Измена. Иллюзия счастья - Катя Колесова

— Эта "неадеквашка" вчера за тебя рискнула. Рискнула жизнью, Маша. Она спасла тебя. Могла этого не делать. Он снова перешёл на "ты", но не мягко.

— Она так чувствует свою пользу этому миру и людям. Она такая с детства, и это правильное воспитание нашей мамы. Не всем быть наверху, должна быть и прислуга. Ведомые и ведущие, слышал про такое?

— А ты, конечно же — ведущая?

— Ну да. Тем более спасла меня не она, а ты, — мурчит она. — Это ты настоящий герой.

Михаил вздыхает. Берет стакан алкоголя, отпивает. Молчание затягивается. Сцена становится ещё более неуютной. Страшной.

— Я сделал это ради неё, — тихо говорит он. — Ей было бы плохо, если что-то случилось с тобой. Она бы винила себя, что не помогла тебе. Вот и всё.

— Ну да, а если б ты узнал, что я в беде, ты меня бы там оставил? — в её голосе какое-то неверие.

— Да, — он отвечает быстро. — Я бы рубля не потратил на твоё спасение. Не мои проблемы, знаешь ли, вытаскивать шмар из под клиентов.

Она чуть отшатывается, будто получила пощёчину.

— Как ты можешь такое говорить?! — произносит тихо.

Но Михаила уже несёт.

— Маша, оставь свои манипуляции для других! Для Артура, Игоря и всех своих ебырей. Ты, видимо, не совсем поняла, с кем говоришь. Я таких как ты, только поумнее гораздо, видел сотнями. Ты не особенная. Как бы не вбивала это в свою голову. Ты спрашивала, почему я тебя не хочу? Ответ простой — я не по дешёвым шлюхам, Маша. Я легко могу по щелчку пальца привести сюда десяток тех, кто гораздо дороже чем ты. Пачкой. Лучше, красивее, сексуальнее, чище. Твой максимальный уровень, — это мелкие бандосы вроде Игоря и наркоманы вроде моего брата. Теперь, очень сильно прошу тебя, уйти из моего кабинета. — Да иди ты на хуй! — взрывается Маша. Теперь надо точно прятаться. Я соображаю только забежать в соседнюю комнату и успеваю спрятаться за дверью, видя как Маша выскакивает.

Она не закрывает дверь, но так резко её дёргает что та закрывается сама с громким хлопком.

Я застываю на несколько секунд и убедившись, что Миша не собирается выходить, приподнимаюсь на носочки, чтобы не стучать каблуками и рысью мчусь обратно на балкон.

Маши нет, зато есть Лена, которая крутит головой, явно в поисках меня. Она пытается что-то мне сказать, но я прикладываю палец к губам, хватаю её за рукав и веду вниз. Мне самой дурно теперь. — Чё творится?! — быстро говорит она. — Сначала девка какая-то выбегает как ошпаренная, теперь ты трясёшься. Там что, убили кого-то?

Не могу ничего говорить. Слёзы давят горло. — Нет, просто. Там… сложно сказать, — я вздыхаю. — Мне нужно что-то выпить. Музыка становится всё громче, но сейчас она не раздражает. Мне нужно чтобы что угодно заняло сейчас мой мозг. Что угодно. Пусть музыка, пусть вино. Неважно. Я веду её к барной стойке. Пофигу, что я обычно не пью. Надо хотя бы глотнуть чего-то, иначе я сейчас сойду с ума. — Алкоголь? — со знанием дела спрашивает она. — Да. — Какой? — Я пью белое вино. Она качает головой. — Скучная ты, мы не на светском рауте. Значит девушке лонг-айленд, а мне виски-колу, — кричит она бармену. Я наблюдаю за ней. Она всё-таки очень лёгкий человек. По крайней мере, такой она мне кажется, сейчас. Меня кто-то дёргает за плечо с силой. Оглядываюсь. Это Маша. Глаза красные и мокрые, будто плачет, или плакала, или собирается. — Ты что здесь делаешь? — спрашивает она резко, таким тоном, будто винит меня в чём-то. — А вы кто? — сразу влезает Лена. — Лена, это Маша, моя сестра. Маша, это Елена она жена Владимира… не помню отчества. В общем, она мачеха Артура и Михаила. Её пригласили в клуб, это клуб Михаила, — я стараюсь говорить спокойно и беззаботно, делая вид, что не знаю, что произошло с ней.

— Я в курсе, — перебивает она меня и не сильно обращает внимание на Лену. Оглядывает меня и чуть морщится. — Что за платье на тебе? Ты в нём как пугало. Блять, ну куда с твоими ногами такую длину, Ань? У тебя ж ляжки полные. Сгущенку по ночам хомячишь?!

Это странно. Она говорит быстро зло и с каким-то нездоровым блеском в глазах. Будто пытаясь повеселиться. Но с чего? Видимо, она решила излить на меня свою злость от разговора с Мишей. Лена застывает в явном удивлении и молча передаёт мне коктейль. — Маш, у меня нормальные ноги и на мне нормальное платье, — отвечаю я, качая головой.

Услышав, что я неадекватная от неё, теперь мне как-то не так неприятно что она там говорит про мою фигуру.

Делаю пару глотков коктейля, он обжигает горло, чувствую, как он резко бьёт в голову. — Ну, как хочешь, кроме сестры тебе никто правды не скажет, — отвечает Маша и скрещивает руки на груди. — Девушка, а вы не охуели часом? — спрашивает Лена весёлым голосом попивая из красной трубочки, свой напиток. У меня отвисает челюсть. Ладно, Машу часто материли при мне, но уж точно не из-за меня. Почему-то это кажется мне очень смешным. Особенно застывшая Маша. — Ты вот это позволяешь? Чтоб с твоей сестрой так разговаривали? — спрашивает Маша у меня. — Я твоя семья, вообще-то. Господи, как же бесит это всё!

Особенно она. — Ты моя семья, да, — киваю я. — Только ты реально охуела. Прям в край, Маша. Иди со своим ценным мнением куда-нибудь… подальше. Сначала говорю, и только потом соображаю. Я и материться?! Я и послать сестру?! Да как так? Хотя она даже не догадывается, что я это говорю в том числе, и в ответ на те гадости, что она говорила обо мне Мише.

И, наверное, никогда не узнает. Кажется, что сейчас небо упадёт на землю, кто-то обязательно меня осудит. Посмотрит разочарованным взглядом. Но ничего не меняется, кроме лица Маши. Лене кажется моя реакция настолько естественной что она просто чуть попивает ещё из своего стаканчика и добавляет: — Правильно, у Ани прекрасные ноги. Всё остальное тоже отменное, я вот заценила, хотя я девочка. Единственное что, Анют, у тебя попа маленькая, но я тебе покажу как её подкачать. Будет такой орешек что в лес нельзя будет ходить, — болтает она.

— Почему?

— Будут белки приставать. — Да ладно, я не хочу, — машу я рукой. — Не-не, ты послушай, есть такие упражнения, что она у тебя будет просто офигенской. Будешь приманивать к себе мужиков на расстоянии двести