Королева цветов - Татьяна Тронина

Офис Фикусовых был почти рядом – небольшой дом за железной оградой. Напротив, через дорогу переливался огнями вход в казино. К казино время от времени подъезжали машины, из которых выходили любители быстрого выигрыша... Поскольку вся та сторона была занята, машины парковались и напротив дома Фикусовых.

– Есть идея, – сказал Вася. – Сделаем вид, что мы вылезли вон из того «Мерседеса»...

– Интересно, как это мы сделаем? – скептически хмыкнула Соня.

– Пригнемся и побежим... Видишь, там видеокамера, у входа... Потом вынырнем с другой стороны «Мерседеса», как будто только что вышли из него.

– Детский сад какой-то... – вздохнула Соня. – Ладно, можно попробовать.

Пригнувшись, они побежали. И вовремя – из машины вылез толстый дядька в черном смокинге и с усами, больше похожий на моржа. Хлопнул дверцей, и Соня с Васей, распрямившись, оказались рядом с ним, как будто тоже вышли из машины.

– Вам чего, дети? – недовольно спросил дядька и пошевелил усами.

– Ничего, – кротко сказала Соня. – Мы просто мимо шли.

– Ну и идите себе дальше... – буркнул тот и затопал к входу в казино.

А Соня с Васей чинно направились к дому Фикусовых. Видеокамера смотрела прямо на них. Непринужденно улыбаясь, Соня нажала на кнопку переговорного устройства.

– Кто там? – отозвался голос из динамика.

– Добрый день... Вчера к вам должно было прийти письмо по электронной почте, из Англии, от моего дяди...

Соня не успела договорить, как замок щелкнул и ворота распахнулись.

– Как все просто... – прошептал Сидякин, шагая рядом с ней. – А что потом?

– Ничего, будем импровизировать!

Они поднялись по ступеням в дом, и дверь им открыл невысокий круглый мужчина, с короткой стрижкой «ежиком». Другой, точно такой же, стоял в коридоре.

– Добрый день! – откашлявшись, солидно произнес Сидякин. – Мы к Лаврентию Самсоновичу и к Мариану, тоже Самсоновичу... Ну, в общем, к продюсерам.

– А вы, я так полагаю – Софья, племянница самого... самого Дэвида Копперфильда? – умильно улыбнулся один из мужчин. – Я Мариан Самсонович, а это мой брат, Лаврентий...

– Вы получили письмо от моего дяди? – строго спросила Соня.

– Да-да... – сказал Лаврентий. – Честно говоря, мы сначала подумали, что это чья-то шутка, но теперь видим, что не все так просто...

«Хоть бы поверили!» – с отчаянием подумала Соня.

– Вы удивительно похожи на своего дядю, – вдруг сказал Мариан, пристально вглядываясь в Соню. – Мы, конечно, слышали, что господин Копперфильд родом откуда-то из наших краев, но не представляли, что у него здесь есть такая очаровательная племянница. А это кто с вами?

– Это мой друг, – сказала Соня с царственным видом. – А водителя своего я отпустила – он, знаете ли, очень любит играть в казино. Такая уж у него слабость...

– Прошу в кабинет! – дружно сказали Фикусовы.

В большом кабинете все стены были завешаны фотографиями отечественных звезд. Соня узнала Элизе, любимую Галкину певицу. Вот она, любовь к музыке, куда может завести...

– Подождите секунду... – сказали Фикусовы. – Нам нужно, э-э... кое-что обсудить.

Вася с Соней остались в кабинете одни.

– Как ты думаешь, они поверили? – прошептала Соня, окидывая кабинет пристальным взглядом. – И где папки с документами? Может быть, в этом столе...

– Вряд ли, – прошептал в ответ Вася. – Как же, оставят они каких-то незнакомых людей рядом с вещественными доказательствами!

На цыпочках он подбежал к двери и прислушался.

Там, в коридоре, стояли Фикусовы и тоже шепотом переговаривались.

– Марик, как ты думаешь, она не врет?

– Не думаю... И ты же видел вчера фотографии, которые пришли по почте, – она с Копперфильдом одно лицо!

– Марик, надо быть бдительными! Мало ли двойников на свете!

– Лаврик, при чем тут двойники – они же на фотографии стоят рядом...

– Я тебе таких фотографий сто штук могу сделать – хоть рядом с кем!

– Ты же сам видел, как они из машины перед входом вылезали, вместе со своим водителем. И не соврали – водила действительно в казино поперся! Сам подумай – простые люди на таких машинах не ездят. Эта Софья – действительно племянница этого самого... Дэвида Копперфильда!

– И что же делать? – после небольшой паузы произнес один из братьев. – Ну, если она действительно племянница?

– Что-что! Будем делать из нее певицу. А за услуги обдерем ее дядю как липку. Он же миллионер! Наверное, ему ничего не жаль ради любимой племянницы!

– Миллионер? А я слышал, что у него состояние больше миллиарда...

– Тем более!!!

Вася отскочил от двери.

– Кажется, поверили... – прошептал он Соне. – Они такие жадные, что во что угодно готовы поверить, если им деньги пообещать.

В это время в комнату вошли братья Фикусовы.

– Дорогая Софья... – начал один из них.

– Да, милая Сонечка! – перебил другой. – Мы готовы помочь тебе, готовы сделать все, чтобы твое имя гремело на всю страну, на весь мир... Мы сделаем из тебя великую певицу!

– Очень хорошо, – хладнокровно произнесла Соня, кладя ногу на ногу. Она уже вошла в роль взбалмошной родственницы известного иллюзиониста, и ей теперь все было нипочем. – Мой дядя щедро оплатит ваши услуги. Мы, разумеется, тоже люди не бедные, но это, так сказать, его подарок мне на день рождения. Кстати, возможно, в ближайшее время дядя приедет в Россию с гастролями, он обязательно навестит вас...

– Мы могли бы помочь ему провести эти гастроли! – обрадовались Фикусовы. И глаза у них заблестели еще ярче.

– Что ж, тогда его менеджер свяжется с вами, – сказала Соня. Это была эффектная фраза – нечто подобное она слышала в кино.

– Так, а теперь, Соня, с вами будут работать наши лучшие специалисты, – деловито произнес Лаврентий Самсонович. – Но для начала мы хотели бы вас прослушать – понять, так сказать, на какой вы сейчас стартовой позиции находитесь. Может, вы споете нам что-нибудь?

«Вот оно, началось! – с ужасом подумал Вася. – Все бы ничего, но Сонька же петь не умеет!» Он прекрасно помнил о том, какие на самом деле артистические задатки у его подруги – помнил по урокам музыки в младших классах. «Тебе медведь на ухо наступил, Филатова, – не раз говорила ей учительница, страдальчески вздыхая после ее сольных выступлений. – Ты только в хоре можешь петь. Да и то тебе надо просто рот открывать, без всяких звуков – не то ты и хор с нот собьешь...»

Но Соня, видимо, ничуть из-за этого не комплексовала.

– Пожалуйста, – легко согласилась она и встала посреди кабинета. – Что бы вам такое спеть...