Власть его желаний - Алиса Ковалевская

— Это тебя не касается, — и опять, всего на какую-то неуловимую долю секунды он показался мне зверем, которого загнали в клетку. Всего мгновение, после же он стал прежним — не Богом и даже не дьяволом. Разрушительной стихией. Ураганом, в центре которого находилась сейчас я — маленький мотылёк, неосторожно опаливший крылья у огня цыганского костра.

— Теперь моё, — вскинула голову.

Искривив губы в мрачном, презрительном оскале, он схватил меня за подбородок. Сдавил двумя пальцами до боли. Челюсти его были сжаты, по скулам ходили желваки.

Резко отпустил, но рука так и оставалась в его хватке. Я не делала попыток отпрянуть. Несмотря на то, что от его близости, от всего происходящего между нами меня потряхивало, так и стояла, глядя с вызовом.

Неожиданно он дотронулся до моего бока. Повёл рукой вниз — до ягодиц. Потом снова вверх — обрисовывая пальцами пупок, несколько штрихов по животу.

— Чего ты добиваешься? — вкрадчиво спросил он. Глаза недобро сверкнули. Всё так же медленно меж моих грудей. Снова взял за подбородок, но теперь не так. Просто держал и шипел: — Думаешь, я ничего не замечаю?

Я выдохнула. Коротко и нервно. Прошлась языком по губам. Тело отзывалось на него против моей воли. Инстинкты брали верх над здравым смыслом.

Я коснулась его рубашки и тут же ощутила, как напряглись мышцы живота.

— Чего я добиваюсь? — переспросила я. Провокация на провокацию. Повела вверх ладонью, но он тут же откинул мою руку.

— Считаешь, стоит тебе залезть ко мне в штаны, и всё? Это поможет тебе?

— Я не собираюсь лезть к тебе в штаны! — процедила. — Твои штаны далеко не единственные, в которые я могла бы забраться, если бы мне это было нужно.

— Я и смотрю, — внезапно он тронул меня между ног. Я дёрнулась от него. Вот только он был куда сильнее и быстрее. Вернул на прежнее место. Сжал руку.

— Сволочь! — зашипела, вырываясь. Он презрительно усмехнулся.

— Разве ты не этого добивалась с самого первого дня? — рычание мне в лицо. — Наглая самоуверенная выскочка, — рык стал ещё ниже, Виктор сдавил плоть ещё сильнее, и рванул трусики. Как и платье, которое он разодрал минутой раньше, они издали жалобный треск. Тонкие, бесшовные, не способные выдержать его ярости и силы. — Не этого?! Течёшь, как последняя сука.

— Сам ты сука! — с яростью я забилась в его руках. Толкнула в грудь, впилась ногтями в плечо. — Я хотя бы теку, а вот ты…

Он перехватил мою руку в момент, когда я хотела было вмазать ему по лицу. Стиснул кисть с такой силой, что я скривилась. Как будто заколебавшись, задержал руку в своей. Второй схватил за шею сзади. Наши тела соприкасались, я чувствовала клокочущую в нём жажду разрушений. Виктор Марчелло был не только мастером творить — в разрушении ему, пожалуй, тоже не было равных. По спине ладонью, по пояснице…

— Чтобы я больше тебя здесь не видел, — резко выпустил. Посмотрел на мою грудь, смял в руке трусики и бросил к ногам.

— Я хотя бы теку, — выкрикнула ему в спину. — А ты… Может, ты вообще из этих… Любителей анальных удовольствий? У вас тут много таких!

Меня колотило. Опять, чёрт возьми, колотило. Последним, что я почувствовала, было его желание. Перед тем, как отпустить, он в последний раз тронул меня — сдавил ягодицы, тронул ложбинку между ними. И было это… не так, как будто бы ему всё равно. Совсем не так.

Глава 11

Марина

Тяжело опираясь об угол стоящего в комнате столика с зеркалом, я смотрела на раскрытую дверь, в проёме которой всё ещё был виден силуэт Вика. Ушёл он, так и не сказав больше ни слова. Ни о разбросанных ненужным хламом вещах, ни о том, что я бросила ему вдогонку. Даже о том, чтобы я убиралась отсюда, он не сказал ничего помимо уже услышанного мною.

Проведя пальцами по шее, по ключицам, я кое-как заставила себя отойти от столика. Словно одуревшая, осмотрелась по сторонам и опять глянула на проём двери. Виктора в мастерской уже не было. Только стук сердца, лёгкое тянущее чувство внизу живота и почти болезненные следы его касаний напоминали мне, что его появление тут было не сном. И его желание, власть, которую он неожиданно получил надо мной, над моим телом во всех смыслах этого, тоже не было сном. Я действительно отзывалась на него. Я, чёрт возьми, хотела его!

— Совсем не сон, — шепнула я, всё ещё как будто пьяная, остановившись на пороге комнаты. Вернулась и, подняв разорванные трусики, сжала в кулаке.

Да, я хотела его, но ни сожаления, ни стыда за это не испытывала. Хотеть мужчину, харизмы которого хватило бы на десяток, мужчину, неотразимого в своей чисто мужской, грубовато-сдержанной привлекательности… Может быть, другая на моём месте смогла бы устоять. Я — нет. Что он подразумевал говоря, чтобы больше здесь меня не видел? Что я должна убраться из его дома?

Я нервно заправила волосы за ухо. Для того, чтобы я убралась, ему придётся силой заставить меня сделать это. Только пусть попробует. И всё-таки слова его не выходили у меня из головы. Что, если он захочет разорвать соглашение? Нет. Так не пойдет. Наше соглашение будет разорвано не раньше, чем я получу у него интервью для «ELEGANSO». Другое дело, что я всё-таки смогу противопоставить ему, если он захочет сунуть мне в зубы билет до России и затолкать в самолёт?

— Прости, но мне снова придётся вторгнуться на твою территорию, — вернувшись в большую комнату,