Сладкая месть - Кэт Мартин

— Если бы только я знала, насколько это честно… то есть я никогда… я не знаю, как… то есть трудно решить, сколько я стою. Если хочешь, я попрошу Броуни прийти, и ты обсудишь все с ним.

— Это тяжело, ты права, — Рейн тихо застонал. Он пристально посмотрел на нее своими карими глазами, и у нее сердце забилось еще чаще, чем прежде. — Но я думаю, что цена, которую установила ты сама — честная. Завтра утром я прикажу составить соглашение. А послезавтра ты поселишься в своем новом доме.

Джоселин вздрогнула. И тогда она больше не будет девушкой.

— Думаю, мы договорились.

Она встала и протянула руку. Рейн тоже встал, обнял ее и привлек к себе.

— Думаю, что нашу сделку лучше скрепить поцелуем.

Особенно таким поцелуем, подумала она, когда его губы овладели ее ртом. Это уже было не нежное касание, а требовательный поцелуй мужчины, который будет спать с ней. Джоселин схватила Рейна за плечи, разрываясь между жаркими смятенными чувствами, сотрясавшими ее тело, и страхом перед тем сильным и длинным, что так откровенно прижималось к ней. От Рейна приятно пахло бренди и сигарами губы были теплыми и соблазнительными.

Джо вся дрожала, когда он оторвался от нее. Выражение лица виконта было почти безумным, а взгляд жарким и хозяйским.

— Думаю, моя милая бродяжка, я заключил выгод сделку.

Утром, когда они собирались ехать в Лондон, Джжоселин услышала голоса у входа. Мягкий и возбужденный женский голос и удивленный голос и резкий смех Рейна. Джоселин замерла на вершине лесницы, когда они посмотрели на нее: виконт и гибкая стройная темно-рыжая девушка, обнимавшая его шею.

— Доброе утро, — сказала молодая женщина, улыбаясь Джо. — Рейн, ты не предупредил меня, что у нас гости.

— Считывая тот факт, что ты приехала на три дня раньше и ни словом не сообщила мне об этом, у меня просто не было такой возможности.

И тут Джоселин догадалась: красивая молодая дама сестра Рейна. И ей вряд ли понравится, что он привез домой свою будущую любовницу.

— Мне будет проще представить вас друг другу, Джоселин, если ты присоединишься к нам.

— Я… да, ваша светлость.

Ей хотелось раствориться, как дым от сигары Рей но было уже слишком поздно отступать.

— Джоселин, это моя сестра Александра.

Хорошенькая девушка улыбнулась. Они почти ровесницы, подумала Джо.

— Рада познакомиться с вами, — сказала Александра.

— Я тоже рада, — Джо почувствовала, как взгляд зеленых глаз девушки скользит по ней, разглядывая бледно-розовое дневное муслиновое платье, в котором Александра могла узнать свою собственность, и смутилась. — Ваш брат был так добр, что предоставил мне кое-какие из ваших вещей. Надеюсь, это не доставит вам неудобств. Она посмотрела на Рейна.

— Нет, конечно же, нет.

У Александры была такая же гибкая фигура и почти такой же рост, как у Джо, но грудь у нее была побольше, кожа — посветлее, а на носу виднелись веснушки. Она была чрезвычайно мила.

— Позже я все тебе объясню, Алекс, — сказал Рейн своим не терпящим возражений тоном. — Пока достаточно сказать, что Джоселин дочь сэра Генри Эсбюри. В последнее время ей не везло в жизни, но вскоре у нее все уладится.

Александра кивнула, словно понимая, хотя это было невозможно. Она дружелюбно улыбнулась.

— Мы сейчас прямо из деревни. Я умираю от голода. Вы уже завтракали?

Джоселин подумала, какой смысл имели слова «умираю с голоду» для нее в те дни, когда живот сводило до боли, а слюна смачивала рот от одной мысли о еде. А для этой защищенной девушки это слово ничего не значит. Но все-таки в ее манере было что-то теплое и добродушное, что позволило Джо преодолеть неловкость.

— Боюсь, нам уже пора ехать, — сказал Рейн. Джо была благодарна ему за это. Боже мой, что она может сказать этой девушке? — Кухарка приготовила шоколад и пирожные. А у меня еще много дел в Сити, так что я вернусь только через пару дней.

Джо прекрасно знала, что он будет делать — привезет ее в новый дом и даст первые уроки в постели. У нее засосало под ложечкой.

— То есть, — уточнил он, бросая на сестру многозначительный взгляд, — если конечно ты можешь вести себя хорошо без моего присмотра.

— Конечно. Со мной будет мисс Парсонс. А ты знаешь, как она придерживается приличий.

— Именно поэтому я ее и нанял. И полагаю, что ее общество идет тебе на пользу.

Александра приуныла.

— Неважно. Просто веди себя пристойно. Будь в меру снисходительна к несчастным, падающим к твоим ногам, а к концу недели я вернусь.

Брат с сестрой снова обнялись. Джоселин попрощалась, и они с Рейном вышли из дома.

Броуни и Такер уже ждали их. Они выглядели опрятней, чем когда бы то ни было; их коричневые штаны и белые рубашки были аккуратно выглажены и в них не имелось ни единой дырочки. Рука Броуни почти выздоровела. Волосы Такера были подстрижены. Увидев, как позаботились о ее друзьях, Джоселин почувствовала, как у нее в горле встал комок.

— Готовы? — спросил Рейн, помогая ей сесть в элегантную коляску, на дверце которой сиял герб Стоунли — медведь со змеей.

Вещи, которые она носила, были упакованы в сундук, а Элайзу отправили вперед еще рано утром, чтобы она исполнила роль горничной и привела вещи в порядок. Они отправились в город, и Джоселин вся дрожала от мысли о предстоящих событиях, но надеялась на будущее больше, чем все предыдущие годы.

Потом она посмотрела на виконта, заметила жесткие мускулы его шеи, вспомнила, как он выглядел обнаженным, подумала о силе его могучих плеч и рук. Она вспомнила ту ночь, когда прокралась к нему в комнату, вспомнила, как его напряженный член твердо касался ее живота.

При воспоминании о виденном ею в переулке Матросе, о его похотливом хрюканье и качании его голой задницы, когда он входил в пьяную шлюху, Джоселин сжалась. Ничего, она пережила голод и нищету, переживет и это. Только блестящее будущее, рисовавшееся ей перед этим, вдруг как-то потускнело.

Александра Гэррик стояла у узорчатого окна в холле, глядя вслед экипажу Стоунли. Ей пришлось уехать на три недели, брат отправил ее в Марден как непослушного ребенка, и все только из-за этой глупой истории с лордом Уильямом, вторым сыном эрла Крейфилдского. Господи, это был всего лишь легкий поцелуй, но Рейн увидел их и рассвирепел.

Честное слово, если бы ей не случалось и прежде несколько раз наблюдать невероятный нрав брата, она бы испугалась за жизнь бедного Уильяма! Ну, какая теперь разница, она уже снова дома и у нее вполне достаточно времени, чтобы подготовиться к новому Сезону.

По правде говоря, она вернулась из Мардена пораньше, зная, что с тех пор гнев брата улегся, и надеясь, что он уже начал давать балы, рауты, домашние приемы и утренники. А вместо этого он занят совсем другим, делами — или он только так говорит — и своей красивой гостьей — девушкой всего на пару лет старше ее.