Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний - Наталья Ринатовна Мамлеева

– Мои способности вовсе не опасны и действуют под влиянием сильных эмоций. Если ты не испытываешь ко мне чувств, когда я, например, касаюсь тебя так, – костяшки пальцев прошлись по бьющейся венке на шее, и я не сдержала судорожный вздох, – то тебе нечего бояться.

Тогда почему мне становится так страшно, а сердце колотится всё быстрее? Близость ас-алердина пугала. Или… волновала?

– Я рада, – солгала, хотя прекрасно понимала, что это может быть опасно, ведь договор с демоном сам по себе рискованное предприятие. – Значит, ты готов рассказать о своих способностях?

Вокруг было тихо. Окутанная крыльями Ямина, я не ведала, что происходит, но знала, что за ними меня никто не заметит, а уж ас-алердину и подавно ничего не будет за ночную прогулку, поэтому с ним я чувствовала себя в безопасности от окружающего мира, но в опасности – от него. И это пограничное состояние будоражило, пьянило.

– Я вижу воспоминания разумного существа, – признался мужчина, и я приоткрыла рот, не представляя, что сказать. Это хитрое оружие, особенно в руках того, кто умеет им пользоваться и оборачивать себе во благо. – Я могу видеть даже те воспоминания, о которых само существо, казалось бы, не помнит. Обрывочно, не выбирая конкретные. Они просто текут потоком в хаотичном порядке в моменты сильных эмоций.

– Неплохо, – прошептала я, действительно впечатлённая. – Тогда для тебя не составит труда узнать, кто повинен в смерти моего брата.

Демон прищурился. Не опроверг, но и не подтвердил моё предположение.

– Я в любом случае сделаю всё, чтобы докопаться до истины, и выполню свою часть сделки, но тогда ты сразу же дашь мне согласие на расторжение помолвки. Хотя… вряд ли нам что удастся, если не найдём вторую копию, а для этого мне нужно проникнуть в твои воспоминания. Возможно, там отыщется ответ.

Что ж, не такая высокая цена за истину. Я стянула перчатки и подала правую руку демону.

– Бери. Смотри. Делай, что нужно.

Ямин бросил короткий взгляд на мои трясущиеся пальцы и усмехнулся, покачав головой.

– Эмоции, ты забыла? Мне нужны сильные эмоции, ты же сейчас опустошена.

И правда: заглянув внутрь себя, я не ощутила ничего, даже недавнего страха. Сегодняшний день был тяжёлым, эмоциональные качели вымотали и выпили меня досуха. Не получится… Разочарование было ослепительным. Но мысль возникла внезапно, когда я услышала голос возвращающегося Тамима. Он ещё был за куполом из крыльев, и я не знала, слышит ли он нас, но решилась:

– Мы идём в склеп родителей. Уверена, это произведёт на меня неизгладимое впечатление… – Сглотнула, уже чувствуя ком подступающих эмоций, и посмотрела на Ямина. – Проводишь меня?

Крылья за моей спиной распахнулись.

Тамим подошёл к нам, бросил короткий благодарный взгляд на Ямина, потом посмотрел на меня.

– За тобой была слежка. Это человек короля, судя по переговорному артефакту. Я отключил его… и артефакт, и человека. Но времени у нас мало. Нужно поторопиться, уверен, когда его величество не получит ответа от наблюдателя, он явится в твои покои.

– Может, стоит перенести?

– Боюсь, что стоит наведаться в склеп. Пока по твоим следам шёл лишь один соглядатай, в следующий раз шпионов может быть несколько.

– Тамим прав, – согласился ас-алердин и, прищурившись, взглянул на соплеменника. – Но что такого запрещённого в том, чтобы дочери навестить могилу родителей, а, Тамим? Что ты скрываешь?

Мужчина покосился на ас-алердина и кивнул в сторону склепа.

– Поговорим внутри. Нужно торопиться.

И в какую авантюру я только что ввязалась?…

Каменное строение поросло мхом, как и тропинка к нему – травой. Сюда давно никто не наведывался. Легко преодолев защиту благодаря капле моей крови, мы втроём вошли внутрь. Поцарапанный палец я сунула в рот, чтобы остановить кровь, и поймала долгий взгляд Ямина. А ведь давно хотела выучить хотя бы простейшие целительские заклинания, да всё откладывала до академии.

Ас-алердин взял мою руку и залечил царапину, после чего оглядел меня с ног до головы, словно только сейчас обратил внимание на привычный для него наряд, но на человеческой девушке.

– Тебе идёт мода демонов, – произнёс Ямин и отступил, подав мне руку.

Тамим с интересом следил за нами и лишь хмыкнул, когда ас-алердин помог мне спуститься по ступенькам. Внутри было холодно, пахло плесенью и слышался мышиный писк. Стены потемнели, обросли лишайником, местами пошли трещинами. О склепе явно не заботились. Неужели и заклинания внутрь гробов никто не закладывал?

– Готова? – участливо спросил Ямин. – Ты не обязана возвращаться сюда так скоро. Можем подождать, пока Тамим…

– Я оттягивала этот момент шесть лет, – оборвала его я и сглотнула. – Не могу позволить себе и дальше малодушничать. – И решительно двинулась вперёд.

В Абикарде знать консервировала тела умерших особым заклинанием, чтобы они не портились со временем, этого хватало по крайней мере на десять-двадцать лет, пока заклинание само не истлеет, поэтому крышки гробов делались стеклянными. Первый гроб, Хокана, таким и был. Тамим прошёл дальше, что-то разыскивая, а Ямин взял меня за руку. Я его не оттолкнула, так как помнила наш уговор, поэтому просто смотрела на молодое тело двадцатилетнего парня с закрытыми глазами. Оно застыло восковым изваянием, лишь пожелтевшая кожа выдавала, что брат не просто спал, он был мёртв. Сердце сжалось. Как бы мне хотелось всё изменить, повернуть время вспять и увидеть его молодым и полным сил! Живым…

– Значит, это о его смерти ты хочешь узнать правду? – уточнил Ямин, и я кивнула.

Отвернувшись, сдержала слёзы и прошла дальше. К гробу моего следующего по старшинству брата.

Бедный Торнберт… Лишь на несколько лет старше Хокана и всё такой же прекрасный. Его гроб был самым роскошным, с золотыми вензелями по стеклянной крышке, памятными письменами и положенными статусу короля регалиями. Торнберт, бедный глупый мальчишка. Мой брат, который больше никогда не дернет меня за косички, не скажет ничего колкого и не усмехнется вечно кривоватой улыбкой. Его больше нет.

Ямин сжал мою руку крепче. Я опустила на неё взгляд и тут же подняла его к глазам ас-алердина. Уже пора применять способности? Но нет, ничего вокруг нас не изменилось.

«Ещё недостаточно эмоций», – мелькнула мысль.

Хотя я уже чувствовала, как во мне сжимается эмоциональная пружина, готовая в любой момент распрямиться и снести все мои ментальные преграды, выстраиваемые годами вдали от Абикарда.

Каждый шаг по склепу давался тяжело. Я знала, что прохожу по рядам гробов своих любимых