Уроки любви - Виктория Тория

И отчего злиться? Какая ему разница, смотрю я на него, мимо него? Хотя… да, это не очень вежливо. Но я так и не успела что-то сказать.

— Если тебе так неприятно мое общество, ты можешь всегда от него отказаться.

— Солнце, ты не мог бы стать… — По инерции я еще пытаюсь оправдаться, объяснить. Но потом на меня снисходит озарение. И гнев. Гнев заразен. Страшная болезнь, скажу я вам. — Что?!

Не иначе как мне послышалось.

Арт меряет крошечную беседку метровыми шагами. Мне это надоело. Видят боги, я пыталась.

— Говорю, если тебе так неприятно…

Я и первый раз это слышать не хотела. Второй подавно. Приходиться быть еще более невежливой. Приходится перебивать. Но я все еще держу себя в руках. И держусь, как птичка за ветку, за лавочку.

— Прости, Артимий. Но ты не мог бы сбавить тон? И в чем твои претензии ко мне? С какой, собственно, стати?

Он застывает. О, невероятно удачный ракурс. В таких позах ваяли древние скульптуры богов. Богов гнева и раздора. А я продолжаю. С моей позы можно тоже ваять скульптуру. Например, матери всех богов, старухи, вьющей жизненную нить.

— Не суть. У меня к тебе просьба. Или даже предупреждение. Я более не приму от тебя ни единого подарка. Даже если ты будешь меня вынуждать выбирать между тобой и твоей семьей. Это неприемлемо. Это возмутительно, это…

— Возмутительно?! Цветы от Марсена, каждый из которых стоит как мой дом, ты принимала безропотно. Может, даже с благодарностью?

Меня что, обвиняют в чем-то? Какая дикость!

— Прости, Артимий, но с меня довольно. — Я хочу уйти. Пытаюсь. Но меня ловят за руку, под локоть, меня слишком часто кто-то ловит и держит. Мне это не нравится. Более того, сейчас я настроена дать отпор. Одному, но за всех. Уж так получилось, что Артимий — моя последняя капля.

Воздух сгущается, а дышать становится все труднее.

— Арт, отпусти!

— А то что?

— Простите, я помешал?

— Помешали.

— Нет.

У нас невольный свидетель. И мое возможное спасение. Не от Артимия. От себя. Руку покалывает от желания дать пощечину. Но такие вещи так просто не забываются и не прощаются. А поводов для стыда и извинений у меня слишком много. Тем более я должница Артимия.

Наконец-то я отвожу взгляд от пола и смотрю на мужчину, который стоит в проходе беседки. О!

— Месье Трулс?

— Мадемуазель, вижу, Вы запомнили меня?

— Вас трудно забыть. — Я сказала это вслух. Боги, демоны, тьма и свет, что со мной?! — Простите. Безусловно, помню.

Улыбаюсь глупой улыбкой. Забыв об Артимии. Но он не забыл обо мне. Увы.

— Господин Трулс, меня зовут Артимий Петро-Нов, и, как было сказано, Вы помешали.

— Мадемуазель с Вами не согласна, а я предпочитаю довериться мнению дамы. — Еще один легкий поклон и чарующая улыбка. Вот он, мой рыцарь.

Мужчина предлагает мне руку, и я ее принимаю.

— Прогуляемся, мадемуазель?

— С радостью, месье Трулс. — Отойдя на приличное расстояние от беседки, я наконец-то могу расслабиться. Тут же слышу несколько ударов. Арт упал? Ругань. Краснеют мои щеки и уши. Неловко получилось. Но бежать смотреть, что случилось, не решаюсь. Если надо, он же позовет? Тем более Арт сильный маг. С отличной боевой и целительской подготовкой.

— Думаю, месье споткнулся. — В его глазах искрятся огоньки далеких звезд. Подумать только, обычные карие глаза могут быть такими. У меня захватывает дух.

— Думаю, Вы правы. — Опять улыбаюсь. Не могу не улыбаться. Надеюсь, не выгляжу глупее, чем себя чувствую.

— Вы видели оранжерею?

— Только беседку, — прячу глаза. Надеюсь, он не подумал, что у меня с Артом было свидание. Невооруженным глазом видно, что мальчишка годится мне… в младшие братья.

— Тогда прогуляемся. И как насчет моря?

— Моря?

— Оранжерея ведет к личному пляжу короля. Как вы отнесетесь к прогулке у моря?

— Сегодня? Сейчас? — Это прилично? Я же могу принять его предложение? Но мы не слишком близкие друзья, и…

— Боюсь, это неуместно.

— О, мадемуазель, бросьте! Вы из столицы? Тут не действуют общие правила этикета.

— Да? — Сомневаюсь. Но хочется поддаться его искрам и обаянию.

— Мадемуазель, это юг! У нас другие правила.

— И какие же?

— Не отказывать поклонникам в такой малости, как прогулка к морю!

Плут! Но как же приятно. Я снова улыбаюсь. И позволяю себя увести. Куда захочет. Мне надо развеяться и забыть об Арте и его обвинениях. Гневе. Забыть о Марсене, к демонам и его, и весь университет. Как бы я его ни любила. Университет. Марсена… Нет! Никогда!

И мы гуляем. Он ведет себя слишком вольно, но не переходит черту. Красивый мужчина, красивая природа, я забываю обо всем, включая и то, что пришла сюда с друзьями. Безответственно? Но хотя бы раз в жизни я могу побыть безответственной? И мы гуляем. Он рассказывает мне о цветах, которые я вижу, о пляже, как его обустраивали. Как строили сам дворец. Этот мужчина не только красив, но и умен. Устоять очень сложно. Он меня не соблазняет. Но я сама готова соблазнить. Если бы умела. Потому прогулка ограничивается легким флиртом, интересными историями и приятной компанией. Впервые за долгое время я не только хочу забыть о том, что оставила дома, но и забываю. В голове легкость, душу щекочет радость.

Это лучший день в моей жизни. Неужели и я заслужила свое счастье?

Глава 14. Дурман желания

Я полюбила море. И песок. Меня перестали пугать чайки. Наоборот, они стали знаком моей новой жизни. Забыла я и прошлые страхи, волнения. Я забыла обо всем на свете. Габистер, которого я с некоторых пор про себя начала называть Габом, помог мне забыть обо всем на свете. И наслаждаться — научил этому или помог вспомнить, каково это, — каждым мгновением жизни. И простым вещам. Мы гуляли босые по пляжам. Выбирая места пустынные и немноголюдные. Толпы мне так и не понравились. Общественный пляж полуострова меня, как и моего спутника, не прельстил. А частные были слишком вычурными и претенциозными. И тоже слишком походили на общественный. Весь берег был усыпан кабинками, десять монет за час. Переодеваешься, и тебя тащат на берег, откуда спускаешься для омовения в море. Стараясь не показываться другим дамам, и тем более мужчинам, на глаза. Сам костюм для водных процедур чем-то напоминал белье, только делали его из ткани для верхней одежды. Панталоны, иногда короткая юбка, может даже