Милый дом - Тилли Коул

Не разрывая поцелуй, Роум обнял меня и начал подталкивать назад, пока мои ноги не уперлись в изножье кровати. Мы упали на постель, и его мускулистое тело накрыло мое. Громкие одобрительные стоны призывали меня продолжать, и я встретила энтузиазм парня с готовностью.

Мои руки переместились от его волос к майке и скользнули под ткань. Пальцы принялись рисовать круги на его спине. Когда он стонал в мой рот, вибрация отдавалась в наших языках, что сражались в дуэли. Ромео, погладив мою талию, нежно провел своими длинными, опытными пальцами мне по бедру и разорвал наш поцелуй.

Он опустил взгляд, и я почувствовала, как его рука устремилась к подолу моей сорочки. Я тут же остановила его руку, и он замер, немедленно поднимая на меня глаза.

– Я… я не могу. Все происходит слишком быстро, – прошептала я и смущенно отвернулась.

Он вздохнул, и его рука выскользнула из-под моей ночной сорочки. Затем он взял мой подбородок большим и указательным пальцами.

– Не делай этого, – решительно заявил он.

– Чего не делать?

– Не чувствуй себя виноватой потому, что попросила остановиться. Никогда не переживай из-за этого. Когда я сделаю тебя своей, ты будешь извиваться от желания и умолять трахнуть тебя. Никогда не чувствуй себя виноватой потому, что попросила остановиться. Когда ты отдашься мне, ты будешь такой мокрой, что не сможешь терпеть.

– Когда отдамся тебе? – уточнила я, немного разозлившись из-за его убеждения, что не смогу устоять перед его чарами, хотя действительно была чертовски возбуждена.

– Когда отдашься мне, – со знанием дела подтвердил он.

У меня отвисла челюсть.

– Вот это самоуверенность! Я в состоянии отказать тебе.

Он пренебрежительно пожал плечами и провел указательным пальцем по моему колену.

– Мы обязательно это сделаем. Мы ведь оба прекрасно знаем, что так и будет, поэтому я уже отсчитываю дни, когда окажусь в тебе и заставлю кончать… снова и снова. – Он изогнул губы в улыбке. – Отсчитываю скорее долбаные минуты…

Мне было трудно здраво мыслить, и я притянула его горячий рот обратно к себе – желание превзошло логику.

Хмыкнув, он толкнул меня на матрас, внезапно приняв другую позицию.

– Мне не следовало давить на тебя. Ты еще не готова.

– Ты не давил. Просто… Эм… Я… не очень опытна… и я…

Его глаза расширились, и он попятился.

– Дерьмо, ты что, девственница?

Я опустила подол ночнушки и села. Его потрясенные глаза не отрывались от моих, пока я заправляла волосы за ухо.

– Нет, не девственница, но и недостаточно искусна во всем… соблазнительном. Я спала только с одним парнем и только один раз, в прошлом году, – на одном дыхании выпалила я.

Собственническое выражение промелькнуло на его лице, а его мышцы напряглись.

– Когда это случилось?

– Во время обучения в Оксфорде. Оливер и я…

– Оливер? – холодно уточнил он.

– Да, Оливер Бартоломью.

Гнев Ромео рассеялся, и он подавил ухмылку.

Я прищурилась.

– Что?

– Оливер Бартоломью? Так… по-английски.

– Он и есть англичанин! Как и я! Перестань смеяться!

Я легла и сложила руки на груди. Он притянул меня к себе, не скрывая своего веселья.

– Ладно, ладно, извини. – Я разжала руки, не в силах оставаться раздраженной, и взяла его ладонь.

– Итак, Оливер был твоим парнем?

– Да, наверное. Я пыталась встречаться с ним.

– Пыталась?

– Ну да. Я… я не очень-то сближаюсь с людьми. Я хотела попробовать с ним, но в итоге не смогла. Мы встречались несколько месяцев – свидания в кафешках, совместная работа над проектами и все такое, – и я решила сделать следующий шаг, просто чтобы покончить с этим. Оливер сильно этого хотел. Мне было все равно. И я подумала: «А почему бы и нет?» Олли был очень мил, и он достаточно мне нравился. С сексом дела обстоят иначе.

Ромео в ужасе отпрянул, отпустив мою руку.

– Что? Тебе не понравился секс?

Я покраснела от смущения, теребя выбившиеся хлопковые нитки на простыне.

– Все произошло неловко, неуклюже и далеко не так, как об этом говорят.

Ромео провел пальцем по всей длине моей руки, наблюдая, как она покрывается гусиной кожей.

– Олли просто не удалось тебя завести.

Вторая волна мурашек пробежала по моей обнаженной коже. Роум заметил мою предательскую реакцию и понимающе улыбнулся.

– Мне кажется, с тобой, Шекспир, это будет ни на что не похоже. Никогда в своей проклятой жизни я ничего так не хотел, как попробовать тебя на вкус, почувствовать тебя… услышать, как ты выкрикиваешь мое имя.

– Роум… – Я подвинулась, чтобы дать нам обоим пространство, пока все не зашло слишком далеко.

Роум схватил меня за локоть.

– Я остановлюсь, но не стану скрывать, что очень этого хочу, Шекспир. Чертовски хочу.

Со стоном я театрально прикрыла лицо подушкой, услышав гортанный смешок Ромео. Он опустил подушку, открывая мои глаза, и вопросительно вздернул бровь на мое странное поведение.

– Нам нужно чем-то заняться, Роум. Прямо сейчас мне действительно необходимо отвлечься.

Он широко улыбнулся, сверкнув зубами.

– Ты украла мою реплику, Шекспир. Разве не я должен такое говорить?

Я хихикнула.

– Возможно, но я почти готова залезть на тебя, хотя предпочла бы этого не делать сегодня вечером. Не хотелось бы превратиться из почти девственницы в шлюху всего за одну ночь в твоей долбаной компании!

Ромео откинул голову назад, заливаясь смехом, и я присоединилась к нему. Он взял меня за руку и сжал.

– Что же нам тогда делать, почти девственница, чтобы ты не сдалась и не набросилась на меня? Хотя позволить тебе это сделать кажется чертовски соблазнительным.

Я игриво хлопнула его по груди.

– У меня есть кое-что, если ты в деле.

Стоило мне спрыгнуть с кровати, Роум шлепнул меня по заднице. Я предостерегающе покачала головой и вставила DVD в плеер. Забравшись обратно на матрас, я запечатлела целомудренный поцелуй на губах Роума и откинулась на изголовье кровати.

Фильм начался, и Роум толкнул меня в плечо, в его шоколадных глазах светилось веселье.

– «Житие Брайана по Монти Пайтону»?

– Это же «Пайтон»!

Ромео обнял меня за плечи.

– Если я не могу быть внутри тебя прямо сейчас, то полагаю, что «Пайтон» – отличная замена.

Тяжело сглотнув, я встретилась с ним взглядом, заметив неприкрытое желание в его глазах.

– П-правильно… хорошо.

Он расхохотался над моим заиканием.

Встав с кровати и поправив ночнушку, я указала на