На крыльях Феникса - Анна Яфор

Она обвела пальцем его лицо, повторила контур губ, вплетая руки в жесткость еще влажных волос.

– Мир?

Он не понял. Тихо рассмеялся, проговаривая до сих пор хриплым голосом:

– Ты выбрала о-очень удачный способ помириться… Пожалуй, нам с тобой надо ссориться почаще.

Полина покачала головой, вбирая губами его дыхание:

– Нет… Это ты – мой Мир.

Глава 12

Пять- шесть  лет  назад

Из окна квартиры мужчина наблюдал, как во двор въехала белая «Toyota Yaris». Модель Полина выбирала сама, и хотя он никогда особенно не любил маленькие машинки, не мог не согласиться, что жене этот вариант очень подходит. Одобрительно улыбнулся, оценивая ее парковку: она со всем справлялась идеально. Иначе и быть не могло.

Мирон с самого начала видел потенциал этой девочки, ее позитивную энергию и потрясающее обаяние, перед которым никто не мог устоять. Особенно сейчас, когда  она так сильно изменилась.

Кажется, никогда не устанет смотреть на нее. Полина очаровала его с самой первой встречи, но теперь, спустя почти шесть лет брака, казалась ещё прекрасней. Робкая стеснительная школьница осталась в прошлом. Молодая женщина, выходящая сейчас из машины, не просто завораживала: он дышал ее присутствием, не уставая восхищаться расцветающей с каждым днем красотой. Ее любовь была величайшим подарком, полученным от судьбы, и он не представлял другой жизни: без шелка ее волос на своем плече по ночам, без трепета тонких пальцев, доводящих до экстаза, без теплой глубины глаз, согревающих нескончаемой нежностью и пониманием, без жаркого дыхания на его щеках, губах, груди и не только там… Мужчина опять улыбнулся, погружаясь в сладкие воспоминания,  от которых тело заныло от желания. Подошел к двери, открывая замок на мгновенье раньше,  чем его коснулся ключ Полины. Обхватил ладонями лицо.

– Ты дома…

Сказанные одновременно слова вызвали у обоих смех. Девушка задержала дыхание, прижимаясь лбом к обнаженной коже в вырезе рубашки, с наслаждением впитывая родной запах. С притворным удивлением подняла бровь, ощутив возбуждение мужа.

Он изобразил смущение.

– Ты слишком волнующе выходила из машины… И… я соскучился…

Их обычный день. Обычная встреча. Драгоценная повседневность, от которой не переставало замирать сердце. Пронизанный любовью мир на двоих, такой дорогой и такой… хрупкий.

Сколько раз потом они вернутся в памяти к этому дню и к подобным волшебным минутам, которых за шесть лет накопилось немало. И каким ничтожным покажется отмерянное им время! Ужасающим своей краткостью. Словно не годы, а мгновенья были отпущены для упоительного наслаждения друг другом.

Но все это будет позже. А тогда они просто продолжали жить, с утра с нетерпением ожидая вечерней встречи, а ночами переплетаясь не телами даже, а душами в обжигающем урагане страсти.

* * *

В тот день Полина задержалась на работе. Ей нравилось место, на которое ее взяли, несмотря на отсутствие опыта после института. Помощник руководителя крупной строительной компании – это было и серьезно, и ответственно. Работа захватывала, девушка с удовольствием вникала в вопросы, с которыми до сих пор была знакома только в теории. Привлекал дружный, сплоченный коллектив, даже строгий начальник, сразу увидевший в ней не только красивое лицо, но  ум и активное стремление к росту. Она не отказывалась ни от материалов, с которыми приходилось заниматься дома, ни от сверхурочных заданий. И нередко задерживаясь в офисе допоздна, потом торопилась домой. К Мирону, зная, что он ждет ее с не меньшим нетерпением.

Зайдя в квартиру, девушка услышала чужие голоса и смех, перемежающиеся с голосом мужа. Это было удивительно. Гостей у них почти не бывало, работа занимала слишком много времени, а все свободные минуты они старались посвятить друг другу.

– Привет. – Она почувствовала привычное тепло сильных рук.  – У нас гости.

Отвечая на его поцелуй, Полина уточнила:

– Гости? Хорошо. Кто?

Муж рассмеялся.

– Малыш, не поверишь… Денис вернулся.

– Денис? – изумленно переспросила девушка. – Твой Денис?

Она много слышала про человека, с которым с детства крепко дружил Мирон. Они не просто выросли вместе, но и разделили друг с другом первые жизненные проблемы. И радости у них тоже были общими, в течение многих лет, пока после армии (а служили  они тоже в одной части)  Денис не уехал на заработки в Москву. С тех пор они не виделись, однако это не мешало периодически созваниваться, делясь новостями. И сейчас, глядя в счастливое лицо мужа, Полина искренне за него обрадовалась.

– Мой, – подтвердил  Мирон, представляя ей высокого светловолосого мужчину.

Денис сразу понравился молодой женщине. Веселое, дружелюбное лицо, задорная, почти мальчишеская улыбка не могли не расположить к себе. Он обхватил руками ладонь Полины, поднося к губам. Шутливо раскланялся, здороваясь с ней.

Потом многозначительно подтолкнул друга.

– Ты не признался, что женился на королеве! Это самая красивая женщина из всех, кого мне приходилось встречать. А уж я в этом разбираюсь, можешь мне поверить.

Мирон кивнул.

– Верю, верю. И совершенно не собираюсь с тобой спорить. Я знаю, что с моей женой не сравнится никто.

Полина засмеялась.

– Вы оба преувеличиваете. Но все равно спасибо. Денис, рада видеть тебя в нашем доме. Я столько слышала о вашей с Мироном буйной юности, что очень хотелось с тобой познакомиться. Ты насовсем вернулся?

– Думаю, да, – кивнул в  ответ мужчина. – Во всяком случае, в ближайшие месяцы точно буду здесь. Придется выступить в роли няньки для моей повзрослевшей сестренки. Мама с ней уже не справляется.

– Брось, Дэн, – хмыкнул Мирон. – Яна всегда была чудесным ребенком.

– Угу. Только чудесные дети имеют способность вырастать…

Договорить он не успел. Полина услышала за спиной шаги и из комнаты вышла незнакомая ей девушка. Слух полоснул ехидный, насмешливый голос.

– Мирон, дорогой, разве ты меня не представишь?

Мужчина, казалось, не обратил внимание на откровенную фамильярность.

– Лин, познакомься, это Яна, сестра Дениса. Яна, это моя жена.

Полина постаралась улыбнуться:

– Привет.

Она была в растерянности. Если стоящая напротив нее девица и была когда-то чудесным ребенком, это имело место слишком давно. Сейчас же весь ее вид вызывал не умиление трогательным детством, а желание отстраниться. И как можно дальше увести