Десять поцелуев, чтобы влюбиться - Мила Любимая

Маша

Тут было два варианта – сдаться без боя или продолжать идти напролом с красным флагом в руках. Но все здравые мысли угасали. Потому что он целовал меня слишком страстно и сладко, отрезав все пути к отступлению.

Ну разве это честно?

Вы скажете, в любви все средства хороши, но… какая любовь? Дима тупо хочет со мной переспать. Никакой романтики. Секс в его голом и первозданном виде.

Впрочем, я не видела в этом ничего такого сверх. Главное же получать удовольствие и делать то, что нравится. Вопрос в другом – чего хочу конкретно я? Позволить ему перейти границы или продолжить сладкую агонию между нами? Да чёрт его знает!

Ни в одной из многочисленных вселенных не представляла, что однажды окажусь с Сотней в одной постели. Нет, не так.

Я вообще нас вместе не представляла. Никогда. Хотя, чисто по-киношному, мы просто созданы, чтобы полыхать пламенем не угорающей страсти. Классика жанра, знаете ли. Два злейших врага со школьной скамьи… от ненависти до любви.

–Не смей меня отталкивать,– рычит Дима и одним резким движением срывает с меня несчастную футболку.– Я уже не остановлюсь.

В его голосе столько уверенности, что мне тупо хочется подчиниться.

–Сотников,– протестующе упёрлась в его грудь кулаками.– Ну признайся, ты же просто хочешь меня…

–Хочу,– целует в шею, опускаясь всё ниже и ниже, заставляя меня терять контроль над собой. Проводит руками по животу, трогает кончиками пальцев затвердевшие вершины сосков. Меня тут же молния прошибает, заставляя выгнуться под ним.– Я и не отрицаю, Маша. Очень сильно хочу. Чувствуешь?

О, да… не почувствовать это сложно. Он был давно готов натянуть меня здесь и сейчас.

–А я, Дим… как-то не вижу тебя в роли своего первого парня.

Молчит. Скользит по мне задумчивым взглядом, а потом переспрашивает:

–В смысле первого?

–Ну… во всех.

–Первого-первого? Самого?– глупо таращится на меня, а мне почему-то очень смешно становится от этого.– Что ржёшь, дурная? Опять обломала.

Он упал на кровать рядом со мной и зачем-то переплёл наши пальцы.

–Почему не видишь?– слышу его голос через какое-то время.

–Чего не вижу?– перевела на него взгляд.

–Я про секс. Не романтизируй, детка. По любви – это миф.

–А ты очень быстро сдулся,– усмехнулась, пытаясь выдернуть руку.

Ой!

Сотня обхватил меня за талию и одним резким движением усадил верхом на себя. Он почти голый, в боксёрах. На мне тоже только низ. Да и то – одно название. Тоненькие белые кружева с прозрачными вставками по бокам.

Он жадно смотрит на мою грудь, так что даже становится страшно. Глаза заволокло дурманом желания и порока. Такой съест и не подавится.

–Не бери на слабо, Савельева. Напросишься на поражение. И не ёрзай, иначе я точно тебя возьму.

–Тогда прекрати свои пошлые брачные игры,– пробормотала в ответ, чувствуя, как щёки стремительно заливает краска.

Обхватывает за талию ещё крепче, имитируя то, как насаживает меня на себя. Грубо и жёстко. Ещё раз, снова, и снова! А я, бесстыдница такая, неловко подмахиваю его движениям.

Резко переворачивает меня на спину, припадая губами к моим девочкам. Прикусывает, ласкает языком, посасывает, словно сладкую конфетку. Вторая рука порхает у меня между ног, подводя к опасной грани.

И вот я уже раскрываюсь перед ним, позволяя его рукам всё. Голос разума что-то вопит на заднем фоне, но тело не слушается. Оно хочет, чтобы ему было хорошо.

Его пальцы парят по влажным складочкам, болезненно и сладко натирая клитор. До искр из глаз. После чего настойчиво запускает мою руку к себе в трусы, заставляя обхватить твёрдую и горячую плоть.

Боже!

–Давай,– рычит хрипло.– Надо кончить, малышка. Не врубай занудную отличницу.

–И не подумаю.

Господи, что я творю?

Вниз – вверх, вниз – вверх, погладить пальчиками, обхватить сильнее ствол и по новой, слушая как парень на мне тихо шипит и рычит, одновременно доводя меня до состояния сумасшествия.