Ангел с синими глазами - Марта Шилдз

— Но мисс Элис позволяет мне…

— И поверь мне, я ей скажу, — добавил Рик. — Но, по крайней мере, там ты не один, и если что-нибудь случится… Она никогда не позволила бы тебе самому готовить. Ни здесь, ни у моей матери ты не должен подходить к плите. Ты понимаешь?

Джой поднял обиженные глаза на Кейт, которая рассматривала, нет ли на нем ожогов.

— Мамочка, я просто…

— Неважно, какие у тебя были намерения, Джой. Рик прав. К плите не подходи! — Ее колотящееся сердце наполнилось жалостью к расстроенному сыну, но ей нужно было держаться. — А сейчас пойди наверх и смени рубашку.

Кейт следила, как Джой выходил из кухни: как солдат, потерпевший поражение. Затем подняла брошенный костыль и выпрямилась. Ее паника прошла, и теперь она стала думать, что ее сын чуть не спалил дом Рика.

Она обернулась и увидела, что тот ее рассматривает. У нее громко забилось сердце.

— Мне очень жаль, Рик. Ты, наверно, захочешь, чтобы мы уехали, потому…

— Пожалуйста, прекрати. — Он взял сгоревшее полотенце и выбросил его. Ты понимаешь, что могло произойти? И почему?

— Конечно, понимаю. Мой сын мог сжечь твой дом. Если бы ты не пришел… — Кейт задрожала. — Не могу тебе передать, как мне жаль. Я знаю, это моя ошибка. Мне нужно внимательнее за ним смотреть.

— Ты права, это твоя ошибка. — Рик снял кастрюлю с плиты. — Но не потому, что ты оставила его одного. Ему уже почти пять. Ты можешь оставить его на пятнадцать минут.

Она кивнула.

— Я тут все уберу.

— Какого черта, о чем ты говоришь? — Он понес суп к мусорному баку. — Я сомневаюсь, что ты понимаешь, как велика твоя вина.

— Он — мой сын. Значит, я несу ответственность за его действия.

— Он — твой сын. Ты хорошо его воспитала. Он так же чертовски независим, как и ты. И именно независимость чуть не убила его.

Она отошла на шаг.

— Что?

— Он попробовал готовить самостоятельно. Откуда могла возникнуть такая мысль в голове у ребенка? Не идет ли это от твоего поведения и твоих слов: «Оставь меня и иди к черту»?

— Я… — Господи, неужели Рик прав? Может, действительно самостоятельность, которой она учит сына, принесла ему больше вреда, чем пользы?

— Твое отношение трудно принимать, когда оно представляет опасность для тебя. Но сейчас ты доказала, что это опасно и для твоего сына. Неужели ты хотела, Кейт, сделать сына таким чертовски независимым, чтобы он сам себя убил?

Кейт с трудом села.

— Я не представляла…

— А теперь представляешь. — Рик открыл посудомоечную машину и швырнул туда кастрюлю.

Кейт показалось, будто он швырнул кастрюлю в нее.

— Если ты вызовешь такси, мы уедем.

— И куда ты собралась?

Она пожала плечами.

— Не имеет значения.

Он закрыл посудомоечную машину и с трудом перевел дух.

— Вы останетесь здесь. Бог знает, что ты сделаешь с ребенком, если меня не будет рядом.

Кейт промолчала.

— Ты не только останешься здесь. Ты переедешь вниз. Я привез от мамы еще одну кровать. — Он уставился на посудомоечную машину. Потом перевел взгляд на Кейт. — Теперь, что касается моей работы. Предлагаю тебе выбор. Либо я буду сидеть дома, пока не пойму, что ты способна заботиться о себе, либо я нанимаю няню.

— Няню? А ты представляешь, сколько она стоит?

— Нет, но будь я проклят, если позволю четырехлетнему ребенку выполнять работу няни. Хотя тебя и выписали из госпиталя, ты все еще слаба. Ты не можешь себя обслужить, и Джой тоже не может. Либо няня, либо я. Выбирай. Подумай, пока я поднимусь наверх и посмотрю, как там Джой.

Кейт проводила его взглядом. Выбора не оставалось. Она так устала думать о том, сколько должна Рику, так устала доставлять ему неприятности.

Неужели она и вправду подвергает опасности своего сына, прививая ему уверенность в себе, в своих силах? Она всегда думала, что самостоятельность пойдет на благо Джою, с раннего детства учила его не рассчитывать на других. Другие бросают тебя именно в ту минуту, когда ты в них больше всего нуждаешься.

Другие… Но не Рик.

Кейт пришла в изумление, что он не выставил их из дома. Она никогда не встречала человека, похожего на него. Кажется, он более решительно настроен помочь им, чем она — не принимать его помощь.

Вошел Рик.

— Извини, я погорячился. Я не хотел сказать, что ты плохая мать. Но я чуть с ума не сошел.

И опять Кейт была покорена его рассудительностью.

— Ты не погорячился, ты прав. Я тоже перепугалась.

Рик кивнул.

— Я знаю.

Их взгляды встретились, и между ними возникло притяжение, мимолетное взаимопонимание, связь, которая существует у родителей.

Кейт отвела взгляд. Она опять представила себе… Но Джой — ее сын, а не Рика.

— Где он?

— Он успокоился. Сейчас спустится. — Рик сложил руки на груди и оперся на стойку. — Извини, но ты все еще стоишь перед выбором. Я или няня. Что ты предпочитаешь?

Она глубоко вздохнула, но голос ее подвел, и она тихо прошептала:

— Ты.

Он моргнул.

— Что ты сказала? Я не расслышал.

— Ты, — повторила она громче.

Он заулыбался, но сам себя остановил и коротко кивнул ей:

— Правильный выбор. А что тебе приготовить на ленч? Еще супа или сандвичи с цыпленком, которые прислала Элис?

— Я могу…

— Извини?

Она опустила глаза.

— Лучше сандвичи.

— Еще раз правильный выбор. — И он с улыбкой стал доставать коробку с бутербродами.