – попросила Полин, – что я с нетерпением жду встречи с ней на площадке для стрельбы и что я не прочь поставить небольшую сумму, если она согласна на дружеское пари.

– Пари? Что это за пари? – спускаясь по лестнице, поинтересовался Фрэнк. – Здравствуй, Луиза. Уже уезжаешь? Передай привет Майлзу.

Полин изумленно уставилась на брата. Еще и полдень не миновал, а он уже нарядился в черный сюртук и накрахмаленную белую рубашку и, мало того, в руках он держал цилиндр и трость. И это в середине дня в сезон стрижки!

– Фрэнк, я тебя не узнаю. За все годы, что ты управляешь фермой, я не помню такого, чтобы ты вылезал из загонов в сезон стрижки. В другое время тебя из Мельбурна за уши было не вытащить, но наступал сезон, и ты следил за стригалями, как динго за кенгуру. И вдруг четыре дня подряд ты среди дня уже разодет. Куда ты собрался, Фрэнк?

– У меня дело в городе, – ответил он, надевая перчатки, – и тебя это не касается.

– Ясно, это женщина, – заключила она.

Фрэнк попытался возражать, но Полин остановила его решительным жестом.

– Я не хочу об этом слышать, Фрэнк. Развлекайся на здоровье. Только не надо потом плакаться мне, что шерсть получилась короткой или что агенты предлагают тебе за шерсть невысокую цену. Я еду в Килмарнок.

– Господи боже мой, это еще зачем?

– Я делаю это ради Хью. Ему пора упрочить свое положение в районе.

Глядя ей вслед, Фрэнк впервые в жизни позавидовал сестре. У нее был любимый мужчина. А ему тридцать четыре года, и женщины, которую он мог бы полюбить, пока не находилось. Хотя нельзя сказать, что ему недоставало настойчивости в поисках.

В тот первый вечер у Финнегана, когда официантка в своем рисунке изобразила его привлекательным, он снова вернулся в паб и предложил проводить ее домой. Но, к его удивлению – он, в конце концов, был богатый человек, – мисс Дирборн его предложение отклонила. На следующий вечер он спросил, не желает ли она прокатиться в экипаже. И вновь был поражен, услышав отказ. На третий вечер он пригласил ее вместе поужинать. Но она ответила, что не голодна. И он сказал себе, что не нуждается в ней. Кто она такая, чтобы капризничать, простая официантка, а такая привередливая! Прошлым вечером он к Финнегану не ходил и был горд собой. Но, проснувшись утром, обнаружил, что его тянет к Финнегану. Он решил пообедать в этом пабе, прежде чем отправиться в стригальню наблюдать за стрижкой овец. Он не отступится. Со временем ему удастся узнать, перед чем мисс Дирборн устоять не сможет. И тогда он завладеет ею, первый мужчина в Западном районе.

Овцеферма Килмарнок занимала площадь в 30 ООО акров и находилась между «Мериндой» и Лизмором. Дом, построенный из голубоватого песчаника, должен был в точности повторять свой оригинал – замок Килмарнок в Шотландии. Это было массивное сооружение с башенками, бойницами и узкими высокими окнами, забранными чугунными решетками. Для полного сходства недоставало подъемного моста, хотя иллюзия крепостного рва создавалась за счет опоясывающей дом широкой клумбы. Окружали дом обширные лужайки, а защиту от ветров с равнин создавали возвышающиеся стеной эвкалипты. Странное чувство беспокойства вызывал величественный и в то же время немного зловещий дом в Килмарноке у тех, кто впервые видел его. Внутреннее убранство сохраняло старые традиции: стены темного дерева, тяжелая мебель в готическом стиле и полные доспехи стражи, выписанные из Англии. Замысел состоял в том, чтобы передать дух феодального поместья. Любой, кто входил через массивные двери Килмарнока в фойе, отделанное темными панелями, где на стенах висели скрещенные мечи и средневековые гобелены, сразу должен был представить Колина Макгрегора не кем иным, как владельцем замка.