Целительница для генерала-дракона - Нинель Мягкова

– Получается, все в отряде тоже драконы? – опешила я. Но шагу не сбавила.

– Главное, не проси их показать. Можешь быть неприятно удивлена последствиями.

– Мне кажется или вы попытались пошутить? – съязвила я в ответ.

Дракон хмыкнул, но развивать пошлую мысль не стал. Вместо этого очень серьезно пояснил:

– Мы не можем надолго принимать драконью форму. Да, с ней приходит могущество, сила, и неизмеримые запасы магии, но за все нужно расплачиваться. Долго удерживать ипостась невозможно – поток силы начинает выжигать тебя изнутри. Максимум полдня, как раз хватало чтобы облететь патрулируемый участок…

Эмберскейл тоскливо вздохнул и, спохватившись, добавил:

– Ты только не рассказывай об этом направо-налево. Считай, уже заступила на должность, а Немью говорит у вас, целителей, свой кодекс чести есть. О пациентах не болтать и все такое. Не знаю, насколько деревенскую знахарку можно приравнять к целителям…

– Не буду, – прервала я его, а то он меня оскорбит окончательно и уничтожит напрочь зарождающуюся симпатию.

Все-таки чтобы эффективно лечить, неплохо бы желать пациенту выздоровления, а не мучительной смерти.

– Вот и отлично, – кивнул сам себе генерал. – Никаких особых способностей у драконов нет, мы просто более восприимчивы к магии, вот и все.

– Всего-то, – согласилась я.

Но перед тем как мы продолжили увлекательную беседу, на нас снова напали.

Как и когда Эмберскейл успел поставить щит, я не заметила. Но развесистая молния ударилась о невидимую преграду, словно в стекло, расплескалась по ней и ушла в землю, не причинив нам вреда.

– Держись ближе! – хрипло скомандовал дракон, делая шаг назад.

Я подскочила и вжалась в его спину, с тревогой наблюдая за приближением сразу трех шаров. Они летели неспешно и величественно, как и предыдущие. Полные собственного достоинства, будто понимали, что уже победили.

Не дождутся!

Но что я могу, обычная деревенская знахарка без капли магии?

Только смотреть, как меня пытаются спасти, и дрожать от ужаса.

Первая заповедь при появлении шаровой молнии в моем мире – не дышать и даже не шевелиться. Проблема в том, что здесь они разумные. И не совсем молнии. А потому тактика не сработает. Меня беспрепятственно поджарят, на этом все.

Эмберскейл повел руками, и кончики пальцев засветились тем же золотом, что и шары.

А затем с его рук сорвалась россыпь мелких искр и ринулась в сторону орбисов.

Шары заметались, два увернулись, а в третьего попал основной залп.

И без того сияющее, смертельно опасное солнышко вспухло и взорвалось, так что на дороге образовалась вмятина из подтаявшего снега и рыхлой влажной земли, будто разом на этом участке наступила весна.

Орбисы опасливо перестроились, заходя с противоположных сторон. Дракон снова накрыл нас радужным щитом, и атакующие, ударившись о полупрозрачный пузырь, отлетели.

– Я так долго не протяну! Возвращай мне дракона, быстро! – рявкнул Эмберскейл.

Я не сразу поняла, что он ко мне обращается. А когда дошло, искренне возмутилась.

И тут умудрился выставить меня виноватой! Вроде если нас сожгут – ведьма не помогла, дракона зажала и не выпустила. Удобно устроился!

Я отказываюсь становиться козой отпущения!

– Ты не спятил? Как?! – гаркнула я в ответ, лихорадочно соображая чем могу помочь генералу.

Помимо возвращения ипостаси, само собой, тут я пока что бессильна, что бы он там ни требовал.

Что помогает от обычных молний? Громоотвод? У дракона даже меча отчего-то с собой не было, не говоря уже о металлических палках. Откуда их взять посреди леса…

А если водой? Я не электрик, но помню что вода отличный проводник. В любом случае огонь воду точно не любит!

Наспех слепив снежок, я метнула его в ближайшего орбиса.

Попала.

Вместо того чтобы взорваться по примеру предыдущего, он словно поугас, и движения его замедлились. После чего Эмберскейл метко угодил в него своими искрами и добил.

– Как ты это сделала? – отрывисто бросил генерал, не отрывая взгляда от третьего противника. Тот держался на почтительном расстоянии и беспрестанно осыпал нас молниями.

По виску дракона скатилась капля пота. Руки подрагивали, с лица ушли все краски. Оборона давалась ему нелегко. Если вторая ипостась отвечает и за магию тоже, то с ее уходом он наверняка ослабел. Чудо, что до сих пор держится.

– Снегом! – пискнула я неуверенно. – А что, нельзя было?

– Можно и нужно! – пробормотал Эмберскейл.

Высокие сугробы вдоль дороги рассыпались снежинками, и вихрем закружили третьего орбиса. Он метался из стороны в сторону, но сотворенная генералом вьюга следовала за ним как приклеенная, и пылающий шар неумолимо тускнел.

Пока с легким хлопком не исчез совсем.

– Какой любопытный способ борьбы с орбисами. В вашем селе так делают? – спросил Эмберскейл и пошатнулся.

Я поспешно поднырнула под его руку и приняла на себя немалый вес мужчины. Присела, но устояла. Все-таки он не в обморок рухнул, видно, голова закружилась от упадка сил.

– В нашем селе такой гадости отродясь не водилось, – пробормотала я глухо из-под драконьего плаща. Меня накрыло с головой, так что приходилось ориентироваться по протоптанной колее. Шажочек, еще шажочек, мы осторожно брели в сторону, где остался основной отряд.

Услышав топот, я насторожилась, а дракон, наоборот, расслабился.

– Вы не торопились, – назидательно заметил он, делая вид что не опирается на меня, а закрывает от посторонних.

Ну да, конечно. Гордость превыше всего.

– Простите, генерал, их было больше дюжины. С вами все в порядке? – протараторил один из гвардейцев.

– Да, не вашими стараниями, – мрачно отозвался Эмберскейл. – Если бы не травница, я бы вас не дождался.

Воцарившаяся тишина была почти осязаемой. Еще бы, у меня ни магии, ни оружия. Только целебные травки.

Залечила орбиса до смерти!

Вот так и создается репутация.

Позади послышался скрип колес. Я выпуталась из чужого плаща и с тревогой оглянулась.

Блейзион сидел на козлах, уверенно держа поводья. Взмыленные лошади всхрапывали и нервно трясли головами, но все четыре уцелели. Сами не понимают, как им повезло.

Зато карета пострадала за всех. От удобной красивой коробки уцелела лишь одна стена – та, что прикрывала спину вознице. Наверное, на нее распространялся щит Блейзиона. Задняя отсутствовала вовсе, являя всем желающим опаленное и местами обуглившееся нутро. Обивка кое-где еще тлела. От сидений остались искореженные обломки, сидеть на которых сможет только йог-мазохист.

Самой странно, но свежие реалии потихоньку занимали свое место в картине мира. Вот я уже спокойно рассуждаю о магических щитах и атаках. Скоро примирюсь и с фактом, что