Мой бывший муж - Оливия Лейк

Вадим

– Ну что, процесс пошел! – Костик весело хлопнул меня по плечу и снял строительную каску. Я улыбнулся, не без восхищения блуждая взглядом по растущим вверх этажам. Стройка на Пресне началась с марта и двигалась семимильными шагами. Если не сбавлять обороты, то точно в срок сдачи впишемся, несмотря на первоначальные задержки.

Я смотрел на молочно-белый гранит, представляя весь комплекс целиком. Это будет пафосное место для жильцов и предпринимателей с деньгами: магазины, рестораны, фитнес-центры, салоны красоты тоннами. А какие крутые детские площадки мы спроектировали! Веронички здесь очень понравилось бы.

«Вершина» хорошую прибыль получит, и я в том числе, только не уверен, что ее хватит, чтобы компенсировать все, что потерял. Проект ожил благодаря мне, только далось это не просто.

– Дым, поехали, поедим. Я голодный, жуть! – пожаловался Костик. – И с Борисом даже договорился в «Ухвате» пересечься. Потом в офис поедем, договор посмотрим.

– Отлично, я хоть поем нормально, – хмыкнул невесело. Домашняя кухня, даже если она из ресторана, то, по чему очень скучал мой желудок. Да и с Борисом перетрем по цене в неформальной обстановке. Его компания занималась безопасностью и уставкой систем связи и слежения – мы уже пятый объект сдаем с борисовской «Pro#zona», пора о скидках поговорить.

Мы хотели уже ехать, но зацепились языками с прорабом, если бы не телефонный звонок так и навстречу опоздали бы.

– Я в машине жду, – бросил Костику и на дисплей посмотрел. Вика.

– Привет.

– Привет, любимый, – она очень ласково начала, значит, просить о чем-то будет. – Какие планы на вечер?

– Планы отоспаться, ты со мной?

– Я хотела предложить ужин с моими родителями в «Лодке»: папа что-то обсудить с тобой хотел. Ты как, сможешь?

– А Костя Дзю будет? – пошутил я, скривившись. Опять эту лабуду азиатскую есть.

– Нет, не будет, но можем устроить ролевые игры после ужина.

– Во сколько за тобой заехать? – мы ведь счастливой парой явиться должны. Мы и есть пара, и вроде неплохо нам вместе.

– Я столик на восемь заказала.

– Тогда жди без четверти, – сказал, сверяясь с расписанием.

– До вечера, целую.

– Угу, – я отключился и бросил айфон на сиденье.

За почти три месяца, что мы с ней встречаемся (да-да, именно встречаемся) я получил ответ на главный вопрос: а что если бы? Ответ: ничего. Теперь я окончательно убедился, что с Викой у нас ничего не вышло бы, даже если бы не уехала она много лет назад. Мы в любом случае расстались бы. Я ее не люблю и никогда не полюблю. По крайней мере так, как, вероятно, ей хотелось бы. Нет, она мне нравилась, нам было интересно вместе и секс, естественно. Добротный такой, качественный, но никакой особой феерии. Возможно, это потому что эмоциональная привязка у меня к ней слабая. В этом никто не виноват: это либо есть, либо нет. У меня к Вике нет и, кажется, она это понимала.

Она не давила, вполне приняла мое желание успокоиться и пожить самому, но я остро чувствовал, что от наших отношений Вика ждала чего-то большего, чем встречи несколько раз в неделю. А вот ее родители меня уже стопроцентным зятем считали. Зря. Я вообще-то женат. Но обхаживали меня знатно. Госпожа Зимина даже на уступки с проектом пошла – аванс мне сделала, похоже. Ей уже тридцать пять и рассуждения о свободе и жизни в свое удовольствие, очевидно, были сказками для белого бычка, точнее, для меня. Естественно, роковая соблазнительница, загадочная, нуарная даже, выигрывала даже у самой красивой и сексуальной жены. Если бы Вика сразу карты передо мной раскрыла, объявила, что замуж хочет, то меня не заманишь. Потому что: нахрена? Но, как говорится, поздно пить «Боржоми», когда почки отказали. Что есть, то есть. Вернее, нет. Жены у меня больше нет. Осталась только на бумаге.

А Катю я давно не видел. У Ники спрашивал втихаря, чтобы маме не рассказала, и дочка докладывала, но тоже выборочно, что нужным считала. Вырастили конспиратора на свою голову! Виноват я перед Катей, очень виноват, и за то, что по-хамски перед расставанием повел себя в особенности. Собственно, именно мой дурной нрав и вспыльчивый характер привели туда, где сейчас нахожусь.

И Вероничке тяжело, вижу это, хоть и веселая, и меня не обвиняла ни разу. Это все Катина заслуга, не настраивала ребенка против меня. Я был ей благодарен. И тосковал. Скучал по ней. А она пропала совсем. Видимо, не отошла еще. Сердится. Обидел я ее сильно. Но время притупит углы, а как готова будет – снова поговорим. Мы ведь не развелись еще. Не сожгли мосты.

– Пап, привет! – громко крикнула в телефон Ника, когда на звонок ответил. – У меня по математики пятерка в году!

– Умница, Земляничка моя. Завтра праздновать будем!

Я с гордостью мог приписать эту заслугу себе: в этой области я дочке помогал и контролировал, чтобы в голове откладывалось понимание. Завтра устроим с ней особый вечер, а в субботу поедем развлекаться в «Остров мечты»: пусть катается на всех аттракционах, пока мутить не начнет, а остановить некому – беспокойной мамы рядом ведь не будет…