Ловушка для Красной Шапочки - Оксана Головина

Он почувствовал, как рука Лорены скользнула под его пиджак, чертыхнулся и отпрянул.

– Но как ты помнишь, мы оба решили, что постели между нами не будет. Твои любовнички останутся при тебе.

Девушка фыркнула, обходя его кругом. Натана окутал шлейф её духов.

– Пока эту тему можно отложить.

– Она не будет отложена, Лорена. Она закрыта. Зачем ты здесь? – он повернулся к невесте.

– Я не желаю, чтоб моя репутация была испорчена этой Золушкой. Девочка может навоображать себе лишнего. А ты, я погляжу, и не собираешься её разубеждать в этом. Речь шла о том, что она выйдет перед камерами, помолчит, поулыбается и помашет репортёрам ручкой.

– И, – приподнял бровь Амеди, – ты решила всё испортить из-за того, что тебя не устроила дублёрша? О какой репутации ты говоришь? Твой рейтинг взлетел на несколько пунктов за пару дней. Умей быть благодарной, Лорена. Я пока не услышал разумного объяснения твоей с матерью выходки.

– Мне прислали журнал. Ваши лица на развороте… ты возил её в «Pré Catelan»! – яростно бросила ему невеста.

– Кто прислал тебе журнал? – помрачнел Натан, игнорируя её очередной приступ ревности.

– Не знаю! Мне плевать! – снова завелась Лорена, – не уходи от ответа! Её самодовольная мордашка так и стоит у меня перед глазами!

Она помахала ладонью перед своим лицом. Амеди тяжело вдохнул, сжимая кулаки в карманах. Вот значит как. Глупая Доминик умудрилась подсунуть дочери фотографии из ресторана? Нужно будет выяснить, её ли рук дело или журнал принесли в дом вместе со всей почтой.

– Я не вернусь в тот дом! – Лорена вернулась в кресло, откидываясь на скрипнувшую кожей спинку, – я останусь здесь!

– Исключено. Ты вернёшься и не покинешь его, пока я не позволю, – ответил Натан тоном, не терпящим возражений.

– Тогда я буду жить в своей комнате, в нашем доме! Я буду лично наблюдать, как всё происходит, уясни себе, – выкрикнула истерично Лорена.

– Поднимайся, я отвезу тебя. Затем нужно закончить то, что из-за твоей выходки не удалось сделать по-человечески.

– Умница! – томно потянула она, по-своему понимая ответ жениха.

Лорена поднялась, расправляя складки платья, и только тогда по выражению лица Амеди поняла, что везти он её собирался вовсе не в свой дом.

– Я никуда не поеду с тобой! – зло прошипела девушка, подходя вплотную и поднимая голову, чтоб встретиться с ним взглядом, – не смей отсылать меня, Натан!

Следующие полчаса его ожидала привычная истерика, и Амеди был искренне рад тому, что звукоизоляция в кабинете не позволила Густаво услышать происходящее за дверью. Чем больше Лорена злилась, тем более каменным становилось выражение лица Натана. В итоге, как всегда поверженная, невеста подошла к бару, намереваясь наполнить один из бокалов содержимым многочисленных бутылок.

– Она не влезет в платье для помолвки! – констатировала Лорена с довольным видом, будто только что низвергла соперницу.

– Верно. Поэтому на помолвке Карин будет в другом платье, – Натан подошёл, останавливаясь за спиной, отобрал бутылку и тихо проговорил, склоняясь к её уху, – и я подберу его сам.

– Ненавижу!

– Знаю. Идём. Скоро ночь. Не желаю возиться с тобой ещё дольше. Пожалей отца, в конце концов…

– Он мне не… – Лорена осеклась, разворачиваясь к жениху, поскольку натолкнулась на его ледяной взгляд.

Она чувствовала себя так, словно на неё опрокинули ведро холодной воды.

– Только посмей… – мрачно предупредил мужчина, – я жду тебя у машины. У тебя две минуты, чтобы попрощаться с родителями.

Натан покинул кабинет, оставляя дверь раскрытой. К ужину, по всей видимости, никто так и не притронулся. Он застал Густаво в гостиной, мужчина явно ожидал его и поднялся, стоило Амеди подойти.

– Натан, ты поговорил с ней? Доминик отправилась к себе, сослалась на внезапную мигрень… Надеюсь, ты смог вразумить Лорену.

– Да. Я отвезу её обратно, – проговорил Натан, – не беспокойся. Я позабочусь, чтобы это больше не повторилось.

– Если нужно будет выставить охрану…

– Если нужно будет, я её привяжу. Поверь, – Амеди пожал руку хозяину дома и заметил, что невеста стоит за спиной у отчима.

Его глаза сузились, но Натан смолчал, прощаясь и выходя из дома. Машина Лорены была припаркована на стоянке. Господи, она даже не удосужилась забрать ключи из салона! Натан открыл дверцу серебристого спорткара и сел за руль. Его пальцы начали выстукивать беспорядочный ритм на руле, затем он потянулся к внутреннему карману пиджака, в непонятном порыве желая вытащить телефон и позвонить домой.

– Что ты сейчас делаешь, Карин? – Амеди закусил губу, наблюдая за тем, как Лорена спускалась по ступенькам, и вернул телефон на место.

Лёгкий стук каблуков противно отдавался в уставшей голове, он дождался, пока невеста сядет рядом, завёл двигатель и выехал со стоянки.

– Отвратительно!

– Согласен, – кивнул коротко Натан.

Лорена фыркнула и приподняла мягкий край шляпы, пытаясь «убить» его своим взглядом.

– Мы не ужинали, – продолжила она.

– Да.

– Останешься у меня? Я велю…

– Не намерен. Не голоден, – Натан вывел машину на пустую пригородную дорогу.

Чувство тревоги не давало ему покоя. И он пока не знал, к чему его отнести: к неудачной встрече или к тому, что Диверо до сих пор не отчитался. Амеди снова потянулся к телефону и кинул взгляд на зеркало заднего вида, замечая вспыхнувшие фары одинокой машины, ехавшей следом за ними. Убирая руку от кармана, Натан прибавил скорости и облегчённо наблюдал, как неизвестная машина, блеснув чёрным боком, обогнала их и вскоре скрылась в темноте.

– Не хочешь, значит! – снова отозвалась Лорена.

Натан так отвлёкся, что вздрогнул, когда услышал её голос. Пожалуй, сегодня он действительно устал. Он хотел домой…

– Я отменила две съёмки, – застонала Лорена, – если рекламу детского крема можно послать к чертям, то коллекция…

– Хватит! – выкрикнул Натан, кидая на неё злой взгляд, и тут же лицо его побелело, – чёрт!

Ослеплённый светом фар, он сумел развернуть машину. Но врезавшийся в них неизвестный автомобиль заставил спорткар слететь с дороги в кювет и перевернуться. Задержавшись на мгновение, чёрная машина развернулась и унеслась прочь с места аварии.

ГЛАВА 7

– Посмотрите на меня… слышите меня?.. – мужской голос доносился, словно через вату, урывками, не давая что-либо толком понять.

В глаза чем-то посветили и неизвестный голос, пробиваясь через пелену головной боли, пояснил:

– Мужчина очнулся, реагирует. Забираем. На три! Раз… два… три! – тело буквально разрывало на части от нового приступа боли, когда его доставали и укладывали на носилки.