Порочный учитель - Бьянка Коул

Мой желудок слегка переворачивается, и я задаюсь вопросом, не совершила ли я ошибку, ответив этому парню. Больше всего на свете я ненавижу хулиганов. Мы добираемся до аудитории, обе немного запыхавшиеся.

Наталья подводит меня к сиденью впереди и плюхается на него.

— Ты в порядке?

Я киваю.

— Да, к этому месту нужно немного привыкнуть.

Она хихикает.

— Это все, что я когда-либо знала.

Я качаю головой.

— Элиас — местный плохиш?

Наталья кивает, ее лицо становится серьезным.

— У него зуб на меня с тех пор, как он пришел сюда в четвертом классе.

— Почему? — Я спрашиваю.

Наталья пожимает плечами.

— Без понятия. Я ничего ему не сделала. Он просто возненавидел меня с первого долбаного взгляда. — Она тяжело вздыхает. — Я думаю, это потому, что ему не нравится, какая я умная.

Это могло быть как-то связано с увлечением Элиаса русской красавицей. Я бы узнала взгляд, которым он одарил ее, где угодно.

Резкий стук по дереву эхом разносится по классу, привлекая всеобщее внимание к передней части, где стоит высокий темноволосый мужчина, смотрящий на всех нас своими неповторимыми карими глазами.

— Страница семьдесят пять, — приказывает он строгим голосом с акцентом.

Наталья быстро хватает свою книгу и проводит большим пальцем по странице. В этом классе необычная атмосфера. Беспокойство, витающее в воздухе, ощутимо среди всех студентов.

Ниткин.

Он, безусловно, внушает ужас, поскольку я практически чувствую запах страха, исходящий от каждого студента в комнате.

Я беру свою книгу и открываю нужную страницу, прежде чем снова поднять взгляд на печально известного профессора Ниткина. Он, несомненно, привлекателен — так же сексуален, как любой мужчина-модель.

— Почему все учителя здесь такие горячие? — шепчу вопросительно Наталье.

Ее глаза расширяются.

— Не разговаривай на этом уроке, если не хочешь быть наказанной. — Она поднимает взгляд на Ниткина, который пишет что-то на доске. — Я не знаю, но ты права. Почти весь персонал такой, даже женщины.

Я хихикаю над этим.

Внезапно Наталья вскрикивает, когда что-то ударяет ее по затылку.

— Ой, — говорит она, прикладывая руку к месту удара и поворачивается, чтобы свирепо уставиться на Элиаса, который смотрит на нее своими пронзительными голубыми глазами.

— На что ты смотришь, Гурин? Я горяч, но нет необходимости пялиться.

Обычно спокойное лицо Натальи становится разъяренным, она смотрит на татуированного парня и качает головой.

— Тогда, возможно, тебе стоит пойти нахуй.

На его лице отражается шок: похоже, то, что я противостояла ему в коридоре, придало ей уверенности. Я легонько подталкиваю ее локтем и понимающе улыбаюсь, а она пожимает плечами.

— Что самое худшее, что может случиться, а?

Стук по нашему столу заставляет нас обеих подпрыгнуть, потому что профессор смотрит на нас сверху вниз.

— Вы двое уже знаете все, что вам нужно знать о печени?

Мой желудок скручивается от тона его голоса. И я качаю головой.

— Извините, сэр. Боюсь, что нет.

Его глаза сужаются.

— Ты новенькая. Как тебя зовут?

— Ева, сэр.

Он кивает.

— Добро пожаловать, Ева. А теперь будь внимательна, или я заставлю тебя разделать печень, как бы мало ты об этом ни знала.

Я хмурю брови, и мне интересно, о чем он говорит, пока он не снимает крышку с серебряного блюда спереди.

— Это — человеческая печень.

Я подавляю вздох, желая спросить, откуда, черт возьми, у него человеческая печень, но я знаю, что мне не понравится ответ. Кроме того, у меня такое ощущение, что на этом занятии не задают вопросов. Дрожь пробегает по моей спине, пока я смотрю на окровавленный орган. Я зажимаю рот рукой, когда тошнота подкатывает к горлу.

— Где мы можем найти печень в человеческом теле? — Ниткин спрашивает.

Даже Наталья не поднимает руку на этом уроке.

— Никто? — Спрашивает он.

Я нерешительно тяну руку вверх, так как биология была одним из моих лучших предметов в последней школе. В конце концов, я хочу стать ветеринаром.

— Да, Ева.

— С правой стороны брюшной полости, чуть ниже диафрагмы, сэр, — говорю я.

Он хлопает в ладони и этот звук заставляет меня подпрыгнуть.

— Правильно. — Его взгляд блуждает по всему классу. — А кто мне назовет лучший способ повредить печень?

Мое сердце замирает, когда я понимаю, о чем этот урок анатомии.

Как я могла быть такой глупой?

Я надеялась, что это будет похоже на биологию, но, оказывается, все сводится к разработке наилучшего способа лишить жизни, по сути, урок по убийству. Это как нельзя более противоречит моему желанию научиться спасать жизни животных. Я ненавижу это гребанное место. Наталья может показаться милой девушкой, но это то, что ее интересует, — стать преступницей, как и мои родители.

Могу ли я дружить с кем-то вроде нее?

Часть меня хочет этого, ведь она была так дружелюбна ко мне, но другая часть знает, кем станут эти студенты после окончания школы — убийцами, наркоторговцами и даже хуже.

— Наталья. Ты должна знать? — Ниткин давит.

Она кивает в ответ.

— Да, лучший способ — нанести удар в переднюю часть груди, где нет защиты от ребер, но это может быть непросто в драке. — Она пожимает плечами. — Если вы собираетесь это сделать, то с таким же успехом можете целиться в сердце.

Мой желудок скручивает от ее холодного и расчетливого ответа.

Элиас прав. Мне нужно быть осторожнее с тем, с кем я здесь дружу, поскольку легко забыть, что меня окружают преступники.



— Сюда, — говорит Наталья, ведя меня через переполненный кафетерий к столику в глубине. — Не могу дождаться, когда они познакомятся с тобой.

У меня сводит живот, поскольку я никогда не была особо общительной. Меня пугает мысль о встрече с новыми людьми, особенно с теми, кто учится в этой поганой школе.

Она направляется прямо к столику, за которым болтают две девушки. У одной из них темно-каштановые волосы, а у другой — золотисто-каштановые, каждая из них по-своему красива.

— Девочки, я бы хотела познакомить вас с моей новой подругой Евой, — объявляет Наталья.

Они обе поворачиваются и улыбаются мне.

— Привет. Это та знаменитая девушка, которая противостояла Элиасу в коридоре? — Говорит золотоволосая девушка.

Наталья широко улыбается.

— Да. Ева, познакомься с Камиллой, — она указывает на девушку с золотисто-каштановыми волосами.

— Приятно познакомиться, — говорю я.

Затем она подает знак темноволосой девушке.

— И Адрианна.

Я киваю ей.

Камилла выдвигает стул рядом с собой.

— Иди садись к нам.

Я улыбаюсь и сажусь, пытаясь игнорировать