Его девушка - Лоис Дайер

– Разумеется, он здоров, что ему сделается! – заверил Пакетт-старший, едва заметно усмехаясь (его всегда веселила суетливая живость миссис Эндерс). – У нас кобыла жеребится, и он за ветеринара.

– Вот оно что! – воскликнула Руби, не сводя при этом взгляда с Ребекки. – Как прошел вчерашний вечер, дорогая? Надеюсь, вы с Коди хорошо повеселились в «Юнион-салуне».

– Хочу напомнить, что «вы с Коди» тут не совсем уместно, – живо возразила девушка.

– А что, вчера у тебя было свидание с моим парнем? – поинтересовался Закери, не скрывая удивления.

– Да не было никакого свидания! – воскликнула Ребекка, заливаясь краской смущения. – Коди подвез меня, потому что нам было по дороге и потому что это был мой первый выход! Свидания не было, ясно?

– Ну, не было так не было.

Судя по всему, Закери не очень поверил в ее пылкие возражения, а четыре неугомонные кумушки еще меньше.

– Вот что, – решительно заявила девушка, желая раз и навсегда положить конец недоразумению, – мы с Коди были и остаемся просто друзьями. Вчера он проявил обычную заботу обо мне, за что я ему, как обычно, благодарна.

– Конечно, конечно, дорогая! – примирительно сказала Руби, переглянувшись с Хэзел. – Коди Пакетт по натуре добр, и нам это известно. Ну а теперь расскажи, хорошо ли вы с ним провели вчера время.

«Как об стенку горох!» – с досадой подумала Ребекка.

– Что касается меня, я в восторге, – начала она, осторожно подбирая слова, так как не хотела грешить против истины. – «Великолепная четверка» по очереди учила меня танцевать, и я достигла в этом некоторых успехов.

– Как?! – защебетала Бесси. – Ты что же, никогда прежде не танцевала, девочка моя? Как грустно это слышать! Лично я обожаю танцевать! Тебе бы стоило научиться заранее, потому что глупо ведь…

– Я уверена, что теперь Коди будет водить ее в «Юнион-салун» каждую субботу, – перебила Руби бестактную подругу.

– За это я могу поручиться, – вставил Закери. – Миссис Саммерс совершенно права – теперь по субботам, как вчера выразился Люк, ты будешь «тусоваться со своими».

– Возможно.

Девушка подумала, что проводить вечера в «Юнион-салуне» с кем бы то ни было, кроме Коди, будет не так уж весело.

– Что ж, леди, приятно было поболтать, а теперь мне пора домой – посмотреть, как идут дела.

Закери приподнял шляпу. Пожилые дамы хором пожелали ему доброго пути, а Руби добавила:

– Передайте привет Коди.

Пакетт-старший кивнул в знак согласия и начал пристраивать больную ногу поудобнее в кабине пикапа.

– Пожалуй, я тоже вас покину, – сказала Ребекка.

– Ты теперь девушка светская, – с улыбкой заметила Элси. – А раз так, имеешь полное право присоединиться к нашему кружку в любое время.

– Спасибо, – искренне обрадовалась та.

– Мы собираемся в десять утра, – напомнила Руби. – Никаких церемоний, считай, что ты приглашена.

Ребекка по очереди обняла вдовушек и направилась к своей машине.

– Ну, что скажете? – спросила Руби, глядя, как она выезжает со стоянки.

– Она не слишком вдавалась в подробности вчерашнего вечера, – сказала наблюдательная Хэзел. – Наверняка не все прошло гладко.

– Хм… – протянула Руби, поджимая губы. – Так на чем порешим? Посылать цветы или не стоит?

– Конечно, посылать! – уверенно заявила Элси. – Варево уже кипит, самое время добавить немного специй.

– Договорились. Деньги у меня, я и займусь цветами. Думаю, это должны быть алые розы, потому что именно их мужчина посылает женщине, когда он настроен серьезно.

– Алые розы! Чудесно! – Бесси даже засмеялась, как девчонка, предвкушающая проделку. – Это заставит Коди призадуматься!

Коди пришлось провести в стойле Синабар большую часть суток. Уже за полночь кобыла наконец ожеребилась. Убедившись, что новорожденный в полном порядке и что матери ничто не грозит, Коди покинул конюшню, пропитанную густым сенным духом, и вышел под звездное небо. С минуту он просто стоял, потягиваясь и наслаждаясь ночным покоем, потом его мысли вернулись к событиям последних дней.

У Коди были сутки на то, чтобы поразмыслить над своим поведением в минувшую субботу, и он пришел к выводу, что вел себя на редкость глупо. Правда, прежде он не испытывал такого острого чувства ревности, но это вряд ли извиняло нелепость его поступков, тем более что он даже не значился в списке потенциальных мужей.

От этой мысли у Коди защемило в груди. Почему Ребекка отказалась даже рассматривать его кандидатуру? Ее резкая реакция на его предложение отчасти объясняла это: очевидно, она считала, что им движет лишь желание взять ее под крыло.

Отношение отца к происходящему вызывало досаду. Коди то и дело ловил на себе его насмешливый взгляд, и он не знал, что лучше: когда его понимают неправильно или когда читают, как раскрытую книгу. Закери упомянул о соседстве с Ребеккой в церкви с таким видом, что Коди мысленно заскрежетал зубами.

Сейчас, стоя у прикрытых дверей конюшни и поводя плечами, чтобы немного их размять, он гадал, как девушка провела этот день. Ночь выдалась ясной, ровный круг сияния окружал молодой месяц, и мало-помалу безмолвие и покой уняли сердечную боль.

Коди направился к дому, пообещав себе завтра с утра навестить Ребекку, принести извинения за глупости, которые он натворил в субботу, и, быть может, убедить ее составить новый список кандидатов в мужья, включающий только его имя.

Ребекка переодевалась, когда услышала стук в дверь. Наспех заправив рубашку в джинсы, она выглянула из окна спальни, а когда поняла, кто этот ранний гость, у нее замерло сердце. Она постояла в нерешительности, цепляясь за занавеску и не сводя взгляда со знакомого серебристо-серого пикапа.

– Боже мой, это Коди…

Стук повторился, и девушка наконец стряхнула оцепенение. Когда она распахнула дверь, Коди уже собирался постучать в третий раз.

– Привет!

– Доброе утро, Ребекка. Можно войти?

Коди сдернул шляпу и, нервно ее комкая, ступил через порог. В комнате он остановился как вкопанный, уже от дверей заметив на столе большой букет алых роз в хрустальной вазе. Цветы были великолепны – недавно раскрывшиеся, прекрасно подобранные бутоны в обрамлении зеленой листвы. Их было шесть, но когда Коди обернулся, чтобы задать вопрос, он увидел еще шесть в другой вазе, на полке буфета. Оглядев комнату, он обнаружил еще три букета: белые гвоздики, желтые розы и тигровые лилии, оттененные веточкой мелких белых цветов, названия которых он не знал.

– Симпатичные цветочки, – сказал он бесстрастно.

– Да, красивые цветы…

По реакции Коди Ребекка поняла, что двенадцать алых роз были посланы вовсе не им.