На всех парусах - Жаклин Бэрд

Планируя быть в квартире Гвидо к шести, как они и договаривались, Сара медленно плелась по улице. Она отказывалась обдумывать ситуацию впопыхах, на нерве. Но эмоции все же пробивали глухую стену ее самообладания, и тогда ей хотелось плакать или недобро посмеяться над тем, какая же она «удачливая».

Сара не спешила и поэтому опоздала, да так, что когда, наконец, открыла дверь своим ключом, долго и бессмысленно проковырявшись в замке, Гвидо воскликнул:

– Где ты, черт возьми, пропадала! Я уж и на сотовый тебе звонил, и на работу! Битый час жду!

Сара тупо уставилась на Гвидо, стоявшего перед ней в вечернем черном костюме.

– Как ты могла забыть, Сара?! Мы же договаривались с тобой.

– О чем? – глухо проговорила она.

– У нас же билеты в оперу. Спектакль начался полчаса назад, – с нескрываемым упреком напомнил Гвидо.

– Прости… прости, – вяло извинилась Сара и опустилась в миниатюрное креслице у самого входа. – У меня была очень важная встреча… Я безумно устала. Иди один.

– Да никуда я не пойду. Во-первых, начало спектакля специально для меня повторять не станут. А во-вторых, я не собираюсь идти без тебя… Важная встреча… В такой час? – гневался он, вышагивая по холлу взад и вперед мимо обреченно сидящей Сары. – Всякое, конечно, бывает. Но ты могла меня предупредить! У тебя даже сотовый не отвечал. Что я должен был подумать?

Сара безнадежно посмотрела на Гвидо и вновь опустила взгляд.

В тот вечер они все-таки отправились в Ковент-Гарден и успели стать свидетелями остававшейся части оперной постановки, но это было скорее символическим действом с их стороны, поскольку ни Гвидо, ни Сара не могли сосредоточиться на том, что происходило на сцене. Каждый был погружен в собственные размышления. В антракте они пошли в буфет, и Гвидо привычно предложил женщине шампанское, но Сара от него отказалась, однако сделала это, не придавая особого значения собственному отказу. Она рассеянно пережёвывала сандвич, когда Гвидо наступательно произнес:

– Может быть, ты, наконец, расскажешь мне, в чем дело?

– Ни в чем, – блекло отозвалась Сара.

По завершении оперы он усадил спутницу в свою новенькую спортивную машину, завел двигатель, но прежде чем рвануть со стоянки насмешливо проговорил:

– «Отелло» – бесспорное творение двух гениев, Шекспира и Верди – не теряет своей актуальности по сей день…

– Да-да, – бессмысленно отозвалась Сара.

– У нас заказан столик, – напомнил ей Гвидо, включая мотор.

– Ужин – это хорошо, – глубокомысленно проговорила она. Но по прибытии в ресторан и заняв свое место за столиком, вдруг повеселела и призналась: – Я безумно голодна.

– Тогда закажем побольше и немедленно. – Что он и сделал.

Однако когда перед ними расставили блюда с разнообразными закусками, Сара вдохнула насыщенный аромат приправ и специй и в состоянии неконтролируемого отвращения отстранилась, еле сдерживая рвотные позывы.

– Я не могу, мне нужно в дамскую комнату, – пролепетала она и испарилась.

Вбежав в женский туалет, Сара посмотрела в зеркало на свое лицо с явным налетом зелени. Это не было оптическим эффектом освещения или дефектом амальгамы. Таковым на самом деле являлся оттенок ее кожи – зеленовато-серая патина распространилась по всему изморенному лицу.

Через пять минут Сара умылась, достала из сумочки косметичку, припудрилась, накрасила губы красной помадой, подмазала ресницы угольно-черной тушью, коснулась скул румянами и приобрела подобие здорового внешнего вида. После чего вернулась к столику.

Она продолжала сохранять холодность к еде, отщипывая от хлеба маленькие кусочки и запивая их простой водой.

– Что? Пропал аппетит?

– Да.

– Ты не заболела?

– Нет.

– С тобой что-то творится, но ты по какой-то причине скрываешь это от меня.

– Прости.

– Ты бледная.

– Что делать. Старею.

– Не смеши. Голова болит?

– Заболит, если не прекратишь этот допрос.

– Мне нужны факты, Сара.