Вкус запретного плода - Ирен Беллоу

— Вам?

— Угу. Забавно, правда? — Вивиан широко улыбнулась, отвергая всякую возможность заподозрить, что могла сохранить чувство к подобному ничтожеству. — Кларка быстро утешила новая машина.

— Вы действительно любили его или?..

— …Или просто пугала дорогого папочку? — подхватила она. — Ни то, ни другое, Беннет. Я никогда не принимала это чувство всерьез. Виновна лишь в идиотской впечатлительности и в том, что тогда мне было всего восемнадцать. — Она пожала плечами. — Но потом я страшно разозлилась. На отца и на Кларка. О боже, этот альфонс мог хотя бы поторговаться! То, что он принял первое же предложение Каллагера, говорит о недостатке…

— Чувства? — подсказал Беннет, когда она замешкалась.

— Нет. Смелости.

— Скорее о практическом складе ума. Когда Макфайлу предложили сделать выбор, он, сопоставив преимущества стотысячного банковского счета и законного брака, понял, что новая машина нужна ему больше, чем жена. Особенно такая, которая может причинить множество хлопот. — Нейл сделал паузу. — Кстати, какая машина у Грега Райана?

— Удар ниже пояса, Беннет.

— Я просто спрашиваю.

— Тогда спросите о чем-нибудь другом. Сегодня Грег Райан — тема запретная.

— Как скажете. — Он откинулся на спинку стула, сделал глоток вина и посмотрел на бухту. — Хотя это странно. Судя по моему опыту, женщин невозможно остановить, когда они начинают рассказывать о любимом человеке.

— Я не такая, как все.

Нейл бросил на нее короткий взгляд.

— Уже заметил. На какой яхте вам хотелось бы оказаться в эту минуту?

Девушка недоуменно захлопала глазами.

— Ну, вы же сами просили сменить тему, — мягко объяснил Беннет.

— А, вот оно что… — Она посмотрела на бухту и поморщилась. — Я признаю только океанские суда. На яхтах меня укачивает.

— Значит, путешествия вам не по душе? Самолетов вы боитесь, на яхтах страдаете от морской болезни… А вот я с удовольствием оказался бы на борту вон той большой штуковины, отправился на ней в Эгейское море и посетил все чудесные тамошние острова. Лазил бы по руинам древних сооружений, устраивал пикники на берегу, загорал…

— Вы так проводили время, когда были матросом?

Он нахмурился.

— Нет, Вивиан. Так проводили время люди, которые могут себе позволить собственную яхту на худой конец, чартерный рейс. А я выполнял их поручения, приносил-уносил и убирал за ними.

— Вам нравилось?

— Ни капельки. Но зато я имел возможность купаться и загорать в свободное время. А некоторые из тех, кто заказывал чартерные рейсы, были по-настоящему добры.

— Вы имеете в виду женщин, — высказала циничную догадку Вивиан.

Он засмеялся, обнажив ровные белые зубы.

— Может быть.

Вивиан долго смотрела на Нейла, а потом сказала:

— Должно быть, вы считаете меня непроходимой дурой. — Она опустила глаза и уставилась в свой бокал. — Богатой, безмозглой, набитой дурой.

— Нет, не считаю. Просто мы жили в разных мирах, вот и все. Я получал только то, что заработал сам. Но ничуть не жалею. Чем упорнее работаешь, тем больше ценишь то, что имеешь.

Она подумала о его квартире и коллекции картин, заработанных в поте лица в отличие от ее собственной квартиры, наполненной подержанным старьем. И квартира ее была таким же подержанным старьем, вместе с богатством, доставшимся по наследству от бабушки.

— Откуда вы родом, Беннет? Из какой семьи? — Вивиан протянула ладонь, чтобы прикоснуться к его руке, но внезапно передумала и отдернула ее. — Мне действительно интересно.

Он пожал плечами.

— Мой отец был шахтером. Крупным мужчиной, полным жизни. Любил играть в футбол и делал это неплохо. А еще он любил гулять — в буквальном смысле слова. Выходить из дома и дышать свежим воздухом.

— Что с ним случилось?

— Погиб в шахте в результате несчастного случая, когда мне было двенадцать лет. Вагонетка… — Нейл осекся. Описание того, что груженая углем вагонетка сделала с его отцом, не годилось для светской беседы. — Меня только-только взяли играть в футбол за школьную команду. Я был там самым младшим. Отец часами тренировал меня и очень гордился…

— Он так и не увидел, как вы играете? Жизнь не очень веселая штука, правда? — сказала Вивиан, и до Нейла вдруг дошло, что ребенок, брошенный матерью, остается несчастным, сколько бы серебряных ложек ни хранилось в буфете отца. — Ваша мать больше не вышла замуж?

— Нет. Как только я стал самостоятельным, она уехала к сестре в Австралию.

— Должно быть, она ужасно скучает без вас.

— Едва ли. У ее сестры шестеро детей, а сейчас пошли внуки. Чтобы убедить мать вернуться, мне следует обзавестись кучей ребятишек.

— За чем же дело стало?

— Для этого нужны двое. — Нейл пристально посмотрел на нее. — Два человека, по-настоящему любящие друг друга.

— Вы из тех мужчин, которые относятся к браку всерьез?

— Иначе незачем жениться. Брак и без того лотерея. А если между людьми нет душевной близости, он вообще не имеет шансов на успех.

— Думаю, вы правы. Мне крупно повезло, что Кларк взял деньги. О, вот и наш обед!

Она ослепительно улыбнулась молодому официанту, и тот зарделся. Когда Вивиан снова посмотрела на Беннета, в его глазах была не задумчивость, а досада.

— Вам обязательно нужно так себя вести? — спросил он.

— Что?

— Вы не слишком любезны.

Она ничего не понимала.

— Вернее, совсем нелюбезны! — гневно сказал Нейл.