Девятое зеркало - Елена Александровна Романова

— Светоч — сердце Борогана, — произнес Ашарес. — Мой повелитель забрал его, когда огненный дух был им пленен. Светоч дает жизнь камню, но без Борогана не способен запустить Кузницу.

Слушая драгманца, я размышляла, каким образом можно выкрасть эту огромную стрелу. Способна ли она обжигать, ведь казалось, что любой, кто тронет ее, сгорит заживо в ту же секунду.

— Бороган, наверняка, хочет вернуть себе стрелу, — протянула я, искоса глядя на драгманца.

— Без пищи Бороган дичает и затухает, теряя рассудок. Светоч способен поддерживать его в здравом уме. Но, вы, моя госпожа, должны понимать, что без Светоча хозяин гор лишится своих славных воинов и поддержки Острока. Если Светоча не будет — сердце гор погаснет и станет еще холоднее… с приходом холодов погибнет вся живность в лесу его величества Дериона, вьюга будет кружить беспрестанно. Сущности Пустоши ворвутся в Зазеркалье.

— Значит лесному королю выгодно, что Светоч здесь?

— Да. А если заработает Кузница, наконец, растает снег и придет весна.

— И как давно Кузница не работает?

— Около двух тысяч лет.

Так значит духи Зазеркалья действительно зависят друг от друга.

— Вы хотите увидеть библиотеку? — спросил Ашарес, заметив, что я надолго погрузилась в себя, завороженно наблюдая, как пылает Светоч.

— Здесь есть библиотека?

— Да. Хоть я никогда не видел богиню Эмору, я слышал от господина, что она любила чтение. А еще ей нравился каменный сад, в котором она часто гуляла.

— Акар говорил о ней? — удивленно спросила я.

— Повелитель разрушил все, что она любила, кроме библиотеки и сада. Да, он сказал, что разрушил бы и их тоже, но старый Острок был недоволен.

— Акар был так зол?

— Он зол всегда, — бессмертный повел меня прочь из зала.

— Почему за столько лет Эмора не вернулась?

Ашарес мягко улыбнулся.

— Разве нам дано понять богиню, сотворившую миллионы миров? Возможно, этот мир — лишь ее ошибка или слабость. Быть может, она хотела бы уничтожить его вместе с сотворенными ею созданиями? Быть может, лишь Тангор уберег нас от этого.

— Но отсюда должен быть выход!

— Лишь тот, что ведет через зеркало.

Я фыркнула, не желая принимать такую правду.

Я коснулась прохладной цепочки, поддела пальцами кулон — рэйкон в нем завозился, страшно недовольный тем, что его покой потревожен. С некоторых пор он возвращался в кулон, когда ему вздумается, безо всякого ритуала. А ведь, если он был живым человеком когда-то, а затем погиб, то каким-то чудом ему удалось выбраться отсюда в Меясу.

— Кем же ты был, интересно, — прошептала я.

Быть может, он способен рассказать мне то, что знает. То, что находится за гранью жизни и смерти?

Глава 12

Первым был сад.

Рукотворный и неживой, как и все здесь.

Я дрогнула, когда увидела каменного великана, в глазницах которого пылал огонь. Задрав голову, я глядела на него ошеломленно, пока Ашарес не сказал:

— Он никогда не тронет избранницу хозяина гор. Он здесь, потому что лесной король нагоняет над садом много диких птиц, которые гадят на каменные статуи.

— Что? — рассмеялась я. — Дерион пакостит Акару? Вот так? Ну и великие духи Зазеркалья!

— Птицы редко облетают горы. Часто мы уничтожаем их. Кстати, наши воины уже занялись охотой, ведь вам нужна еда.

— А тебе?

— Дело в том, что я уже немного мертв, — спокойно сказал Ашарес, заставляя меня изумленно захлопать глазами. — Бессмертие приводит к тому, что тело все-таки умирает, но я могу управлять им, оно не стареет, не разлагается, но мне больше не ведомы чувства, мне не нужна вода и еда, тепло или сон. Единственное, от чего избавиться невозможно — это тоска. Такая сильная, что, кажется, мое сердце вновь начинает болеть.

И это Акар хотел сделать со мной, считая это благодеянием?

Мы с Ашаресом прошли мимо каменного великана сквозь кованные серебряные ворота в сад, и великан двинулся за нами, камни ударились друг о друга, пол под нами дрогнул.

Я ускорила шаг, Ашарес же шел медленно, давая мне возможность насладиться видами каменного сада, густыми облаками, повисшими прямо над нами, панорамой Зазеркалья, раскинувшейся вокруг.

— О, Тангор! — простонала я, когда огляделась.

Это было великолепно.

Тонкие изваяния из горного хрусталя, янтаря, сверкающие алмазы, самоцветы разных цветов, рубины и изумруды — сад сиял и переливался.

— Это просто несметные богатства, — задохнулась я от восторга.

— Для повелителя они ничего не стоят. Он подарил этот сад Эморе.

— Так значит этот сад создал Акар? — снова потрясение.

— Поэтому он хозяин гор, — скупо улыбнулся Ашарес. — И он наделен силой творения.

Я медленно двинулась между «деревьев».

— Лесной король желает уничтожить этот сад, ведь сад неживой. Это оскорбляет вкус Дериона, — произнес бессмертный. — Но он не способен серьезно навредить моему господину.

Я коснулась пальцами красных, как кровь, камней рубина, имитирующих ягоды. В Молберне мне такие богатства даже не снились.

— Назад, госпожа! — услышала я вдруг оклик Ашареса.

Не успела отреагировать, как над моей головой просвистела огромная каменная рука великана. Упав на спину, я увидела, как из облаков на нас вылетел огромная — больше размеров человека — птица.

Каменный кулак великана стремительно перехватил ее и припечатал к земле. Огромные крылья пару раз распрямились, затряслись и опустились. Из-под каменных пальцев засочилась кровь.

Я была так ошарашена, что не могла пошевелиться. Ашарес подскочил ко мне, внимательно оглядывая и убеждаясь, что я цела. Из его груди вырвался вздох облегчения.

— … он бы убил меня, если бы… — и умолк, встречая мой хмурый взгляд.

— Убил бы, если бы его игрушка сломалась? — спросила я, оттолкнула от себя Ашареса и поднялась, бросив взгляд туда, где лежала птица.

Она могла унести меня прочь, такой большой она была. Неужели Дерион пытался украсть меня у Акара?

— Значит, горный дух убивает волков Дериона, пока ты развлекаешь меня, так? — спросила я. — Этот великан здесь, чтобы слуги Дериона меня не выкрали?

— Я не должен был вести вас сюда, — склонил голову бессмертный. — Пойдемте внутрь, здесь опасно.

— Я хочу увидеть Акара, — сказала я твердо. — Они убивают друг друга из-за меня. Это глупо.

Что, если и Ха-шиир здесь. Что, если он пострадает? Я даже думать об этом не хочу.

— Мне не велено беспокоить хозяина, — спокойно, но строго сказал Ашарес. — Он предупредил меня, что вы можете проявить своеволие. Он приказал исполнять любые ваши желания, кроме