Козерог. Сердце ледяной принцессы - Елена Усачева

— Бредятина какая-то.

Надя нервно потерла лоб рукой, отчего на ее белой коже проступили красные пятна.

— Смотри, все правильно!

Она развернула в его сторону листок бумаги, где в два столбика были выписаны названия камней — халцедон, кварц, агат в одном и хризоберилл, кошачий глаз в другом.

— Твои камни изумруд, рубин и агат. — Она написала его имя, в скобках добавила «Рак» и провела стрелку к слову «Агат». Почерк у нее был хороший, просто замечательный был почерк. Списывать на контрольных одно удовольствие.

— Да ладно, рубин тоже твой камень, — щедро поделился Звонилкин.

— Нет! Помимо рубина у меня александрит, разновидность кварца! — Вытегра написала свою фамилию, в скобках поставила «Козерог» и стрелочку подвела к кварцу.

Митька заметил, что их имена друг под другом хорошо смотрятся.

— У Тельцов камень халцедон, серенький такой. — Стрелка от Сереги пошла к самому длинному столбику. — Это все тоже кварц, — Вытегра обвела столбик с кварцами. — Хризоберилл и кошачий глаз, — две новые стрелки побежали к Пашке-Деве и Лизе-Льву, — родственники александрита. Это главный камень Льва. — Внизу столбика появился «Александрит», от него прямая побежала к Токаевой. — Но, видимо, совсем уж подсказывать нам не хотели, поэтому Лизе написали «Кошачий глаз».

Звонилкин машинально кивал, нещадно изминая бумажку, которая попалась ему в кармане. Мудреные названия камней мелькали у него перед глазами. Еще чуть-чуть, и он в них запутается окончательно. Ох, кому-то скоро явно не поздоровится!

— Ну, а на этого хамелеона как ты вышла? — мрачно спросил он, кивая на страницу с зелено-красным камнем.

— Аметист цвет меняет. Точнее, оттенок. От освещения.

Надька ближе придвинулась к однокласснику, чтобы удобней было вместе смотреть книгу. На Митьку пахнуло чем-то сладковатым, перед собой он увидел расширенные темные Надькины глаза, и дышать ему стало нечем. Он попытался отодвинуться, но Вытегра жестко взяла его за локоть. Пальцы у нее оказались невероятно сильными. Митька и предположить не мог, что в этой худой болезненной девушке столько энергии.

— Я посмотрела по свойствам. — Узкая ладонь похлопала по книге. — Там сказано, что лучше всего цвет меняет александрит. Он из группы хризобериллов, так же как и кошачий глаз. Вот все и сошлось!

— Хризобериллов, значит? — Из всего сказанного Звонилкин услышал только последнюю фразу. Какие у Надьки были глаза! Он с трудом оторвался от них и посмотрел поверх ее головы на библиотекаршу. Она ответила ему недовольным взглядом. В Митьке вдруг начала просыпаться ярость.

И кто же это у них такой умный оказался, что придумал настолько сложную комбинацию?

— Что там про него еще написано? — пробормотал он, борясь с сильнейшим желанием что-нибудь здесь опрокинуть. Да вот хотя бы этот стеллаж с новинками!

— Написано, что это очень дорогой камень. — О Надино спокойствие можно было кирпичи ломать. — Состояние целое стоит. Его надо вернуть. Он у Лизы?

— Кому это ты собралась его возвращать? — хмыкнул Митька. Ох, до чего же он был сейчас зол!

— Повесим обратно в лаборантскую на полку, — дернула плечом Вытегра — судьба камня ее не очень волновала.

— А войдешь ты туда по воздуху? — Что-то в этом плане было неправильно.

— Войдем, как всегда входили, отожмем шпингалет. — Надька поджала губы, и Митька снова вспомнил, что под ее знаком Зодиака родилась Жанна д’Арк. Кирасу, латы, коня и копье в руки — с такой решимостью Вытегра не только Францию от англичан освободит, но и всю Европу встряхнет, как грязный коврик. — Звони Лизе.

Митька поднялся.

Конечно, обратно вешать камень не стоило. Не для того им его давали, чтобы они вдруг вернули его обратно. Но и оставлять его без охраны у Токаевой тоже не дело. Хоть по всем объяснениям выходило, что ничего волшебного в украшении нет, но до конца он еще свою роль не сыграл.

— Вы тут не мусорьте! — напомнила о себе библиотекарша и ястребом кинулась к Митьке, у которого под ногами валялся бумажный комок. — Это вам библиотека, а не улица! Идите домой и мусорьте там!

Звонилкин собрался ответить что-то едкое, но Надя подняла скомканную бумажку и стала ее разворачивать.

— Давай сюда! — грубо вырвал он бумажку из ее рук.

— Телефон какой-то. — Надя снова недовольно поджала губы. — Выбросишь, а он нужный.

Чего вдруг нужный! Он даже и не помнит, чей он? Небось кто-нибудь из пацанов сунул…

Митька медленно порвал бумажку пополам, потом еще пополам и уже собрался отправить ее в мусорное ведро, как вдруг с ужасом вспомнил, что этот номер дала ему Виктория Борисовна.

— Надька… — выдохнул он, кидаясь к конторке библиотекарши так стремительно, что пожилая женщина отпрыгнула в сторону.

— Хулиганы! — раздраженно прошипела она. — Вообще сейчас вас отсюда выгоню. Шумят! Это библиотека, а не спортивный зал. В футбол играют и орут в другом месте!

Звонилкин пропустил мимо ушей всю эту злобную тираду. Он бережно разложил на конторке остатки записки, потасовал их, подбирая так, чтобы отрывы совпали.

— Это физичка мне дала, когда нас завуч из кабинета выгнала, — пробормотал он, от волнения потирая руки. — Говорит, звоните, если что…

— Звони, — зашептала ему на ухо Надя. — Спросим, кто мог оставить александрит в лаборантской. Она наверняка должна знать.

Под жалобы библиотекарши на шальное поколение Митька достал телефон и медленно набрал номер. Нажал на вызов.

Абонент оказался недоступен.

— Давай еще, — потребовала Вытегра.

Митька проверил цифры, снова нажал вызов.

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, — бесстрастно произнесла тетка в трубке.

— Дай сюда! — Надя отобрала сотовый. Ткнула пальцем на клавишу с зеленой трубкой, нахмурившись, посмотрела на экранчик. — Ты чего, ей уже звонил?

— Когда? — потянулся к мобильнику Звонилкин. — Я только сейчас о записке вспомнил.

Вытегра потянула из кармана свою трубку.

— Телефоны в библиотеке запрещены! — заверещала библиотекарша.

Надя медленно повернулась и пошла к выходу.

— А книга? — помчалась за ней женщина.

— Мы сейчас вернемся! — Вытегра сказала это таким тоном, что библиотекарша остановилась.

Теперь у Нади в руках были оба телефона. Сверившись с номерами, она слабо ухмыльнулась.

— А это интересно, — пробормотала она.

— Чего тебе интересно? — Вытегра опять поняла что-то, что Митька просто не заметил.

— Ты в курсе, что уже семь раз звонил Виктории Борисовне?

— Сколько? — Звонилкин наконец отнял свою трубку и тоже уставился на экран. Рядом с только что набранным номером телефона стояла цифра семь. Это означало, что этот номер был уже семь раз набран.