Ложь - Синтия Иден

– Ты уже установил личность убийцы? – спросил Салливан, входя в кабинет Бена Ховарда.

– Он молчит с тех пор, как на него надели наручники, – вздохнул сидевший за столом Бен. – Но у нас есть его отпечатки, ребята пробивают их по базе.

– Вряд ли он есть в вашей базе. Это профессионал, наверняка еще ни разу не попадался.

– Но мы его все-таки взяли.

– Только потому, что он спешил убить Элизабет Сноу любой ценой, – заметил Салливан. – Хотя мог бы подождать, пока шум немного уляжется после его нападения на детектива Чейфер.

– Может, он так давно убивает людей, что поверил в свою безнаказанность? Я встречал таких подонков. Некоторые преступники считают себя неуязвимыми. – Бен усмехнулся. – Но этого-то мы взяли. Теперь никуда не денется!

Салливану аргумент показался неубедительным.

– И все-таки почему он сломя голову помчался убивать Элизабет? Профессионал должен сохранять хладнокровие в любой ситуации…

– Может, это его босс занервничал и потерял осторожность? – предположил Бен.

Салливан задумчиво кивнул:

– Заказчик боялся, что журналист и Элизабет могут выдать его тайны, поэтому приказал убрать их как можно быстрее.

– Не исключено. Но вот интересно, кому из них пришла в голову мысль по ходу дела убить копа? Наемнику или нанимателю?

– Кстати, как детектив Чейфер? Она поправится?

– Не знаю. Она в отделении интенсивной терапии, врачи делают все возможное… Беда за бедой. – Бен вздохнул. – Недавно Мелинде уже досталось от отдела внутренних расследований: ее считали сообщницей Шейна Таунсенда.

Салливан помрачнел. Когда-то Шейн был его близким другом, а потом оказался грязным копом и предал Макгуайров.

– И что ты думаешь, Бен? Она тоже замарала руки?

– Я думаю, Мелинда Чейфер – честный полицейский. И буду так думать, пока кто-нибудь не предъявит мне весомые доказательства обратного. Черт возьми, по дороге в операционную она, истекая кровью, спрашивала, жива ли Элизабет Сноу! Так ведут себя только хорошие копы! Помимо этого, Мелинда успела сообщить врачам, что человек, напавший на нее, называл себя Наладчиком.

– Ты что-нибудь знаешь о наемном убийце с такой кличкой?

– Никогда не слышал. Но я пройдусь по своим контактам и выясню все, что смогу. – Капитан поколебался, но все же спросил: – Макгуайры ведь тоже умеют добывать информацию, верно?

Разумеется, они умели – законными и незаконными способами. И Салливан рассчитывал получить результат раньше, чем полиция.

– Я этим займусь, – пообещал он.

Кое-кто мог бы ему очень помочь, но Салливан не общался с ней много лет. С тех пор как повернулся спиной и ушел. Ему это далось нелегко, и до сих пор разрыв с Селией не давал покоя. Но тогда он должен был сделать выбор: она или семья.

– Мне нужно поговорить с арестованным, – резко сказал Салливан.

– Сначала я сам с ним закончу, получу ответы на свои вопросы, а потом посмотрим, можно ли к нему подпустить кого-то из Макгуайров.

Салливан вскинул бровь:

– Боишься за этого ублюдка?

– Вы гражданские. – Капитан отвел взгляд. – Вас здесь вообще не должно быть.

– Бен, не надо намеков, – сухо сказал Салли-ван. – Ты знаешь, на что я способен, а на что никогда не пойду. – Он посмотрел капитану в глаза. Бен тоже был связан со спецслужбами, но подробностей об этом никто не знал. – Дай нам с Маком немного потолковать с Наладчиком.

– Я видел, как Мак смотрел на Элизабет Сноу, и подумал, что для него это может оказаться очень личным делом.

Салливан тоже заметил, что брат теряет объективность во всем, что касается Элизабет. Для Мака дело Наладчика и правда было личным. А эмоции могут довести до беды.

Элизабет лежала в постели и смотрела в темноту. Эта уютная темнота скрыла от нее прошлое. Все тело сладко болело, и она больше ничего не боялась, потому что рядом был Мак.

– Ну, теперь откроешь свои тайны? – тихо спросил Мак.

Ладонь Элизабет лежала на его груди, прямо над сердцем, и сильное, размеренное биение этого бесстрашного сердца действовало на нее успокаивающе.

– Что ты хочешь узнать?

– Ты выросла в Северной Дакоте?

Девушка не сомневалась, что основные факты ее биографии он уже позаботился разыскать, но все-таки ответила:

– Да, в крошечном городке под названием Гибсон. Там ни у кого не было ни денег, ни будущего.

– Как ты познакомилась с Нейтом?

Элизабет улыбнулась при этом воспоминании:

– В книжном магазине. Я листала какой-то роман у витрины, а Нейт проходил мимо по улице и остановился. Сначала мне показалось, что он разглядывает книги. Но он смотрел на меня. – Она погладила горячую кожу Мака. – Знаешь, на меня так смотрели впервые. Для других я была обузой, источником всех бед, и мне приходилось самой о себе заботиться. Я воровала и попадалась на этом много раз. Но я брала еду, только когда хотела есть. Что мне еще оставалось?.. – Вот об этом вспоминать было больно. – Нейт оказался в Гибсоне проездом. Он не собирался там задерживаться, но мы влюбились друг в друга.

Тело Мака напряглось под ее ладонью, тем не менее он промолчал.

– Влюбились безоглядно, как подростки. Мы и были подростками. – Элизабет засмеялась при мысли о той восемнадцатилетней девчонке, в чьей душе впервые загорелась надежда на лучшую жизнь. – С Нейтом я перестала чувствовать себя одинокой. Он не смотрел на меня как на… отбросы. Не осуждал. Он смотрел так, будто искал меня всю жизнь и наконец нашел.