Потому что люблю - Эмили Джордж

Ладно, перестань! — одернула она себя. Не так уж и важно, как я выгляжу. Ему теперь до меня вообще нет никакого дела. А его реакция вполне объяснима, продолжала размышлять Джо. Ведь я же отказалась переспать с ним, что для такого, как Дэвид, стало ударом по самолюбию. И вот он приходит и видит, что я в положении — значит, кому-то другому уступила. Еще один удар.

Она поставила чашки на стол. Дэвид кивнул на ее живот и поинтересовался:

— Когда он должен родиться?

— В середине февраля.

Вот теперь он произведет несложный подсчет и определит, что Джо была уже беременна, когда встретилась с ним в июле. Молчание со стороны Дэвида подтвердило ее подозрение. Только бы ничего другого не пришло ему в голову.

— Не достанешь ли молоко? — попросила она с явным намерением отвлечь его.

Дэвид стал озираться вокруг, припоминая, где летом Джо держала молоко. Кажется, под раковиной в тазу. Но там уже никакого таза не было.

— Молоко там, — указала Джо на предмет своей гордости — большой белый холодильник.

Дэвид удивленно поднял брови:

— Так тебе удалось починить его?

— Это же новый — правда, подержанный. Тот был серый... Теперь, когда наладили проводку в доме, все работает. Вообще, здесь просто замечательно жить. Двери и окна плотно закрываются, крыша не течет. — Говоря все это, Джо преисполнилась благодарности к Дэвиду. — Спасибо тебе за то, что организовал тут ремонт, — сказала она, слегка покраснев.

— Не за что... Вижу, ты перешла на миниатюры, — сказал он, бросив взгляд на стол. — Это, пожалуй, легче, чем металлические конструкции, над которыми ты трудилась летом.

— А-а... Да. Сейчас мне было бы неразумно возиться с тяжелыми железяками, — ответила Джо, криво усмехнувшись. — Раз уж так все получилось.

Он кивнул, взгляд его ничего не выражал. Интересно, о чем он сейчас думает? Предполагает ли, что Джо вела себя с другими мужчинами менее сдержанно, была более доступной, в результате чего и забеременела? А может, удивляется, чем это она привлекла его летом?

Дэвид внимательнее присмотрелся к разложенным на столе деталькам.

— Что это ты делаешь? — поинтересовался он, взяв цепочку, сплетенную из медных и никелированных колечек.

— Украшения. Вот это будет пара серег, а вон из того получится ожерелье.

— Симпатично, — одобрил Дэвид, покрутив все по очереди в руках. — И весьма оригинально. Хорошо продается?

— Сейчас не очень, — призналась Джо, пододвигая ему чашку с дымящимся кофе. — Надеюсь заготовить побольше украшений к лету, когда сюда наедут туристы.

Дэвид скинул куртку и сел к столу.

— Так на что же ты живешь?

— Я продала серию скульптур «Времена года» в конце лета.

— Да ведь сейчас наверняка уже мало что от этих денег осталось, — резонно заметил он.

Ей было неприятно обсуждать свое финансовое положение. Не говорить же Дэвиду Пойндекстеру, что она практически не имеет средств к существованию!

— Мне хватает, — довольно неубедительно попробовала объяснить Джо.

— Ты же вправе рассчитывать на материальную помощь. Ну, поскольку ты... — Он почему-то не решался произнести это слово.

— Беременна, — подсказала она, удивившись его замешательству, и отрицательно покачала головой. — Можно было бы обратиться за пособием, но мне не хочется. Пока что я вполне в состоянии справиться сама.

— Все еще предпочитаешь независимость? — насмешливо поинтересовался Дэвид.

— Мне так нравится.

Они помолчали.

— А что... отец ребенка... — вдруг спросил Дэвид совсем иным тоном, — разве он не хочет помочь?

Джо выдержала его проницательный взгляд, ни за что не собираясь раскрывать ему свой секрет.

— Я не намерена обращаться к нему, — твердо сказала она.

— Почему это? — последовал резкий, почти сердитый вопрос. — Он должен чувствовать ответственность. А то, что получается, — сделал тебе ребенка и был таков?

— Мне... мне не нужна его помощь, — объявила Джо, мечтая только об одном: чтобы он прекратил это обсуждение. — Справлюсь сама.

Она замолчала, закусив губу. Дэвид не сводил с нее глаз, всматриваясь, казалось, в самую душу.

— Извини, — произнес он наконец. — Этот тип, должно быть, очень обидел тебя.

— Давай не будем говорить об этом.

Ей хотелось бы сказать, что все гораздо сложнее. Но пусть уж лучше он останется при своем мнении.

— Ты была влюблена в него?

Джо слегка зарделась.

— Нет... не очень, — нехотя призналась она и уставилась в чашку.

— Не очень? Так почему же...

— Эй, что за допрос! — возмутилась она, обрадовавшись возможности перейти в наступление. — Это не твое дело.

— Да, ты права, не мое это дело, — с горечью в голосе признался Дэвид. — Просто я пытаюсь кое-что понять... Когда летом ты дала мне от ворот поворот, я понял, что ты не из тех девушек, которые легко соглашаются на близкие отношения. Выходит, я ошибся?

Джо стало не по себе. Она вся вспыхнула и воскликнула:

— Я не вступала ни в какие отношения! Это было... это была случайность!

Дэвид удивленно поднял брови, а она уже не могла остановиться:

— Мы с ним были хорошо знакомы, но никогда не... В общем, мы в основном встречались всегда в компании, хотя иногда и бывали вдвоем, но как друзья. Никогда не считались парочкой. Он не был, что называется, моим парнем.

— Так как же все случилось?

— Я была пьяной, — откровенно призналась Джо. — То есть не пьяной, а... Выпила я мало, всего пару бокалов шампанского. Мы праздновали день моего рождения. Но днем я приняла анальгетик, потому что обожглась паяльником. Таблетки оказались сильнодействующими, их нельзя было мешать с алкоголем...

Она запнулась — сумеет ли вовремя остановиться? Не выпалит ли ему всю правду?

— Продолжай! — велел Дэвид.

— Мы танцевали на пристани. Дальше я уже не слишком хорошо все помню. У меня закружилась голова, и я сказала, что хочу прилечь... А он отвел меня на свою яхту, в каюту. Кажется, понял мою просьбу по-своему...

— А ты пыталась остановить его?

— Да, пыталась, но ничего не вышло, — грустно ответила Джо и опустила взгляд. — Он не захотел останавливаться.

— Это же форменное насилие. Ты не обратилась в полицию?

— Нет. — Она рискнула посмотреть на Дэвида, но быстро отвернулась — нелегко говорить о таких вещах, глядя ему прямо в глаза. — Боялась, что во всем обвинят меня. Ведь я не смогла бы доказать, что он применил насилие. Поэтому я... постаралась забыть обо всем.