Любовь даст ответ - Синтия Ван Рой

— Здорово. Всегда легче расстаться с картиной, если знаешь, что она попадет в хорошие руки, — сказала Мэгги, и это было истинной правдой.

Погода стояла прекрасная, и на ярмарке было много народу. Том и Мэгги продали еще несколько картин, включая вторую из «Уиллоуз». Том завернул работу какой-то шумной семье; все трое детей ели сладости, и художники облегченно вздохнули, когда отец семейства наконец удалился, унося картину и уводя свой выводок с липкими конфетами.

Мэгги все еще продолжала улыбаться, глядя им вслед, когда встретилась глазами с Робом. Мужчина направлялся к их стенду. Мэгги побледнела, оперлась на спинку стула и замерла в ожидании.

Девушка жадно глядела на Роба, страстно мечтая не желать его так сильно. Она отвела глаза, стараясь отвлечься от мыслей, как солнце переливается на золотистых прядях его волос, как он с любовью смотрит на нее.

— Привет, Мэгги! Как дела?

— До сих пор были отлично. — Она постаралась придать своему лицу ледяное выражение, но глаза все же выдавали ее истинные чувства.

Роб вымученно усмехнулся:

— Я знал, что ты сегодня здесь будешь. Хотел убедиться, что у тебя все в порядке.

— Убедился? Теперь можешь идти.

Том кашлянул, привлекая к себе внимание:

— Я, пожалуй, отойду на некоторое время. Мэгги, ты без меня справишься?

Девушка сделала неопределенное движение рукой, давая понять, что она его услышала. Все ее внимание было приковано к Робу, который разглядывал выставленные работы.

Когда Роб вновь заговорил, в его голосе проскользнула нотка раздражения:

— Никуда я не пойду. Мне надо купить кое-какие рождественские подарки. — Он сделал шаг вперед, желая разглядеть картины получше. Мэгги не хотела устраивать скандал на людях, и ей пришлось сдаться.

С чувством полной обреченности девушка смотрела, как Роб остановился перед двумя оставшимися картинами из «Уиллоуз». Ну что еще он мог выбрать?

— А неплохо получилось, — заметил мужчина. — Хорошо, что ты не искромсала их в клочья. Это дает надежду.

— Этим я зарабатываю на жизнь. Было бы глупо из-за такой ерунды лишать себя приличной суммы денег. Кроме того, это ведь всего лишь картины. — Мэгги впилась ногтями себе в руку, вспомнив про картину, оставшуюся у нее дома.

— Ты не возражаешь, если я одну куплю?

Девушка стиснула зубы:

— Пожалуйста. Выбирай.

— Сейчас. — Роб улыбайся одними губами, а в его глазах была лишь обреченность.

Наконец Роб остановил свой выбор на картине, изображающей тихие воды бирюзовой лагуны.

— Вот эта.

— Хорошо. — Мэгги механически сняла картину со стены. Она хотела, чтобы Роб ушел как можно скорее и не успел понять, как ей приятно его присутствие.

Когда Мэгги назвала цену, Роб удивленно приподнял брови. Девушке не хотелось, чтобы он подумал, что она подняла цену только из-за того, что картину покупает он. Это было бы непрофессионально и дало бы ему понять, что он все еще небезразличен ей. Мэгги развернула холст и продемонстрировала Робу ценник.

— Ну что, все еще хочешь купить ее? — В ее словах звучал вызов.

Роба явно развлекали ее выпады.

— Конечно. Скоро ты станешь настоящей знаменитостью. Буду рассматривать эту покупку как выгодное капиталовложение.

Роб внимательно глядел на девушку, пока она выписывала чек. Под глазами у нее были тени — след бессонных ночей. Роб мог поклясться, что она похудела за эту неделю. Он едва сдержался, чтобы не обнять ее и прижать к себе.

Странно, он покупает постоянное напоминание о своей боли да еще и платит за него так дорого. Это уже слегка смахивало на мазохизм, но Роб поспешно отогнал подобные мысли. Когда он оплатил покупку, Мэгги поблагодарила его и пожелала удачи. Это было всего лишь представление, рассчитанное на остальных покупателей, и Роб был уверен, что он один заметил насмешку в словах девушки.

— Я еще тебя проведаю, — предупредил он.

Мэгги побледнела от негодования. Она не могла найти слов для достойного ответа.

— Извини, меня ждут другие покупатели. — Девушка старалась говорить спокойно, но ее глаза метали молнии.

Она развернулась и пошла к женщине, разглядывающей акварели.

Роб мысленно пообещал себе, что однажды эти глаза снова наполнятся любовью.

К тому времени как вернулся Том, Мэгги уже взяла себя в руки.

— У тебя поэтому такое настроение? — спросил художник. — Как я понимаю, это был Роб?

— Да. Но я не хочу об этом говорить.

— Почему?

— Потому что я не хочу о нем вспоминать. Дело прошлое.

— Ну да, я так и подумал. Ты переживаешь, Мэгги, это же очевидно! Я бы побил этого парня, если бы не видел, что ему так же паршиво, как и тебе. Если вам обоим так плохо, почему не попытаться еще раз?

— У меня и без него все будет в порядке. — Мэгги едва сдерживала слезы.

Том покачал головой:

— Не думаю. Нельзя так просто разлюбить кого-нибудь. Одной силы воли тут недостаточно.

— Вы давно здесь работаете, доктор Фрейд? По-моему, у тебя степень по искусству. Поправь меня, если я ошибаюсь.

— Мне вовсе не нужна научная степень, чтобы знать, что такое любовь. Каждый человек рано или поздно встречает свою половинку. Это неизбежно. Даже если бы я не хотел, я все равно встретил бы Бренду. Ты понимаешь, на что я намекаю?

— А ты на что-то намекаешь?

Том вымученно улыбнулся:

— Ты же сама все затрудняешь. Много лет ты жила по принципу «давай притворимся, что это на самом деле так». И теперь, когда в твоей жизни наконец появилось настоящее чувство, ты до смерти перепугалась.

Мэгги не в силах была дальше слушать рассуждения Тома:

— Не мог бы ты заняться своими делами?

— Я бы очень этого хотел, поверь мне, — довольно сухо сказал Том. — Только вот твое выражение лица распугало всех покупателей. Может, лучше пойдешь домой?

Искреннее участие Тома пробудило в девушке раскаяние:

— Извини. Ты прав, я отвратительно себя чувствую. Я сейчас не самая лучшая компания.

— Слушай, тебе правда лучше поехать домой. Пара часов сна тебе не повредит. Я вполне справлюсь тут один.

Это был только первый день ярмарки. Стенд можно было оставить на месте, но обязательно надо было забрать на ночь все картины.

— Ладно, я поеду домой и не буду портить тебе настроение своим постным выражением лица. Благородно, правда?

— Ты просто мать Тереза. Но завтра приезжай за полчаса до открытия, идет?

— Конечно, идет. Спасибо, Том, ты настоящий друг.