Право на дочь - Чарли Маар

— Почему так долго?

— Я... Эээ... Уже иду... Вот, — протягиваю Борцову стаканчик с чаем, растерявшись от его неожиданной агрессии в мою сторону.

Чай он забирает.

— Алексей Игоревич, рад приветствовать. Смотрю, вы сегодня не в духе? Даже не здороваетесь, — усмехается Александр, протянув Борцову руку.

Лёша демонстративно её не пожимает и не усмехается в ответ, только сильнее стискивает зубы.

Что за...? Что происходит?!

— Жать руку бесчестному игроку, всё равно что в дерьме замараться.

— Как громко сказано! — снова усмехается Александр. — Ну что ж, раз вы так категорично настроены, Алексей Игоревич, не буду вам больше мешать. Снежан, — подмигивает мне мужчина, — удачи! Позвони после тендера. Обсудим вчерашнее. Как кстати принцес...

— Спасииибо! Хорошо! Я позвоню! — еле успеваю перебить Сашу, когда он уже почти спрашивает про Асю.

При Борцове, блин!

Разумеется, на то, как я откровенно его перебиваю, мужчина удивлённо вскидывает брови, но, слава богу, предложение не заканчивает, а лишь коротко кивает.

— Буду ждать. Увидимся после, Снежан.

Александр уходит, а я медленно и облегчённо выдыхаю. Уже не думаю о том, зачем он здесь, на тендере, и почему Борцов так зол. Все мои мысли лишь об Асёнке, про которую только что чуть не узнал Лёша!

Что бы было, если бы Саша успел закончить вопрос?

— Какого чёрта, Снежинка?! Что за игры ты затеяла?!

Облегчению быстро настаёт конец, потому что Борцов, поставив стакан с чаем обратно на стол, хватает меня за плечи и сжимает. Его горящий взгляд острыми иглами выпивается мне в лицо.

— К...какие ещё игры? Вы о чём, Алексей Игоревич?

— Дурочку только не включай! Спишь с нашим прямым конкурентом?! Это за него ты замуж собираешься? Что сразу к нему в компанию не пошла?

— К...конкруренту?

Да. Именно эта самая догадка уже приходила мне в голову. И вот теперь пазл складывается.

Вспоминаю наш с Инной разговор в мой первый день работы на Борцова... Предыдущего дизайнера переманила фирма-конкурент. Александр работает со мной в одном здании... И... о боже...

Как та фирма называлась?

— ГрадДиз? — практически выдыхаю.

На что желваки на скулах Борцова оживают, а пальцы сильнее сжимают мои плечи.

— Я не пойму, ты меня сейчас из себя пытаешься вывести или что? Да, Снежан, Александр Дорохов — соучредитель ГрадДиз, с которым ты сейчас мило общалась. Что за хрень происходит, может, объяснишь?!

*****

Кульбит в моём животе дёргает нервы и тяжёлым комом оседает где-то на дне желудка. Нервно сглатываю и дёргаю голову в сторону, косясь на Александра, который в данный момент общается с какими-то людьми. По всей видимости, с сотрудниками своего агентства.

Сейчас выражение лица этого мужчины жёсткое, хладнокровное. И совсем не похоже на то, что я видела, когда он разговаривал со мной.

— На меня смотри, — Борцов дёргает меня за плечи, заставляя обратить на себя внимание. — Я хочу услышать правду, Снежана! Это Дорохов подослал тебя в мою фирму?!

— Что? Н-нет..., — качаю головой изумлённо округляя глаза. — Как ты вообще мог такое подумать? Я даже не знала, что он работает в ГрадДиз!

Прижимаю руки к пылающим щекам, чувствуя, как нервная дрожь мурашками рассыпается по всему телу.

Боже мой, какая же я дура! Как я могла так вляпаться? Ведь Александр получается с самого начала знал из какой я фирмы.

Ведь мы с ним в лифте вместе ехали. Он видел на каком этаже я выходила...

Неужели... он и меня хотел переманить?

Мерзкое чувство гадливости, горечью собирается в горле, заставляя поморщиться.

А если бы мы не встретились сегодня на тендере? Я и дальше бы не знала, кто он на самом деле... Как много информации он бы из меня вытянул вот такими ненавязчивыми разговорами, якобы просто интересуясь, как у меня идут дела на новом месте?

И я же, главное, уже даже рассказала ему, что на работу в первый день опоздала. Асёнок поделилась, что у мамы злой начальник...

Боже мой, Ася! Дорохов знает, что у меня есть ребёнок!

От этой мысли меня бросает в холодный пот.

— Не знала где работает? — презрительно усмехается Борцов. — Серьёзно?

Схватив за локоть, мужчина оттаскивает меня за угол к уборным и прижимает к стене, скрывая тем самым от непрошенных зрителей.

— Не держи меня за идиота, Морозова, — упирается ладонью в стену напротив моей головы и нависает сверху. — Он тебя просил ему позвонить! Обсудить вчерашнее!

— Я..., — выдавливаю, но Борцов тут же меня перебивает.

— То есть ты с мужиком время проводишь, а кем он работает поинтересоваться не удосужилась?! Хотя какая разница, да, Снежинка?! Главное же, что при бабле! И как? Выгодно себя на этот раз пристроила?!

Размахнувшись, влепляю Борцову хлёсткую пощёчину раньше, чем успеваю что-либо обдумать.

Горячее дыхание разрывает мне лёгкие, раскачивая грудную клетку под бешенные удары собственного сердца, когда я смотрю в пылающее гневом лицо Борцова.

Его рука всё ещё сжимает мой локоть и когда я пытаюсь отойти, он дёргает меня обратно к стене.

— Пусти руку, — шиплю, впиваясь в него яростным взглядом.

— Мы ещё не договорили, Снежана. Я хочу знать какого чёрта происходит! Что тебя связывает с моим прямым конкурентом?!

— Значит так, Борцов, — выпаливаю, смотря мужчине в глаза. — Говорю в первый и в последний раз. Я не знала, что Александр владелец компании ГрадДиз. Что меня с ним связывает и по какой причине мы общаемся — не твоё дело! Что касается работы, я себя вроде пока что никак не скомпрометировала, и информация по тендеру к конкурентам не ушла! Так что у тебя нет никаких оснований обвинять меня в чём-либо! А моя личная жизнь, то с кем я сплю и за кого выхожу замуж тебя не касаются! Это понятно?!

Вырываю руку из его захвата и, оттолкнув мужчину от себя, выхожу обратно в конференц-зал.

Подхожу к столу с напитками и, налив из куллера холодной воды, залпом осушаю стакан.

Обхватываю себя руками за плечи, пытаясь успокоиться, потому что меня трясёт так, словно я простояла на морозе несколько часов. И это так сильно контрастирует с той горячей яростью, которая сейчас бушует у меня внутри.

“Выгодно себя на этот раз пристроила?”

Закрываю глаза и с силой сжимаю веки, борясь с непрошенными слезами.

Сволочь! Ненавижу тебя, Борцов! Весь его обличительный монолог ещё раз напомнил мне,