Слишком чувственная - Киберли Страдфорд

В этот момент вокруг них засверкали вспышки.

— Мисс Ги, — закричал кто-то. — Вы ранены?

— Нет, мисс Ги не ранена, — ответил он и повел ее к лифту, закрывая, по возможности, от камер. Он попросил человека из службы безопасности сообщить ему имя полицейского, который забрал нападавшего. Он хотел позже переговорить с полицией.

— Кто такая Мэг? — спросил мужской голос.

Джаретт обернулся. Там стоял странный субъект в подтяжках, который, очевидно, следовал за ними с их отъезда.

— Извините?

— Перед отелем вы крикнули: «Мэг, быстро внутрь». — Мужчина выглядел заинтересованным. — Так кто такая Мэг?

Джаретт почувствовал, что Мэг перестала дышать.

— Вы, должно быть, ошибаетесь, — медленно проговорил он.

— Я так не думаю.

К счастью, в этот момент открылись двери лифта.

— Вы можете думать все что хотите, — резко сказал Джаретт, — в данный момент мисс Ги нужно срочно отдохнуть.

Он завел Мэг в лифт, закрывая ее от взглядов своим телом до тех пор, пока двери не закрылись. Когда лифт тронулся, он взял ее за подбородок:

— Мэг, мне так жаль…

Он взял у нее полотенце и стер остатки краски с ее щеки.

— Это не твоя вина, — сказала она, взявшись за другой конец полотенца, и тоже протерла его лицо там, где была краска.

В этой сцене было нечто интимное, что его успокоило. В этот момент охранять Мэг казалось ему важнее всего на свете, хотя он только что чуть не потерпел в этом неудачу.

— Я был готов задушить этого защитника животных голыми руками.

Она улыбнулась ему:

— Я и понятия не имела, каким опасным может быть мир Тейлор.

— Это не смешно, — сказал он сурово, — ты могла быть ранена.

— Но я не ранена, — пожав плечами, возразила она. — Как ты думаешь, этот репортер подозревает, что я не Тейлор?

Он издал пренебрежительный звук:

— Наверное, он пишет для какой-нибудь бульварной газеты. На первой полосе завтра будет стоять «Ученые клонируют Тейлор Ги» или какая-нибудь подобная глупость.

Она рассмеялась, и этот теплый искренний смех проник ему в душу. Женщина, которая умеет так смеяться, сделает счастливым любого мужчину. В этот момент они приехали на двенадцатый этаж и должны были выходить. Джаретт осмотрел холл, прежде чем дал Мэг знак выходить. Хотя он никого не заметил, но оставался напряженным до тех пор, пока не вошел вместе с Мэг в гостиничный номер и не запер дверь.

Как только Джаретт понял, что они наконец одни, он почувствовал, как у него сжалось сердце.

Мэг сняла пальто и прошла прямиком в ванную, чтобы умыться. Джаретт включил свет над обеденным столом, снял пиджак и вытер себе шею и лицо бумажным платком. Затем он включил торшер рядом с креслами, подошел к окну за кроватью и задернул занавески.

Из ванной доносились тихие звуки. Шумела вода, были слышны шаги Мэг. Мысль о том, что она рядом, так близко, возбуждала Джаретта. Его взгляд упал на кровать, и тут же перед его мысленным взором возникла прекрасная обнаженная Мэг Валентайн, лежавшая на этой кровати и томящаяся в ожидании нежных ласк. Его ласк.

Джаретт не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь так сильно желал другую женщину. Но о чем это он думал! Мэг, в любом случае, никогда бы не согласилась лечь с ним в постель.

Он взглянул на часы: половина одиннадцатого. У него была масса дел: он должен был дать показания в полиции, срочно проведать Тейлор, поговорить с Рози и позвонить агенту Петерсону. И вместо того чтобы заниматься всем этим, он сидел здесь и не мог думать ни о ком, кроме Мэг Валентайн.

Она вышла из ванной. На ней были очки и купальный халат, который был достаточно широким и просторным, для того чтобы скрывать все изгибы ее тела.

— Мне нужно совсем немного времени, чтобы одеться, — тихо сказала она, — и тогда я сразу исчезну.

— Нет! — поспешно выкрикнул он, его голос звучал ниже, чем обычно.

Она взглянула на него с удивлением:

— Что?

Он нервно взъерошил себе волосы:

— Я имел в виду, что нет никаких причин для спешки. Почему бы тебе не принять горячий душ? Конечно, если ты хочешь.

Она вспомнила, что в соседнем номере спала Тейлор.

— Пожалуй, я лучше пойду, — прошептала она. — Мы должны быть благоразумны, и все закончить прежде, чем увязнем в этом деле.

Хотя они стояли в нескольких метрах друг от друга, Джаретту казалось, что он чувствует тепло ее кожи. Он подошел ближе:

— Ты говоришь о том маскараде, который мы устроили сегодня вечером?

Она сложила полотенце:

— О чем еще я могу говорить?

Он был так возбужден, что брюки стали ему тесны. У них были исключительно деловые отношения, и Джаретту было совершенно ясно, что так и должно оставаться. Но он не мог сдержаться. Он желал ее больше, чем кого-либо. Он хотел распустить ее волосы и запустить в них пальцы. Он хотел провести с ней ночь, которую они оба никогда не забудут, хотя и вернутся после этого каждый к своей жизни.

Сделав еще несколько шагов, Джаретт приблизился к ней вплотную.

— А о чем ты не решаешься говорить? — спросил он, обняв Мэг и притянув к себе. И страстно поцеловал ее.

На долю секунды ему показалось, что он зашел слишком далеко и разрушил все, что могло бы между ними быть. Но она обвила его руками и ответила на поцелуй с чувством, не уступавшим по силе его страсти.

Он крепко прижал ее к себе, чувствуя счастье и облегчение. Со стоном он обнял ее за талию. Она прижалась к нему и самозабвенно целовала его. Его пульс участился, и он понимал, что вот-вот полностью утратит чувство реальности. Он провел пальцами по ее спине. Затем он нащупал тонкие шпильки, державшие ее сложную прическу, и начал вынимать их одну за другой, до тех пор пока ее шелковистые пряди не рассыпались по плечам.

Собравшись с силами, Джаретт постарался взять себя в руки. Но тщетно. Он поднял голову и глубоко вздохнул. Затем он принялся целовать шею Мэг. Ему нравилось обнимать ее стройное тело, нравился ее запах и вкус ее кожи. Он дрожал от желания обладать ею.

— Я хочу посмотреть на тебя, — сказал он хриплым голосом и прикоснулся губами к ложбинке между ее грудей.

Внезапно она отступила на шаг. Ее волосы были в беспорядке, а стекла очков слегка запотели. Она сложила руки на груди, и он боялся, что она может оттолкнуть его в любой момент.

Он очень хотел, но не решался резко притянуть ее к себе. Он знал: тогда она подумает, что это для него привычное дело. Джаретт не хотел отпускать ее, но в то же время понимал, что не может дать ей большего, чем связь на одну ночь. И ему казалось, что она не заслуживает такого отношения.