Сердце из нежного льда - Светлана Лубенец

Алла отлепилась от стены и пошла в отдел. Как и всегда в рабочее время, она гнала от себя посторонние мысли, но как только стрелки настенных часов показали 17.00, сорвалась с места, чтобы ненароком не пропустить Игорька. Она как раз спускалась с крыльца, когда увидела, что Кравченко садится в темно-синюю новенькую «Волгу». То, что он ездил не на иномарке, Алле было очень на руку. В отечественных машинах ее не укачивало.

– Игорь! – постучала она в окно машины.

Он опустил стекло.

– Ты мог бы подбросить меня до Русского музея? Боюсь опоздать… Пока городским транспортом доберусь, мало времени останется. Все-таки уже шестой час.

– А что там, в Русском? – спросил Игорек, выразительно посматривая на огромные сверкающие часы, давая Алле понять, что он очень ограничен во времени. И весь он был до того чистенький, отглаженный и сверкающий, что Алла не могла не улыбнуться.

– Не в Русском, – сказала она. – Рядом. В музее этнографии. Там выставка японской куклы.

Алла знала, что Кравченко увлекается искусством Востока и потому должен был клюнуть на эту наживку. Про выставку она только что, в конце рабочего дня, случайно прочитала в «Санкт-Петербургских ведомостях». Еще она знала, что сегодня выставка не функционирует по причине выходного дня почти для всех музеев – понедельника, но очень надеялась, что Игорек об этом не вспомнит. Он действительно не вспомнил, еще раз глянул на часы, широко улыбнулся и сказал:

– Ну что ж! Садитесь! Японская кукла – это интересно. Я, может быть, тоже пробегусь, хотя мне здорово некогда…

Алла села к нему на переднее сиденье, и они поехали. Кравченко всю дорогу развивал мысль о собственной занятости диссертацией и очень забавно рассказывал о профессоре, который был его руководителем. Игорек был душкой и душой их крошечного коллектива, состоящего из двух человек, но Алла видела, как время от времени он косится на ее колени, обтянутые дымчатыми колготками и открытые довольно короткой узкой юбкой. На одном из крутых поворотов она незапланированно привалилась к нему всем телом и почувствовала, как он вздрогнул и напрягся. Очень хорошо! Не так уж мальчик крут, как прикидывается!

Музей, разумеется, был закрыт.

– Ну как же я не вспомнил, что сегодня понедельник! – расстроился Игорь. – Столько времени потеряли!

– И я тоже хороша! – в унисон вторила ему Алла. – Ты уж меня прости, пожалуйста…

– Да что там! Я уже и сам хотел посмотреть! Ну? Куда вас отвезти?

– Знаешь, Игорь, мне хочется загладить свою вину! – скромно потупив глаза, сказала Алла. – Поскольку ты все равно потерял бы драгоценное время на выставке, предлагаю съездить в одно кафе на Садовой. Тут недалеко… «Восточная сказка» называется. Там очень неплохо кормят. Давай заедим огорчение, и ты поедешь к своей диссертации!

Она могла бы пригласить его к себе, как Башлачева. Кравченко, прикованный взглядом к ее коленям, вряд ли отказался бы, как и любой другой «настоящий мужчина». Но Алла обещала себе раскрутить Игорька по полной программе, и она это сделает! Он будет мечтать коснуться ее коленей и всего прочего! Она во сне ему будет сниться, несмотря на сумасшедшую разницу в возрасте! Он забудет свою любимую девушку в коричневой с золотом рамочке, спецификации к башлачевским чертежам и даже ноутбук с диссертацией! А она, Алла, потом с большим удовольствием вытрет об него ноги и выбросит на помойку!

– Пожалуй, можно и поесть, раз такое дело, – согласился Игорек и развернул машину в сторону, противоположную Садовой улице.

– Куда мы? – удивилась Алла.

– Я хочу оставить машину на платной стоянке до завтра, – ответил он. – Раз уж мы идем в кафе, то, наверно, стоит и выпить!

Она улыбнулась. Действие развивалось по ее сценарию.

Пока они шли к свободному столику «Восточной сказки», все мужчины, находящиеся в кафе, поворачивали к Алле свои головы, как подсолнухи к солнцу. Этим их поворотам не мешало даже присутствие рядом других женщин. Алла уже привыкла к подобной мужской реакции на свою красоту, а для Игорька это, очевидно, было в новинку. Скорее всего, на его девушку мужики так не пялились. Алла видела, как Кравченко гордо развернул плечи и невероятно напыжился от сознания того, что ведет ужинать очень красивую женщину. Он сделал царский заказ и пару раз при официантке башлачевским жестом коснулся своей рукой руки Аллы, чтобы подавальщица «Восточной сказки» и рядом сидящие мужики видели, что он со своей дамой состоит в очень близких отношениях. Алла внутренне усмехалась и думала, что оригинальность, которой он всегда так кичился, видимо, не касается его отношений с женщинами. Да и в самом деле, стоит ли проявлять оригинальность при общении с болонками? Разве они того стоят? Болонкам надо погладить лапки, хвостик, почесать за ушком – и они моментально и с благодарностью упадут вверх животом! Бери и пользуйся!

– Я не пью, Игорь, – сказала Алла, когда он попытался налить ей невозможно дорогого коньяка.

– Как? – удивился он. – Почему же вы мне не сказали?

– Ну… ты же будешь пить!

– Одному как-то… не того… – явно огорчился Кравченко.

– Брось. Надо делать то, что хочется, не оглядываясь на других.

– Вы так думаете?

– Я в этом уверена.

– Ладно. Тогда ваше здоровье! – Игорь качнул своим бокалом и выпил янтарную маслянистую жидкость.

Он поставил на стол пустой бокал и окинул взглядом помещение. Он хотел всего лишь получше разглядеть интерьер, но опять наткнулся на восхищенные взгляды мужчин, устремленные к Алле.

– Мне кажется, вы пользуетесь большим успехом, – сказал он, вглядываясь в ее лицо, и интимно добавил: – И, по-моему, вполне заслуженно. А здесь танцуют?

Алла поняла, что он немедленно хочет обнять ее на виду у всех мужчин, сидящих в зале, и на зависть им.

– Попозже, – сказала Алла. – Видишь у той стены небольшое возвышение? Там после шести играет какая-то группа. Но ты ведь спешишь?

– Да ладно… – махнул он рукой. – Один раз живем! Здесь приятная обстановка, и кухня действительно хороша. Очень вкусное мясо, не правда ли?

Он сказал это «не правда ли» так, будто имел в виду «я ведь тебе нравлюсь?». Алла кивнула с таким выражением лица, которое вполне можно было трактовать «конечно, нравишься».

После третьего бокала Игорек предложил ей сходить на выставку японской куклы завтра.

– А как же твоя девушка? – тонко улыбаясь, спросила Алла. – Вдруг ей это не понравится?

– Да кто ее будет спрашивать… Да и потом… Она не такая уж, чтобы… Словом, у меня с ней ничего такого очень уж серьезного… – охотно стал предавать свою возлюбленную Игорек. – Так… встречаемся иногда…

– Разве фотографии тех, с кем иногда встречаются, ставят на рабочий стол в лакированных рамочках? – притворно удивилась Алла.

– Да… это она мне подарила… Не дома же держать… – Кравченко, размахивая ножом для резки мяса, готов был лихо резать по живому и собственную жизнь.