Зов одинокой души - Сьюзен Мэллери

— Жаль. И все-таки, если вы хороший человек, все может получиться. Конечно, тогда остаются только Марина и Тодд, и я понятия не имею, как свести их вместе. Теперь, когда он знает мой план, он будет настороже.

— Я думал, вы не собираетесь вмешиваться.

— Я не вмешиваюсь. Я просто немножко помогаю. Молодые люди нуждаются в такого рода помощи. Если я буду ждать естественного развития событий, то умру задолго до того, как увижу своих правнуков. А мне этого не хочется.

Она поднялась.

— Приятно было познакомиться с вами, Кейн. Хорошо заботьтесь об Уиллоу. Она хорошая, особенная девушка.

Рут направилась к двери, затем оглянулась.

— Кажется, у вас есть котята.

— О, да. Три.

— Хорошо. Когда они достаточно подрастут, я возьму одного. Мне всегда хотелось кошку. Фрейзер не любил животных, но так как теперь я отвечаю только перед собой, я могу себе это позволить. — Она вздохнула. — Это одно из преимуществ одиночества. И все же, если б я могла его вернуть… — Она пожала плечами. — До свидания, Кейн.

— До свидания, миссис Джемисон.

Уиллоу принесла пакеты из своей машины к входной двери Кейна.

— Я привезла еду, — сказала она, входя в дом.

— Я вижу.

Она прошла на кухню и начала располагаться как дома. Убрав продукты в холодильник, выставила хлеб и вино на стол, затем повернулась к не слишком гостеприимному хозяину.

— Я звонила тебе и сказала, что заеду пообедать, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос не звучал оборонительно, когда на самом деле она немного нервничала.

— Я получил сообщение.

— Это празднование, — добавила она.

Он отнюдь не выглядел счастливым, но, с другой стороны, Кейн вообще не из улыбчивых. Однако радовало то, что и несчастным он не выглядел.

— Я хотела сказать «спасибо», — тихо пробормотала она. — За то, что помог мне в трудную минуту и указал правильное направление. — Она улыбнулась. — Я только что закончила первую неделю работы у Беверли, и мне ужасно нравится. — Она протянула руки.

Он усмехнулся.

— Десять пальцев. Это радует.

— Нет же глупый. Мои ногти. Смотри. Их нет. Во всяком случае, длинных. И у меня появились мозоли. Я целыми днями вожусь с растениями. Я счастлива как никогда в жизни, и все благодаря тебе.

Он смутился.

— Ты и сама бы до всего этого дошла.

— Может быть, но на это могла уйти куча времени. Это то, чем я должна была заниматься с самого начала, и теперь я знаю это благодаря тебе. Отсюда и торжество.

— В самом деле? — он насмешливо вскинул бровь.

Он поддразнивает ее, что означает, что он не расстроен. Кейн не задумываясь бросил бы ее, если б захотел, но он этого не делал, значит… Приятное

тепло растеклось от живота по всему телу.

— Я был в Нью-Йорке на прошлой неделе, — сказал он.

— Я знаю.

— Верно. Ты присматривала за кошкой.

Она внимательно разглядывала его. Что-то было не так. Кейн выглядел… странно. Но ведь он всегда такой уверенный, такой непробиваемый. Как это возможно?

— Я благодарен тебе за то, что ты согласилась присмотреть за ней.

— За Жасмин.

— Точно. Поэтому я э… привез тебе кое-что.

Она почувствовала, как внутри у нее все затрепетало.

— Ты купил что-то для меня? Подарок?

— В знак благодарности.

Она почувствовала себя пятилетним ребенком в рождественское утро.

— А что это? Оно большое?

Он на минуту исчез в задней части дома и вернулся с большим подарочным пакетом, который вручил ей. Она поставила его на стойку и заглянула внутрь.

Она представления не имела, чего ждать, но это оказалась прекрасная кожаная сумка с цветочной аппликацией всех цветов радуги.

— Она бесподобна, — сказала Уиллоу, не в силах поверить, что это для нее. Должно быть, сумка стоила целое состояние. Одно только имя дизайнера внушало благоговейный трепет.

— Я подумал, что цветы и все такое… в общем, что тебе понравится.

Она заглянула внутрь. Там были отделения для ручек, сотового телефона и солнечных очков. Подкладка на ощупь была шелковистой, а кожа гладкой и мягкой.

— Какая прелесть, — выдохнула она, взглянув на него. — Но это чересчур для простого подарка в знак признательности.

— Это я купил тебе. Если нравится, она твоя.

— Нравится? Да я, возможно, буду настаивать, чтобы меня с ней похоронили.

— Хорошо. — Он улыбнулся. — Я увидел сумку и подумал о тебе. Вот почему я ее купил.

Он думал о ней? Этот кусочек информации был почти таким же бесценным, как и сам подарок.

— Спасибо, — сказала она. — Сумка прекрасная, и я в восторге от нее.

Судя по тому, что она знает о его жизни, Кейн не часто покупает женщинам подарки. Для этого нужно, чтобы они были рядом больше, чем день. Означает ли это, что она немного дорога ему? Что она начинает что-то для него значить? Уиллоу разрывалась между надеждой и потребностью защитить свое сердце.

Он открыл вино и налил им по бокалу.

— Мне показалось или ты положила бифштексы в мой холодильник? — спросил ей, подавая ей бокал.

— Ага. У тебя в патио есть барбекю. Я знаю, о чем ты думаешь, но мясо, приготовленное в барбекю, не считается.

— Разумеется, нет, — пробормотал он. — Кто же этого не знает?

Она улыбнулась и легонько стукнула своим бокалом о его.

— За наши мечты. Пусть они сбываются.

Позже, когда они закончили с обедом и сидели в гостиной перед камином, Уиллоу, уютно свернувшись в кресле, старалась не придавать слишком большого значения этому вечеру. Кейн привез ей подарок, они пили вино, чудесно пообедали и о многом говорили. Они были мужчиной и женщиной, которые были вместе больше, чем один раз. Во многих смыслах это можно было бы назвать свиданием, хотя у нее было такое чувство, что Кейн не согласился бы с ее оценкой.

Проблема в том, что он ей нравится. Очень. Снаружи он такой суровый, но внутри мягкий, как масло.

— Для вегетарианки ты слишком любишь бифштекс, — заметил он.

— Я знаю, это недостаток. Я могу обходиться без мяса по многу месяцев, но время от времени просто не могу удержаться.

Она улыбнулась. Он не улыбнулся в ответ, но было что-то. такое в его глазах что-то горячее, наполняющее ее удовлетворением и желанием. Внезапно ей представилось, как они занимаются любовью перед камином.

— Ты опять меня хочешь, — счастливо констатировала она. — Это одно из твоих лучших качеств.