Попробуй стать моим - Марго Крич

Свернув на грунтовую дорогу, их машина миновала указатель на ранчо Хардвеллов. Через несколько минут они проехали мимо главного дома, и вскоре за поворотом показался еще один дом — его двойник, только поменьше.

Гаррет свернул на подъездную дорожку и остановился возле крыльца. Помогая выйти Уилле, он задержал ее руку в своей и повел к дому.

В доме, куда они вошли, поднявшись по широким ступенькам крыльца, Уилла сразу почувствовала себя желанной гостьей. Первый этаж был открытой планировки — большой, но в то же время уютный, с потолками до самой крыши. Пространство подчеркивали простые деревянные стены и большой камин, занимавший среднюю часть стены справа от входа. Слева находилась кухня, в которой, несмотря на ее функциональность, все же чувствовалась сельская атмосфера.

Гаррет набрал на своем телефоне какую-то комбинацию, и деревянные панели раздвинулись, открыв за собой широкое, во всю стену окно. Уже стемнело, но Уилла знала — она несколько раз была здесь, — что вид из окна был таким же, как из главного дома — поросшие сочной травой поля, пологие холмы с перелесками и синеющие вдали горы.

— Не могу дождаться утра, чтобы это увидеть.

— Ночью тоже есть на что посмотреть. — Гаррет кивнул на стоящий на треноге телескоп.

— Давнее увлечение перешло на новый уровень?

Гаррет рассмеялся:

— Вроде того.

В воздухе повисло неловкое молчание. Оба вдруг осознали, что впервые за эту неделю они остались наедине. Уилла вспомнила об их поцелуе в машине, потом после барбекю, и о том, что было у сарая. Каждая из этих встреч угрожала зайти еще дальше, но каждый раз им что-то мешало. Но если у них впереди была целая ночь под одной крышей, то что им тогда могло помешать?

Гарретт откашлялся.

— Что ж, — сказал он, — идем, я покажу тебе твою комнату.

Он повернулся и пошел к лестнице. Уилла последовала за ним. Наверху она никогда не была. Поднимаясь, она посмотрела вниз на гостиную — каменные плитки пола холодно поблескивали под лунным светом, проникающим через окно, — что вдруг ей напомнило кадр из какого-то старого триллера.

Наверху Гаррет остановился и подождал ее.

— Это моя комната. — Он кивнул на закрытую дверь. — А здесь, — сказал он, открывая соседнюю, — будешь спать ты.

Как и весь дом, комната была просторной и одновременно уютной. У дальней стены стояла широкая двуспальная кровать; еще одна дверь вела в ванную комнату, в которой кроме душа было и джакузи. Но больше всего ей понравилось, что французские двери выходили на широкий деревянный балкон, который шел вокруг всего дома.

Можно устроить себе пробежку в дождливый день, подумала Уилла.

— Ну как, нравится? — спросил Гаррет.

— Очень.

— Спасибо. Я хотел сделать этот дом своим маленьким кусочком рая.

— У тебя это получилось, — тихо сказала она.

Уилла повернулась, не зная, что он был совсем близко, и коснулась его своей грудью. Как бы они ни старались похоронить физическую часть своих не-отношений, ее каждый раз удивляло, как мало им требовалось, чтобы забыть об этом. Одного невольного прикосновения было достаточно, чтобы они превратились в двух гормональных подростков, которые не могли себя контролировать.

Гаррет отпрянул, словно спасаясь от раскаленного жара.

— Ну ладно, — сказал он. — Я пошел спать.

И, хлопнув дверью, вышел из комнаты.

Глава 12

Вот уже два часа как Гаррет ворочался в постели. Да и как можно было уснуть, когда с другой стороны стены спала Уилла? Ему потребовалась вся его сила воли, чтобы уйти от нее сегодня вечером. Но она установила между ними четкие границы, и он должен был уважать их.

— Ну все, хватит. — Откинув в сторону одеяло, Гаррет встал. Нужно было выпить. Это поможет ему расслабиться.

Спускаясь по лестнице, Гаррет заметил, что в кухне горит свет. Он помнил, что выключал его.

За кухонным столом сидела Уилла. Когда он вошел, она виновато улыбнулась.

— Извини, если я тебя разбудила.

— Вовсе нет. Не можешь уснуть? — спросил он.

— Слишком много всего крутится в голове. А почему ты не спишь?

— То же самое. Все кажется как-то не так, когда ты в доме не один.

— Выходит, ты принес себя в жертву? — спросила она.

Гаррет усмехнулся:

— Ага… нашему общему делу.

Но Уилла даже не улыбнулась. В воздухе повисла неловкая пауза.

Гаррет знал, что излишняя вежливость — это способ установить дистанцию, сопротивляясь возникшему влечению.

Он достал из бара два низких стакана и бутылку бурбона.

— Хочешь выпить? — спросил он. — Это поможет уснуть.

— Да, это было бы кстати.

Когда она брала у него стакан, их пальцы соприкоснулись, взгляды встретились и между ними проскочила искра понимания — что для Гаррета послужило сигналом к отступлению. Он обошел вокруг стола и сел напротив, используя дубовую столешницу между ними словно барьер.

Уилла усмехнулась:

— Это просто какой-то сюр… Никогда не думала, что мы дойдем до этого.

— Все отлично, — сказал Гаррет. — Еще немного, и мы вытянем это дело. — Он наклонился вперед, и они чокнулись. — Только представь, один из самых убежденных холостяков Эпплвуда вдруг решил остепениться. Да еще с кем? С той самой «сбежавшей невестой»! — Он хотел пошутить, но по ее лицу понял, что это не получилось. — Черт… прости… Я не должен был этого говорить.

— Ничего. Мне и не такое приходилось слышать.

— Но не от меня. Я уверен, что за всем этим скрывается какая-то история. Конечно, ты можешь ее не рассказывать, но у тебя наверняка была причина, чтобы сбежать с собственной свадьбы.

— Да, была. — Уилла допила свой бурбон. — Но я не хотела бы сейчас об этом говорить.

Гаррет не стал спорить. Ему тоже не очень-то хотелось говорить о Томасе.

— А о чем ты хотела бы поговорить? — спросил он. — Раз уж мы оба не спим.

— Может, поговорим о тебе? — предложила она. — Как ты, например, справляешься со всем этим?

— Со всем — это с чем?

Уилла указала сначала на него, потом на себя.

— С тем, что происходит между нами. Требования Элиаса, фиктивные отношения… Это, должно быть, непросто для тебя. Как ты с этим справляешься?

Гаррет задумался.

— Ну… вроде нормально.

— Неужели? — удивилась она. — Для меня так это совсем не нормально. А у тебя на карту поставлено куда больше.

— Хорошо, — сказал Гаррет, — буду честен с тобой. Да, это непросто. Но я