Афродита на двоих - Tommy Glub

— Я не прошу от вас ничего, — на удивление, я говорю ровно и без запинки. Хотя мне трудно. И я не понимаю, от чего труднее. От того, что всё заканчивается, или оттого, что мне безумно трудно сдерживать все свои эмоции и… Чувства. Да, чувства у меня определённо есть. Теперь есть.

Без них невозможно плавиться в их близости и сходить с ума от их запахов. Без них нельзя чувствовать так тяжело себя и одновременно так легко. Мы пережили восхитительные дни и ночи, мы наслаждались этими греческими лучиками солнышка и познали много нового в себе и друг друге. Я точно запомню их запахи, их ласки и обращение ко мне. Невозможно хорошо, не просто ощущать их желание и видеть похоть в глазах, чувствовать какие части тела меня точно хотят… А хорошо, когда они сами не понимают, что с ними происходят. Пока они сгорают и едва дышат рядом, ощущая похожие со мной чувства, я готова верить, что всё не просто так. Всё совсем не просто так.

— Для этого мне нужно бороться с сестрой и родителями, а это в мои восемнадцать — почти невозможно.

— Возможно. Тебе есть восемнадцать, ты совершеннолетняя, и знаешь, что хочешь от этой жизни, уверен. И потому тебе подвластно многое, — Дамир погладил меня по плечу. Никто из них не пытается меня поцеловать, ведь ещё ночью мы… Целовались, как в последний раз. Хотя… Почему «как»? Это печально осознавать, но факт — есть факт.

— У тебя всё получится, — вторит ему Мирон. — Просто поверь в себя.

— Хорошо, — киваю. — Тогда и вы. Верьте в себя, сопротивляяйтесь и боритесь со всеми трудностями. Важно, чтобы вы тоже знали свою значимость и не просто плыли по течению. Ведь вам открыты многие двери в жизни, я уверена, — улыбаюсь.

— Спасибо, — шепчет Дамир. — Эти слова… Как никогда вовремя…

— Это самая крутая мотивация, крошка… — с другой стороны негромко произнёс другой мужчина.

Печально, но вскоре пришли разгорячённые Женя с Алей и отвлекли нас друг от друга. Мужчины выпили и немного закусили… Перед тем, как оставить за ужин неплохую сумму и уйти. Кажется… Навсегда.

В тот вечер Аля не грустила, очень активно собирала чемоданы и всё ругалась за то, что я не могу сама собраться по кусочкам. Я не особо чувствовала себя плохо и знала же, что точно так и будет. Но… Я же могла немного помечтать. Я хотела и мечтала, что всё будет иначе, что мы сможем хотя бы дружить… Общаться.

А с другой стороны — так мы бы только всё испортили. В погоне за приятными воспоминаниями и ощущениями, мы бы в итоге снова переспали, а после думали, что с этим делать. И… С какой-то стороны… Именно эта мысль меня успокоила. Именно она дала мне веру, что наши отношения просто невозможны. Тем более, втроём. Какая дикость.

Но возвращалась я домой именно вдохновлённая их словами о самостоятельности и уверенности в себе. Это именно то, чего мне так не хватает.

И даже положительный тест на беременность спустя месяц не пошатнул мою веру в себя.

Конец первой книги