Зачарованный нимфой - Люси Эллис

— Вот что ты думаешь…

— Что еще это может быть? — Лорелей бросило в дрожь.

— Ну а если предположить, что этим самым я доказываю, что это не был секс на одну ночь? Ведь тебя весьма обидела такая мысль? Я не планировал начинать серьезные отношения…

— Ну и удачи тебе. В любом случае я не собираюсь спать с тобой в одной постели!

Лорелей знала, что сейчас выглядит комично, но вся эта ситуация заставляла ее чувствовать себя абсолютно беспомощной. Нэш посмотрел на нее так, словно она несла околесицу.

— Я начинаю подозревать, что дело не во мне, а в тебе. Могу предположить, что твои прежние мужчины не особенно хорошо с тобой обращались?

Лорелей замерла, загнанная в угол.

— Мои предыдущие отношения — это мое дело. Я не спрашиваю о твоих женщинах, которых у тебя было огромное количество…

— Возможно… — ответил Нэш ей в тон.

Лорелей лишь хмыкнула. Ей не хотелось думать о его послужном списке. Ее собственный состоял из художника, поэта, писателя и музыканта… С последним она рассталась пару лет назад, прямо перед смертью бабушки.

В отношениях с мужчинами Лорелей всегда была за старшую, всегда поддерживала своего партнера эмоционально и физически. Но в глубине души хотела видеть рядом с собой равного. Предыдущие романы были западней, чем-то вроде взаимовыгодного сотрудничества. Лорелей оставалась независимой настолько, что временами ей было страшно.

Нэш видел в ней тайну, которую стремился разгадать. Это стремление заключалось во всех его жестах, взглядах, словах… Но ей нужно избегать проблем. У Нэша есть все: богатство, интеллект, властность, в этих отношениях он за старшего. Он занимал все мысли Лорелей, заставлял тело трепетать. Ее охватывали незнакомые чувства.

Так было с самого начала. С того момента, как Лорелей увидела Нэша впервые.

Вчера она покорно села в его машину и отступила от своих привычек в постели? Она не могла мыслить здраво, она была уязвима перед Нэшем, но сердце верило в лучшее.

Лорелей не рассчитывала на то, что он поймет. Едва ли Нэш когда-либо в жизни ощущал слабость перед кем-то.

— Нэш, у меня есть некоторые правила. — Лорелей провела рукой по волосам, приглаживая непослушные кудри. — И я очень рассчитываю на то, что ты их примешь.

— Это, наверное, интересно. — Он слегка растягивал слова.

— Не стоит обращаться со мной покровительственно. И я хочу раздельные спальни.

Нэш странно посмотрел на нее.

— Просто в такой ситуации мне кажется, я немного уступаю тебе. — Да, она старалась донести эту мысль как можно осторожнее.

Лорелей не хотела становиться сверкающей игрушкой в руках состоятельных мужчин. За все в этой жизни нужно платить. Именно поэтому она старалась не смешивать деятельность в фонде и личную жизнь. Лорелей никогда не встречалась с теми, кто связан с нею по работе.

— Я не твоя игрушка, Нэш. — Она дрожала всем телом.

— В какой момент я относился к тебе как к игрушке?

— Ты сам сказал, что мне не нужна одежда, потому что я не вылезу из постели.

Нэш пришел в замешательство. В любой другой момент Лорелей рассмеялась бы, наблюдая за его реакцией, но сейчас ей хотелось ударить его.

— Это была лишь шутка!

Лорелей отвернулась и уставилась невидящим взглядом на пейзаж, еще недавно приводивший ее в восторг.

— Не зови меня милой, — пробормотала она.

— Что, прости?

Она резко обернулась:

— Мне не нравится, когда меня зовут милой. Милая, милая, милая… Милой может быть кукла. Что-то неодушевленное, что убирают в коробку с глаз долой, когда вдоволь наиграются.

Нэш молчал. Он смотрел на нее так, словно Лорелей говорила на другом языке.

— Ты закончила?

— Нет! Никогда в жизни я не могла представить, что, отправившись с тобой в постель, на следующий день мы улетим на Маврикий.

— Конечно, я же не говорил, что мне нужно улетать на Маврикий, — сухо заметил Нэш.

— Я не такой человек, понимаешь?

— Позволь спросить — какой?

— Я не какая-нибудь содержанка.

Откинувшись в кресле, Нэш с удовольствием рассмеялся.

— Это прекрасно, что ты находишь это настолько смешным, — выдавила Лорелей. — Жаль, я не могу посмеяться над этой ситуацией.

Она скрестила руки на груди, демонстративно давая понять, что сыта по горло. Во вчерашней одежде Лорелей чувствовала себя помятой и несвежей.

— Лорелей. — Нэш говорил медленно и терпеливо, в его голосе еще звучали нотки веселья. — Я прошу прощения за то, что не сказал тебе вчера о поездке.

Ее охватило раздражение. Нэш умело все контролировал, она же только истерила. Но Лорелей сама во всем виновата. Нэш предоставил ей выбор.

— Извинения приняты, — процедила она сквозь зубы.

Едва ли они могли бы все переиграть. Лорелей изобразила бы снежную королеву, и не стала бы ныть и обращать внимание на всякие мелочи, типа вчерашней одежды. Нэш с самого утра ни разу ее не поцеловал.

— Я не считаю тебя содержанкой, — произнес он.

Лорелей сделала неопределенный жест рукой, не поворачиваясь к нему.

— Это ведь все из-за твоего отца?

Нэш попал в яблочко. Лорелей посмотрела на него:

— Я не желаю говорить о моем отце. Никогда.

Он некоторое время молчал и затем кивнул:

— Хорошо.

Нет, она хотела этого. Лорелей хотела рыдать, биться о стену, выплакать свое горе, исправить все, что было разрушено Реймондом, но ничего из этого не касалось Нэша. Она более не собиралась отягощать его своими проблемами. У Лорелей получалось справляться с ними самой, дальше так и будет.

«Но ты не особенно справляешься в последнее время, — шептал мерзкий внутренний голос. — Ты летишь на Африканское побережье в обществе мужчины, который пугает и восхищает тебя. Он видел, во что превратилась твоя жизнь, но до сих пор рядом и жалеет тебя».

Неожиданно Лорелей почувствовала, что ведет себя, по меньшей мере, неблагодарно, совершенно по-детски. Она хотела отвлечься, перестать помнить о проблемах. Проблемах, которые, в общем-то, никогда не были ее.

Она воздвигла стену, скрываясь от непомерных долгов и ожиданий, которые стали частью ее. Лорелей понимала, что причиной сбоя ее механизмов самозащиты стал мужчина, сидящий рядом. Она расплакалась при нем, и он открыл в ней уязвимость, которую она стремилась утаить от всех. Нэш стал свидетелем ее трудностей, было невозможно дальше скрываться от него.

Лорелей следовало сохранить дистанцию между собой и Нэшем. Он ничего не рассказывал о цели своей поездки.