Креольские ночи - Сабрина Джеффрис

Внезапно его поцелуй стал необычайно нежным. Она наслаждалась его ласками, отвечала на них. Прошло несколько долгих минут, прежде чем он оторвался от ее губ.

– Хорошо ты воспитана или нет, – хрипло прошептал он, продолжая осыпать ее лицо поцелуями, – но распутную девицу ты могла бы сыграть блестяще, милые глазки.

Его слова подействовали на нее, как ушат ледяной воды. И она стала вырываться из его объятий.

– Ты… ты…

Она не могла найти слов, чтобы выразить свое возмущение. Однако он лишь сильнее прижал Элину к себе.

– Давай продолжим, – чарующим голосом проговорил он. Эти слова были последней каплей, переполнившей чашу ее терпения, и Элина оттолкнула Бонанжа от себя. Оглядевшись, она бросила взгляд на тяжелую книгу, подняла ее и с силой швырнула в него. Книга пролетела мимо. Бонанж усмехнулся:

– Прекрасно, дорогая, прекрасно! – Он захлопал в ладоши. – Никогда не видел, чтобы женщина играла невинность так натурально, как это делаешь ты. Сначала на корабле, и вот теперь… Что ж, ты ведешь себя очень убедительно. Почти идеально. Но прежде чем ты швырнешь в меня что-нибудь более хрупкое, я лучше уйду.

Элина впала в отчаяние.

– Ты ведь не можешь держать меня здесь, как в тюрьме! – воскликнула она, увидев, что Бонанж направляется к дверям.

Бонанж не ответил. Выйдя в холл, он позвал кого-то по имени Луи. Ему ответил не раб, как ожидала девушка, а старый жилистый француз.

– Месье? – спросил мужчина, нисколько не удивленный тем, что его господин только что был в кабинете наедине с женщиной.

– Боюсь, тебе придется отложить все свои сегодняшние дела, – сказал Бонанж по-французски. – Этой юной леди нужно составить компанию до моего возвращения. Она не должна покидать имение, ни под каким предлогом.

– Понял, – ответил Луи, подмигнув своему хозяину.

– Мне не нужна компания, – на безупречном французском обратилась Элина к слуге. – Этот человек держит меня здесь против моей воли, и я прошу вас помочь мне!

Луи посмотрел на своего хозяина с сочувствием, но Бонанж лишь рассмеялся.

– Значит, ты говоришь по-французски, да? – произнес он. – И предполагается, что обучил тебя этому Филипп?

– Да, месье, – холодно ответила она. – А вы – негодяй, вы – настоящий дьявол…

– Довольно, довольно! – насмешливо воскликнул он. – Луи уже знает, что я негодяй и дьявол, поэтому ты не сможешь настроить его против меня. Он даже мог бы, я думаю, припомнить несколько историй о моих скандальных приключениях и рассказать их тебе. И не надейся, что сможешь очаровать его своими зелеными глазами, и он станет тебе помогать. Он знает, что просто так я ничего не делаю. Теперь, мадемуазель, я предприму то, что задумал, без малейших угрызений совести: вы дали мне для этого достаточно оснований.

Он повернулся и ушел, хлопнув за собой дверью. Луи едва сдерживал смех, поскольку был достаточно вежлив.

Элина с нескрываемой враждебностью посмотрела на Луи.

– Мужчины – все до единого – злобные и никчемные создания! – раздраженно проговорила она, плюхнувшись в ближайшее кресло. – Может, это и Ева соблазнила Адама яблоком, но он определенно вынудил ее сделать это!

Луи задумчиво разглядывал ее.

– Вы расстроены, да? – спросил он. – Не волнуйтесь, мадемуазель. Месье Бонанж не оставит вас здесь одну надолго. Он всегда очень снисходительно относится к своим возлюбленным. Он станет уделять вам столько внимания, сколько сможет.

К его удивлению, слова Луи не только не успокоили Элину, но разволновали ее еще больше. Она ни капли не сомневалась относительно смысла его слов, хотя ее знания о женщинах подобного рода были весьма скудными. Но она знала – Александр иногда рассказывал ей, – что мужчины часто держат у себя дома любовниц, чтобы «всегда иметь возможность получить удовольствие». К несчастью, Алекс не объяснил ей, что это значит, однако Элина догадывалась, что речь идет о чем-то безнравственном и пошлом.

За этот день ее трижды сочли распутной, а это уже слишком.

Она поднялась с кресла и с негодованием набросилась на Луи:

– К своим возлюбленным? Я не его возлюбленная и советую вам это запомнить! И сколько же «возлюбленных» держит этот мерзкий тип? И где они все? – Она жестом обвела комнату. – Полагаю, мне придется жить с кем-нибудь из них, а может, даже с парочкой!

Элина в гневе принялась ходить взад-вперед, как разъяренная львица в клетке.

– А вы что, не хотите быть любовницей месье? – удивился Луи.

– Нет, конечно! Особенно если он держит женщин в своем доме, как в тюрьме!

– Нет, мадемуазель! – поспешно заверил ее Луи. – Вы – первая. Большинство женщин… они находят месье очень привлекательным и с удовольствием остались бы здесь по собственной воле, если бы только месье им предложил. Он не держит у себя дома любовницу. Но месье никогда не испытывает недостатка в женщинах.

Его понимающая улыбка взбесила Элину, потому что она сама находила Бонанжа очаровательным. К своему великому сожалению.

– А почему месье оставил вас здесь против вашей воли? – поинтересовался Луи.

Элина не знала, стоит ли рассказывать ему свою историю. Ведь неизвестно, можно ли этому человеку доверять. Узнав, что она проболталась, Бонанж рассердится и ни за что ее не отпустит.

Вздохнув, она решила, что поведает Луи только часть истории.

– Ваш дражайший месье и я немного разошлись во мнениях, кем нам приходится… э… месье Филипп Ванье. И пока мы не решим этот вопрос, он хочет, чтобы я находилась здесь.

Луи подмигнул и рассмеялся:

– Так вот почему он не будет испытывать угрызений совести из-за того, что держит здесь такую милую юную леди! Речь идет о семье его сестры?

Элина пришла в замешательство.

– Вы хотите сказать, что семья сестры его нисколько не волнует?

– Волнует, конечно, – поспешно возразил Луи. – Он обожает свою сестру. И очень уважал ее мужа. Но разногласия по поводу дальнего родственника – это не такая уж и серьезная причина, чтобы из-за этого держать кого-то взаперти.

И он снова подмигнул, чем буквально взбесил Элину. Видимо, Луи решил, что у нее с Бонанжем просто вышла небольшая размолвка по пустячному поводу, как это часто бывает у любовников. Но она понимала, что нельзя сейчас его разубеждать. По крайней мере до тех пор, пока она не получит от него побольше информации о второй семье своего отца.

– Вот уж не подумала бы, что месье Бонанж и месье Ванье смогли бы ладить друг с другом, – сказала она, рассчитывая на болтливость слуги.

И Луи ее не разочаровал.

– О, мадемуазель, месье Бонанж очень уважал мужа своей сестры. Месье Ванье был очень добр к моему хозяину. Понимаете, родители месье Бонанжа умерли, когда ему исполнилось всего двенадцать. Мадам и ее муж опекали мальчика до тех пор, пока он не вырос и не стал управлять делами своего отца. Месье Бонанж очень благодарен своему зятю и сестре за их доброту. Для мадам Джулии он сделает все – стоит ей только попросить.