Девочки Талера - Дина Ареева

Тимур приезжает поздно, я уже начала волноваться. Но ничего ему не говорю, разве я имею право интересоваться, где он проводит время? Я ему не жена и даже не любовница. То, что было утром, можно списать как снятие стресса от перенапряжения.

Он заглядывает ко мне — или к себе? — в спальню, здоровается, а потом я слышу из детской, как он ласково разговаривает с малышкой. Наверное, он сейчас отпустит временную няню — ту женщину, которая ухаживала за Полинкой, когда я заболела. И сегодня уже будет ночевать у Польки в детской.

Когда Тим возвращается в спальню, притворяюсь, что сплю. Полинку я уже покормила, купать мне ее не разрешили — Тимур всем приказал, чтобы мне не разрешали много ходить. Поэтому старательно дышу с закрытыми глазами.

Он идет в душ, возвращается оттуда очень быстро и идет к кровати.

— Ника, я знаю, что ты не спишь, — щекочет ухо его теплое дыхание, — хватит притворяться.

Я даже не успеваю сделать вид, будто только проснулась, Тимур забирается ко мне под одеяло и оплетает руками и ногами.

— Ты сегодня отдохнувшая? — он прижимается животом, и губы сами собой ползут в улыбке.

— Тимур, ты меня раздавишь!

— Я просто пообниматься хочу, сладкая…

Где-то через час и уже после душа он в самом деле просто меня обнимает, и только тут я понимаю, что он закрыл дверь в детскую.

— Тим! — шепчу ему в ухо.

— Ммм?

— Надо открыть дверь, мы Полинку не услышим.

— Там с ней няня. Я договорился, она пока подежурит круглосуточно.

— Зачем, Тимур, я сама могу!

— И я могу. Но мне надо выспаться, у меня завтра сложный день. А тебе восстановить силы, так что давай спать, — он закрывает глаза. — Может быть, мне даже придется уехать.

— И мне снова будут фотки с тобой спящим слать? — вырывается само собой, и удивленный Тим приподнимается на локте.

— Тебе присылали фото? Со мной? Спящим? Когда?

Пытаюсь отвертеться, но он уже вжимает меня спиной в простыню и смотрит совсем по-другому. Неласково и ни капли не терпеливо.

— Ника, говори!

— Это было перед тем, как я ушла. Мне Кристина прислала фото, где вы с ней в постели. А на следующий день ты прилетел и меня прогнал. Я тебя тогда ударила, — быстро проговариваю и еле сдерживаюсь, чтобы не зажмуриться, так сверкают его глаза.

— Я не спал с Кристиной, Ника, ни тогда, ни потом, — говорит Тимур, и тогда я беру свой телефон.

Я сохранила их в облаке, под паролем — снимки и скрин с ее сообщением. Сама не знаю, зачем, ведь ни разу больше туда не заглядывала. Может, надеялась когда-нибудь бросить Тиму их в лицо?

Он молча рассматривает фото, потом берет свой телефон, водит пальцами по экрану и прикладывает телефон к уху.

— Джахар? Здравствуй, дорогой, не разбудил? Я тебе там кое-что отправил, видос и фотки. Жена далеко? Рядом? Отлично, вместе посмотрите. Я все удалил, не сомневайся, слово даю, а ты там сам смотри, что дальше делать… Извини, что сразу не отправил, закрутился, девочки мои заболели, лечил…

Тимур непроизвольно двигает бедрами, вжимаясь в меня, и я с опаской поглядываю в сторону детской. Кажется, сон пока отменяется. Тим откладывает телефон на тумбочку и тянется ко мне.

— Она подсыпала мне тогда что-то, Ника, я уверен, потому что я почти не пил, а с утра был как с бодуна. И в номере моем ее не было, я не изменял тебе, Полькой клянусь…

Он ложится сверху, накрывает мои губы своими, и, не знаю, почему, но я ему верю.

* * *

У Тимура начинаются тяжелые дни, вечерами он возвращается домой уставший и загруженный. Я уже совсем выздоровела и теперь сама занимаюсь дочкой, няня приходит только на ночь.

Мне звонит риэлтер, нашлись покупатели на квартиру. Меня устраивает сумма, и я договариваюсь о сделке. Надо только теперь решить, как мне на нее выбраться. С тех пор, как я живу в доме Тимура, я никуда не выезжаю сама, если не считать поездки за вещами в самом начале.