Подари мне радугу - Черил Ривз

– Заметано, папуля! – еще шире ухмыльнулся Чарли. Он поспешил присоединиться к сестрам, а Джо не удержался и еще раз посмотрел вслед Кэтрин Холбен.

“Я все прекрасно заметил”, – подумал он.

Она не похожа на Лизу, и всего пару минут назад он был уверен, что пригласил ее в гости исключительно ради Фриц. Потому что она той понравилась и потому, что Фриц считает, будто вел себя по отношению к Кэтрин незаслуженно грубо. Он действительно был груб и сожалел об этом. Ему все чаще хотелось позвонить Кэтрин Холбен на работу. Но вот сегодня он случайно увидел ее на скамейке в торговом центре Кэтрин подняла на него свои удивительные спокойные глаза, и он понял: можно ничего не бояться и рассказать ей обо всем.

Но Джо не собирался ничего рассказывать. Он не желал вообще о ней думать или что-то там замечать. Ни того, на что она натягивает свои джинсы, ни ее ласкового обращения с Фриц, ни мягкого грудного голоса, ни легкого аромата женского тела, от которого у Джо начинало мутиться в голове.

И какого черта он вообще ее пригласил? Майкл наверняка вообразит себе невесть что! И придется отбиваться от дурацких расспросов и намеков! А о том, чтобы отменить приглашение, и думать нечего! Ведь Фриц уже витает в облаках от счастья! Господи, что же он натворил?

Джо заторопился обратно к детям. Чарли тут же принялся расписывать новую программу, совершенно необходимую для его компьютера. Делла намеренно его не замечала. А Фриц… Фриц радостно повисла у него на руке.

На Второй улице Кэтрин села в автобус.

“Твое одиночество слишком затянулось! ” – подумала она. Всю дорогу до дома в голове вертелось одно и то же: зачем она пообещала прийти? Она полюбила Фриц и беспокоилась о ней, но это не обязывает ее тащиться на праздник в незнакомое семейство! Тем более что она не желала туда идти. Кэтрин так задумалась, что пропустила свою остановку и вынуждена была возвращаться пешком. Причина ее смятенных чувств была слишком очевидна. Ее пугала отнюдь не перспектива провести вечер с чужими людьми. Ее пугал сам Джо д’Амаро. Теперь можно было не сомневаться: она окончательно оправилась от душевной травмы. Джо д’Амаро не шел у нее из головы, Кэтрин постоянно вспоминала то его самого, то его детей и пыталась представить себе его погибшую жену, о которой он не пожелал рассказывать. И эта неожиданная привязанность пугала ее.

На протяжении оставшихся дней Кэтрин старалась найти повод для отказа, но так ничего и не придумала, представляя, какое расстроенное будет лицо у Фриц д’Амаро.

– Я совершила непростительную глупость, – призналась она Пэт Бауэр перед уроками в понедельник. И тут же пожалела о том, что вообще открыла рот. Смешно было признаваться в своих страхах, тем более что Пэт в последнее время чувствовала себя совсем плохо.

– Ох, ну слава Богу! – обрадовалась Пэт. – А то мне уже надоело делать это одной!

– Мне не до шуток.

– Ну что ж, Кэтрин, тогда выкладывай все начистоту. Посмотрим, так ли это глупо. Только не говори, что собралась на свадьбу к Джонатану!

– Нет, что ты! – ужаснулась Кэтрин. – Но я приняла другое приглашение.

– И от него тебе тоже радости мало. Куда же ты собралась?

– Понимаешь, Пэт, я не могла отказаться.

– Да уж куда понятней. Так о ком все-таки речь?

– О Джо д’Амаро.

– Черт побери, а кто такой этот Джо д’Амаро?

– Ты знаешь, кто такой этот Джо д’Амаро. Я купила его гномов.

– Его гномов?! Каких еще гномов?

– Я рассказывала.

– Нет, мэм, ничего подобного.

– Вообще-то он строительный подрядчик, но в какой-то момент оказался на мели. Ему потребовались деньги, и он продал фигурку, изображающую гномов. Он не подозревал, что их обожает его младшая дочь, пока девочка не сбежала, чтобы их повидать.

– Прямо к тебе домой.

– Верно. А потом он за ней заехал.

– Ах да! Это тот малый, который распутал всю контору?

– Верно, а теперь он пригласил меня на семейный пикник.

– Ну что за грязная скотина!

– Пэт, между прочим, я не шучу!

– Я знаю, Кэтрин. Но от этого все выглядит еще смешнее. Чего ты боишься? Того, что он позвал тебя лишь ради маленькой дочки или самой себя?

И тут до Кэтрин дошло, что в действительности не давало ей покоя.

– Ага, я угадала! – воскликнула Пэт. – Ты боишься, что напрасно будешь строить ему глазки?

– Ерунда! И вообще это все ты виновата!

– Я?!

– Да, ты! Мне и дела до него не было, пока ты не начала болтать про то, как он хорош!

– Ну что ж, тогда я прошу меня простить. Такое случается, если у тебя правильная сексуальная ориентация. Но ты, Кэтрин, могла бы взглянуть на это более оптимистично. У него уже есть ребенок…

– У него уже трое детей, – поправила Кэтрин.

– Тем лучше для тебя! Ему не придется переживать, бесплодна ты или нет. Он уже познал счастье отцовства. И остается выяснить только одно: нравишься ты ему или нет.

– Я не собираюсь ничего выяснять! Мы с ним вообще едва знакомы! И насколько я его знаю, мне лучше не связываться с таким несдержанным типом. К тому же он ясно дал понять, что я вмешиваюсь не в свое дело.

– И он совершенно прав.

– Вот уж спасибо тебе, Пэт, на добром слове!

– Но ведь это действительно так. Более того – твои собственные дела идут хуже некуда! Ты посмотри хотя бы на этот свой класс! Ты вбила себе в голову, что сможешь заставить их в один прекрасный день полюбить себя и своего ребенка! А на самом деле им на все это наплевать, Кэтрин!

– Не всем наплевать.

– Ах, неужели? И кому же? Марии? Ну разве это не бесит тебя, Кэтрин? Что какая-то пустышка, которая никогда не хотела иметь ребенка и вряд ли захочет в будущем, способна понести от одного вида мужской ширинки – а такой достойной личности, как тебе, этого не дано?

Кэтрин долго смотрела на подругу, прежде чем ответить.

– Да, – тихо вымолвила она. – Это меня бесит. – И встала, чтобы уйти.

– Кэтрин!.. Ну постой. Извини, я сама не знаю, что плету. Такое и на опухоль не свалишь. Я успела разувериться в жизни еще до того, как заболела. Ты не обижайся на меня, ладно?

– Я не обиделась, Пэт. Но мне было больно это слушать.

– Сейчас я это понимаю. И когда я научусь думать, а потом говорить? Мне всегда было трудно с другими людьми. Наверное, потому и Дон меня бросил!

Кэтрин промолчала.

– Ну, Кэтрин, хватит дуться! Я же попросила прощения! Послушай, если ты перестанешь меня уважать – то чего же ждать от остальных? Ведь ты уважаешь всех на свете! И если ты не будешь уважать меня, то я окончательно сочту себя куском… Ах, девочки, привет! Добро пожаловать в Чудесную Страну Математики!