Грешник - Шанталь Тессье

— С-ин, — всхлипывает Элли в капюшон, и я обхватываю ладонями ее киску. Ее тело дергается от неожиданности, и я широко раздвигаю ее пизду, чувствуя, какая она мокрая.

— Такой хороший маленький демон, — хвалю я, от чего ее бедра раскачиваются вперед-назад. Дребезжание цепей от ее резких движений пробуждает во мне улыбку.

— Пожалуйста? — умоляет она так чертовски сладко.

Я представляю, как она делает это, подползая ко мне с широко открытым ртом, ожидая, когда я его использую.

Я ввожу в нее два пальца, большим пальцем массируя пирсинг, и ее дыхание сбивается. Я смотрю через ее плечо на Корбина и киваю. Он дергает за цепочку, затягивая ее на шее, и Элли сходит с ума, когда он лишает ее воздуха, а я трахаю ее пизду пальцами. Я подвожу ее так близко к оргазму, как только могу, и когда ее киска сжимается на моих пальцах, я останавливаюсь и убираю их.

Цепь ослабевает, и Элли снова обвисает, ее крики наполняют комнату.

— Мы только начали, маленький демон.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ЭЛЛИНГТОН

Они снова одевают меня в мой костюм на Хэллоуин и освобождают от цепей. Капюшон снят.

У меня дрожат ноги, и один из парней — тот, что в зеркальной маске, — наклоняется, кладет одну руку мне на спину, а другую под колени. Он поднимает меня, и я безвольно лежу в его объятиях, наблюдая за происходящим из-под прикрытых век. Двое других запихивают все в рюкзак.

Мы тихо выходим из комнаты и из зеркального зала на свежий ночной воздух. Я дрожу от дуновения ветерка, хотя он приятно ощущается на моей пылающей коже. Ночью в Пенсильвании может быть довольно прохладно.

Закрыв глаза, я даже не обращаю внимания на то, что дрожу в его объятиях. Мое тело жаждет разрядки, и сейчас я готова на все, чтобы ее получить. Я слышу голоса то тут, то там, но, опять же, мне все равно, видит ли меня кто-то в таком состоянии. Я не смогла бы идти, даже если бы он меня заставил. И я бы предпочла, чтобы меня несли, а не ползти.

Я чувствую, как он поднимается по очередной лестнице, и открываю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть широко раскрытую пасть дьявола с красными рогами и оранжевыми зубами. Сверху большими буквами написано «Путь дьявола». Вдалеке я слышу слабый гул криков и скрежет металла.

«Это американские горки».

Снова открыв глаза, я оказываюсь на холодной и жесткой поверхности. Оглядевшись, я вижу, что это тележка с тремя сиденьями. Я сижу между человеком с зеркальным лицом и парнем с маской без кожи.

Тот, что с зеркальной маской, тянет рюкзак вперед и расстегивает молнию. Чья-то рука обхватывает мою и без того больную шею, и меня толкают вперед, я упираюсь щекой в холодный металлический прут, проходящий по передней части нашей тележки.

Меня хватают за руки и заводят их за спину. На них надевают наручники, из-за чего у меня перехватывает дыхание. Меня возвращают в сидячее положение. Оба парня широко раздвигают мне ноги. Они прижимают их своими ботинками, чтобы я не свела ноги вместе. Мне надевают повязку на глаза, и кровь начинает шуметь в ушах.

Пуговицы моего купальника снова расстегнуты, и кто-то проводит пальцем вверх-вниз по моей мокрой киске. Я издаю стон, пытаясь податься бедрами ему навстречу.

— Такая, блядь, жадная, — говорит парень слева от меня, а мой разум все еще слишком туманен, чтобы понять, кто есть кто.

Губы моей киски широко раздвигаются, и тут что-то холодное проникает внутрь меня. Неизвестный предмет не большой, но ощущается немного неудобно из-за того, как я сижу. Я начинаю задыхаться и облизываю губы в предвкушении.

— Не волнуйся, маленький демон. Твое желание вот-вот исполнится, — говорит мне один из них.

Это должно быть Син. Только он называет меня так.

Они отпускают мои ноги, и я смыкаю их, пытаясь потереть их друг о друга, чтобы получить необходимое трение. Мне на грудь ложится чья-то рука, удерживая меня на месте и прижимая спиной к неудобному сиденью, затем мне заламывают скованные наручниками руки. Я чувствую что-то на своей груди и животе, за этим следует щелчок. Они только что зафиксировали меня на моем сиденье с помощью подвесных ремней безопасности.

Я дергаюсь, не в силах пошевелиться, и слышу громкий звон перед тем, как мы толкнемся вперед. Сердце застревает у меня в горле. Я не вижу и не могу держаться.

Я чувствую, как мы поднимаемся. Слышу щелчок, когда мы поднимаемся все выше и выше, прежде чем броситься вниз. Я жду неизбежного падения. Мое тело напрягается, бедра пытаются сжаться, но защелкнутые между ногами ремни безопасности не дают этого сделать.

Машина останавливается, и я задерживаю дыхание. Моя киска вибрирует в тот момент, когда мы летим с вершины. Я кричу, падаю, машина вибрирует, а с ней и моя киска. Но этот крик не слышен из-за рева ветра. Когда мы падаем вниз, у меня перехватывает дыхание, и я могу только догадываться, что это наша смерть, поскольку ничего не вижу и не могу держаться.

Нас резко бросает вправо, и я сжимаю в кулаки закованные в наручники руки, втягиваю воздух, от чего мой живот сжимается и разжимается. Ветер треплет мои волосы, и я чувствую, как он хлещет меня по лицу. Кровь пульсирует в моих венах, делая несколько рывков вверх-вниз, вверх-вниз. Я не вижу, поэтому мне остается только чувствовать и слышать. Мои внутренности пульсируют, киска сжимается, заставляя вибратор прижиматься к моей точке G. Вместе с приливом адреналина я чувствую приближение оргазма. Это опасность, неизвестность. Отсутствие контроля. Я никогда не испытывала ничего подобного.

Ограничители настолько тугие, что я не могу пошевелиться. От каждого резкого поворота у меня сбивается дыхание. От каждого подъема учащается пульс. И от каждого падения сжимается моя киска.

И вот так, звезды танцуют перед моими закрытыми глазами, тело отрывается от сиденья, вдавливая мои и без того чувствительные соски в накладные ремни безопасности, и, когда мы совершаем падение, которое, кажется, длится целую вечность, я кончаю с криком на губах. Я чувствую себя так, словно парю, достигая облаков высоко в небе.

У меня перехватывает дыхание, как будто кто-то душит меня. Я чувствую легкое головокружение. Каждый сантиметр моей кожи покалывает. Я не могу понять, падаем ли мы еще или уже поднимаемся. Я знаю только одно: я не хочу спускаться.

СИН

Мы с парнями входим в ее спальню у нее