Тайные страсти принцессы Джеллы - Ксавье Монтепен

Эдуард в свою очередь поддержал брата. Между влюбленными началась одна из тех милых ссор, которые составляют самую прелестную суть их отношений.

Спустя некоторое время решили обратиться за советом к Джону Малькольму, который помирил всех, подтвердив, что Джордж и Эдуард правы, что всюду, где только покажутся Мария и Эва, они будут лучше всех и что искусство женщин украшать себя ничего не прибавит к их молодости и грации.

— Откуда лорду Сингльтону известно о моем приезде в Бенарес? — спросил Джордж у отца.

— Я сам сообщил ему об этом несколько дней назад, сказав, что буду иметь честь представить тебя… Я хотел и обязан был сделать это, но у меня не хватило времени. Глубоко сожалею об этом и спешу исправить свою вину. Завтра же ты поедешь со мной в губернаторский дворец.

— Лорд Сингльтон… Какой он человек?

— Трудно ответить. Может быть, он и не имеет качеств выдающегося деятеля, но он честен, храбр, обладает умом, если и не блестящим, то вовсе и не посредственным. Но если, не дай бог, судьба неожиданно поставит его в критические обстоятельства, когда английское владычество в Индии будет зависеть от него одного, он не найдет в себе той воли, которая повелевает обстоятельствами. Однако я вполне уверен, что он не перенесет поражения и умрет в борьбе, не отступив ни на шаг… Это мое беспристрастное мнение о лорде Сингльтоне. Его рыцарская любезность вынуждает прямых потомков древних владык Индии, самых заклятых врагов английской короны, считаться с ним. Я готов поклясться, и никто не сможет опровергнуть моего мнения, что это достойный дворянин.

— Это очень лестный портрет, — сказал Джордж.

— Да. Я симпатизирую лорду Сингльтону, уважаю его и смею думать, что и он удостаивает меня некоторым уважением.

— Лорд Сингльтон еще не стар?

— Да и не молод. Ему около пятидесяти, но он хорошо выглядит, заботится о себе, и ему можно дать не более сорока.

— Он женат?

— Вдовец. Лет пятнадцать назад лорд приехал из Англии со своей женой, но ее слабое здоровье не выдержало убийственного климата Индии. Лорд Сингльтон тосковал много лет. А так как время ослабляет горе, то и на него подействовал этот общий закон… Не знаю, забыл ли он, но я уверен, что утешился, по крайней мере внешне.

— Он ведет свободный образ жизни?

— Да. Лорд имеет баснословные доходы со своего состояния, а кроме того, у него огромное жалованье.

— И принимает много гостей?

— Почти каждую неделю он приглашает главных деятелей Ост-Индской компании на изысканный обед, раз в месяц открывает залы для приема гостей и, наконец, раз в год дает бал, знаменитый на всю Индию… Он будет интересен для тебя.

— Не могу понять, что меня там может заинтересовать, — возразил Джордж. — Ведь я буду окружен незнакомыми людьми.

— Конечно, ты был бы прав… Но на этот праздник будут приглашены потомки древних фамилий, отпрыски тамерлидов, считающие себя рожденными от богов, принцы, одетые в национальные костюмы настолько роскошные, что заставили бы побелеть от зависти наших европейских миллионеров, и, наконец, люди, носящие древние имена, которые идут от сотворения мира.

— Как им удалось установить это? — спросил Джордж.

— Я уже говорил тебе, — ответил сэр Джон, — что эти патриции пренебрегают земными законами и воображают себя сыновьями богов… Это объясняет, каким образом и для чего их предки царствовали, когда наша Земля еще была в хаосе.

— Согласен с вами, — со смехом ответил Джордж, — теперь я начинаю думать, отец, что праздник у лорда Сингльтона покажется мне чрезвычайно любопытным.