Мышка на прокачку - Яна Полунина

— Сейчас у тебя как раз нужная кондиция! — подбадривал меня гадал, светясь как новая монетка.

— Для чего? — уточнила, помня, что кондиция кондиции рознь.

— Помнишь, я тебе говорил, что женщина ради себя не готова поменяться, а вот назло врагам — легко? В тебе сейчас столько этого «назло», что если не пустить в нужное русло, наломаешь дров. Так что пошли перерабатывать энергию в нужное!

Мы вышли на улицу, но не пошли в сторону метро. Гуру любви показал в сторону парковки и прокрутил на пальце ключи от машины:

— У тебя же есть права?

На больное давит! Права-то есть, а вот машины — нет!

— Есть… — ответила тоскливо, размышляя, что вряд ли гадал спросил это, чтобы пригласить меня за руль. Тогда что?

— Отлично!

Джоу Ли открыл мне дверь своего Соляриса и я осторожно села на пассажирское сидение, оглядываясь по сторонам:

— А где амулеты от сглаза, черепушки и прочая мишура?

— Это личная поповозка, а ты вспомнила обстановку Джоу Ли.

— А это чья?

— Ивана Смирнова! Чья же еще! — ослепляющее улыбнулся смугляш. Ну один в один — Ванька, блин! — Пристегивайся.

— Ты еще и правильный? — вот уж не ожидала.

— Я еще и экономный. Или у тебя лишние деньги есть? Я продешевил с первой ставкой?

— Нет! — мой бюджет не выдержит такого «счастья»

В дороге мы провели около часа, после чего въехали на огромную асфальтированную площадку.

— Вау! — я вышла из машины и засмотрелась на мечту стритрейсера. И догадка фейерверком радости вспыхнула в сознании. — Это то, о чем я думаю?

Я вцепилась в руку гадала и заглянула в смеющиеся глаза мужчины:

— Все зависит от степени твоей фантазии… — специально издевался он, но а мне было уже все равно. Я хотела прыгать от радости!

— Это, конечно, не Феррари, прости. Но, думаю, для частичного исполнения мечты хватит? Вон, к нам как раз идет инструктор по экстремальному вождению! Беги к нему!

— А ты?

— А я воздухом подышу!

— Боиш-ш-шься?

— Есть немного! Я у мамы один-одинешенек остался, так что отсюда тебя помашу.

А дальше стало не до разговоров. Поздоровавшись с инструктором и пройдя первичный инструктаж, я на целых полтора часа забыла обо всем мире. Остались только я, машина и адреналин.

Выскочила я из-за руля с полным ощущением, что готова покорить весь мир. Что мне море по колено, а до солнца достану рукой.

— Довольна? — гадал, казалось, сам впитывал мою радость и не мог не улыбаться.

— Еще как! Спасибо! — я чуть не стиснула гуру в порыве радости, но вовремя остановилась. А потом призналась: — Я когда увидела, что мы почти из города выехали, подумала, что ты меня сейчас будешь с парашютом толкать из самолета…

— А потом восстанавливать твои нервные клетки? Ну уж нет, не сегодня! У нас по программе другое!

— И что же это? — не смогла сдержать предвкушающего тона.

— Ночка теплая… Тебе ни о чем это не говорит… Вспомни список хотелок…

— Только не купание в фонтане!

— Лучше! Ты же хотела ночевать в палатке!

— Ты со мной?

— У нас будет две палатки, не переживай! Поехали в Спортмастер, тут недалеко!

— А… — скромность осталась где-то там, далеко, пока я закладывала виражи. И пока она меня не нагнала, я обнаглела: — А можно еще зефирки, пожаренные над костром?!

— Обязательно!

На следующий день в офис я взлетела по ступенькам, забыв про все эти техники медленного шага и прочего. В крови до сих пор кипела такая смесь детской радости, адреналина и новых эмоций, что улыбка, казалось, приклеилась на мое лицо.

У турникета мы встретились с девушкой из отдела пиар, с которой иногда ходили на обеды.

— Ань, ты что так слепишь? — зажмурилась она. — У тебя праздник? Ты выиграла в лотерею?!

— Лучше, Кать! В сто раз круче! — я приложила карточку к считывателю и проскочила через турникет.

— А-а-а, — раздалось понимающее сзади, и Катя следом нырнула через проходную. — Я по мятой рубашке сзади вижу, что дома ты не была. Теперь все поня-я-ятно!

Из меня вырвался смешок. Потому что девушка даже не представляла, как я провела ночь. Вот уверена, что все варианты, которые пронеслись у нее в голове ограничены пространством отеля или квартиры, тогда как мы… ух!

И даже укусы комаров не помешали жарить маршмеллоу над костром, ржать, как сумасшедшим и храпеть на половину леса. Да, гадал храпит так, что даже птички с утра не пели!

— Молчишь? Блин, я так тебе завидую!