Доставь мне удовольствие - Конни Мейсон

Когда они поели, Доминик вызвался помочь с посудой, но Кара с улыбкой отказалась от помощи.

– Завтра суббота, так что я просто сложу тарелки в раковину, а вымою с утра.

Они вместе отнесли посуду на кухню и вернулись в гостиную. Чем больше проходило времени, тем больше нарастало волнение Доминика, но странное состояние, владевшее Карой, сбивало его решительный настрой и заставляло гадать, о чем она думает на самом деле.

Доминик сел на кожаный диван.

Кара опустилась рядом с ним, прямая, словно натянутая струна.

– Ты нервничаешь, Кара? – спросил Доминик, заметив, как напряженно она сплела пальцы на коленях.

– Вовсе нет!

– Нет? – Он протянул руку и сжал ее холодные ладони. – Не пытайся меня обмануть.

– Зачем ты пришел, Доминик?

– Господи, Кара! Неужели так трудно поверить, что я хотел видеть тебя? Да и ты вряд ли забыла о тех чудесных днях – и ночах, – что мы провели вместе. Возможно, для тебя это всего лишь воспоминания, но для меня...

– Молчи, прошу тебя, – взмолилась Кара. – Я ничего не забыла, ты для меня очень важен, ты заставил меня поверить в себя и превратил те дни в сказку. Ни один мужчина не давал мне так много.

– Неужели, – начал Доминик, притянув ее к себе, – ты не видишь, что я хочу дать тебе еще больше, гораздо больше. Я многому научился в последнее время. Я понял, что хочу быть рядом с тобой. Ты чудесный человек и потрясающая женщина. – Он хитро улыбнулся. Краска залила лицо Кары.

– Но надолго ли этого хватит? До тех пор, пока, ты не встретишь другую. Я не могу относиться с легкостью к расставаниям. Мне нужен свой дом, крепкая семья, дети и любящий муж. Мы словно два разных полюса, и как бы ни тянулись друг к другу, все равно мы слишком не похожи.

– Неужели? А если все не так, как ты думаешь, Кара? Так ли хорошо ты поняла, каков я? Возможно, ты еще многого обо мне не знаешь...

Доминик прижался губами к локону, который накручивал на палец.

– Ты же хочешь меня, правда?

Кара ждала этого вопроса, но когда он прозвучал, все ее тело стало ватным.

– Зачем ты спрашиваешь? – тихо ответила она.

– Вот и отлично. Для начала и это немало. – Доминик поцеловал ее нежно, притянув к себе, вдохнул запах ее волос.

– Что ты имеешь в... – Ее слова потонули в ласковых поцелуях и объятиях. Кара обвила шею Доминика руками и прижалась. Сердце ее билось часто и неровно.

– Мы, все так же хотим друг друга, – шепнул он ей на ухо и чуть прикусил мочку. – Ничего не изменилось. Так странно, так удивительно прикасаться и целовать тебя. Я скучал по тебе и сейчас словно вернулся домой. Я мечтал о том, как буду ласкать тебя, и как ты будешь отдаваться этим ласкам. – Он снова и снова повторял ее имя и словно безумный целовал ее. – Ты тоже мечтала об этом, признайся!

Запрокинув голову, Кара ощущала поцелуи и прикосновения его пальцев, нежные и пылкие. С какой легкостью ласки Доминика уносили прочь ее боль и невыплаканное одиночество!

– Да, да, я мечтала об этом. Господь свидетель, я с ума сходила без тебя! Все было чужим и неправильным со дня нашего расставания.

– Если бы, ты знала, как я счастлив слышать это, дорогая! – шепнул Доминик, и в голосе его отчетливо прозвучало облегчение. – Где спальня? Я не смогу ждать больше!

– Прямо... по коридору, – прошептала Кара, отказавшись от борьбы. Она сдалась без боя на волю Доминика, и это наполняло ее нежностью и восторгом.

Он внес ее в комнату на руках и поставил на пол у кровати. Кара не смогла удержать дрожь, охватившую ее, когда он повернул ее спиной и расстегнул молнию платья и застежку лифчика. Доминик обнял ее, обхватив ладонями полные груди и прижав спиной к своей груди.

– Я запомнил их меньше, чем они сейчас, – немного озадаченно шепнул он ей на ухо. И все же Кара почувствовала, что он улыбается.

Его пальцы сбежали вниз и проникли в трусики, где Кара была уже мокрая от невыносимого желания. Затем он стянул их вниз по бедрам, и они упали на шифон платья. Кара выступила из волн одежды. Руки Доминика вернулись к ее груди, сжав соски. Она не сдержала стон.

– Как же мне не хватало тебя, милая! Я хочу тебя больше всего на свете!

– Ты проводил время с такими яркими женщинами! Когда ты находил время скучать по мне? – усмехнулась Кара.

– Это было не так трудно, потому что, где бы я ни был, я думал только о тебе. Я вспоминал, как хорошо нам было вместе, как чудесно заниматься с тобой любовью, быть внутри тебя. Я хочу снова ощутить все это!

Доминик скинул с плеч пиджак и вытянул рубашку из брюк. Он раздевался, не отрывая глаз от Кары, и в этом было что-то очень соблазнительное. Он приподнял ногу Кары и поставил на кровать, опускаясь перед ней на колени. Кара пыталась сдержать волнение, когда он прижался головой к ее животу, там, где начиналась новая жизнь, и нежно провел по нему ладонью. Затем руки скользнули по бедрам, поглаживая и нежно касаясь самых чувствительных мест. Доминик прижался губами к холмику волос внизу живота и двинулся глубже.

– Доминик!

Он чуть слышно усмехнулся и продолжал ласку, пока возбуждение не стало конвульсивно сжимать ее бедра и она, разгоряченная, не вскрикнула, откинув голову.

Колени подкосились, и Кара упала бы, если бы сильные руки не подхватили ее. Потом он снова ласкал ее губами и руками, пока желание не вернулось с новой силой. Кара взмолилась, чтобы Доминик вошел в нее и избавил от жажды. Он ласкал ее так, словно всю жизнь копил нежность, и мог наконец излить ее. Никогда прежде ей не было с ним так хорошо, как сейчас, когда она уже не ждала его возвращения.

Доминик опустился сверху, и она обвила ногами его талию, прижимаясь всем телом и часто дыша. Он вошел в нее так медленно, что она чуть не закричала от переполнявших ее чувств и выгнулась навстречу, желая принять его как можно глубже.

– Кара, о, Кара! Как я мог жить эти недели без тебя?! Господи, как ты прекрасна!

Эти слова, донесшиеся до нее сквозь дурман творившегося с ней безумия, что-то перевернули в ней, и Кара почувствовала такую мощную волну экстаза, что чуть не задохнулась. Волна накрыла их обоих, заставив кричать, и судорожно прижиматься друг к другу, и затем откатилась, оставив удовлетворение и усталость.

Они долго лежали, слившись воедино, пока дыхание не стало ровнее.

– Я слишком тяжелый, – улыбнулся Доминик, отстраняясь.

– Не отодвигайся, прошу тебя, – шепнула Кара, тихая от внезапной слабости, овладевшей ею. Он все еще был внутри ее, и ей не хотелось отпускать его. Так странно, что он находится рядом с тем местом, где уже живет и растет их ребенок!

– И все же я боюсь раздавить тебя, – сказал Доминик, но не двигался до тех пор, пока Кара не убрала ноги с его бедер, отпуская. Тогда он лег рядом, обняв ее. – Ты пьешь таблетки, Кара? – спросил он, обеспокоено вглядываясь в ее лицо. – Я не предохранялся, ты же знаешь.