Измена. Осколки чувств - Алиса Верди

— Вот только знаешь, Дим, Градов сказал, что у вас на работе сейчас нет никакого аврала, и он никого сверхурочно сегодня не оставлял.

Сказала и замерла, во все глаза глядя на мужа. Ждала его реакцию. Он медленно повернулся и молча уставился на меня.

Что, ничего не скажет? Так и будет молчать?

— Ничего не хочешь мне сказать? — не выдержала я.

— Ждешь, что буду оправдываться? — поднял он бровь.

Ну вообще-то да!

— Где ты был, Дима?

— В кино ходил, — спокойно ответил он.

Я удивлено застыла. Он даже не будет отрицать?

— С кем?

— Один.

— Почему ты не сказал?

— Да потому что я хотел сходить в кино. Один. А скажи я тебе, сразу бы началось «Пойдем вместе», «Я тоже хочу» и так далее. Мне было бы сложно тебе отказать и пришлось бы смотреть какую-нибудь муть, из тех, что ты любишь. А я давно хотел посмотреть этот боевик, но ты же боевики терпеть не можешь, и мы из-за этого на них никогда не ходим, так как я вечно под тебя подстраиваюсь.

Серьезно? Я оторопела. Я такая назойливая? Душу его и не даю ему право выбора? Да еще и не разделяю интересы? И ему приходится втайне от меня ходить в кино?

Это был какой-то бред. Неужели правда? Я недоверчиво уставилась на него.

Дима достал из кармана билет и протянул мне. «Крушитель черепов». Да, такое я бы точно смотреть не стала. Блин…

Это казалось каким-то абсурдом, но он, похоже, и правда был один, я же видела…

— А вчера ты где был? Я про это тоже у Градова спросила, — нахмурилась я.

— А вчера я ходил в ресторан. Не один. С коллегами по работе. У нас была назначена встреча с клиентом, но он не пришел, — он взъерошил волосы усталым жестом. — Не веришь?

Я не верила. Продолжала молча смотреть на него.

— Ладно, — вздохнул Дима и достал телефон.

Он порылся там и протянул мне чат мессенджера. Там действительно некий человек извинялся и писал, что у него случился форс-мажор и на встречу он приехать не сможет. Время и дата совпадали.

— Градов был не в курсе этой встречи. Я хотел сначала переговоры провести, а потом уже его обрадовать, если они пройдут успешно. Можешь у Оли спросить, если мне не веришь, Настю не предлагаю, — хмыкнул он. — Объяснить, почему я тебе не сказал про ресторан или сама догадаешься?

Я ошарашенно молчала.

— Я тебе не врал, Лиза. Вчера я сказал, что у меня работа. Это так и было. Ты же знаешь, что встречи в ресторане с крупными заказчиками — обычное дело. Но когда клиент не пришел, то мы просто поели, а заодно и поработали, придумывая новые идеи по маркетингу. А сегодня я не говорил тебе про работу. Ты сама так решила. Посмотри на сообщение, там написано просто: «Буду поздно».

Он и сейчас выкрутился, да?

Все так. И про ресторан, и про кино сказал. Не отпирался. И не врал, получается.

Мне вроде и возразить ему нечего, но почему-то я все равно ощущала себя одураченной. А где? В каком месте? Как он это делает?

Я пораженно молчала, даже не зная, что сказать. А он устало прислонился к столешнице и продолжил:

— Ты постоянно строишь из себя жертву, Лиза. Но именно ты доводишь меня своими подозрениями и недоверием. Хотя на самом деле, жертва тут — я.

Я отправилась в постель в совершенно растрепанных чувствах. Где-то подспудно ощущала подвох, но логически не могла его найти.

Впервые я вдруг осознала, что я практически хочу его отыскать! Потому что вот это кидание из состояния «верю» в «не верю» и обратно, жутко меня выматывало.

Все больше и больше меня накрывало какая-то отрешенность. Я уже не воспринимала все так остро. Мне хотелось лишь, чтобы все как-то уже разрешилось. Я устала.

Выходные пролетели в домашних делах и заботах. Я немного подзапустила быт, не до того было, и сейчас старательно наверстывала. И отвлекалась, и с Димой меньше общалась.

Почему-то мне не очень хотелось с ним общаться. При этом, я не могла себе объяснить почему. Я ведь не поймала его ни на вранье, ни с поличным. Так в чем же дело?

Ответа на этот вопрос я не знала. И лишь все больше замыкалась в себе.

В понедельник во второй половине дня, когда я была на работе, мне позвонил Дима. Странно.

— Алло.

— Лиза, я в больнице. Упал с лестницы. Ничего ужасного. Ушибся, ногу сломал, — услышала я.

О боги! Я вскочила.

Все бросив, схватила сумочку и выскочила из кабинета.

До больницы домчалась быстро, жутко переживая за мужа.

— Торопов Дмитрий Иванович? — медсестра задумчиво щелкала мышкой. — А вы кто?

— Жена его, — я нервно сжимала ручку сумки.

— Так это вы жена? А кто же тогда… я думала, что она… ой… — она вдруг закусила губу и покраснела.

— Его кто-то уже навещал? — спросила я, заранее предвидя ответ.

— Ну… — медсестра отвела глаза. — Слушайте, разбирайтесь сами, кто там кому кем приходится, ладно? — вдруг сердито выпалила она. — 216 палата.

Ясно. Настенька.

Я скрипнула зубами. Интересно, она все еще здесь?

Мои торопливые шаги гулко отдавались в больничных коридорах, слегка заглушаемые синими бахилами.

Увидела его в палате — бледный, на лице фингал, на ноге гипс.

— Что случилось? — бросилась к нему я.

— Да все нормально, не волнуйся, — усмехнулся он. — Полетал немного. Трещина, ничего страшного.

Я неловко обняла его, боясь, что могу причинить боль.

— Как это произошло?

— Помнишь тот шкаф с архивом? Ну, высокий такой?

Я кивнула. Тот шкаф был до самого потолка и заполнен папками с разной документацией.

— Ну вот, мне нужно было найти одну бумажку, а она на самом верху. Ну, я взял лестницу, полез. А тут Настя мимо шла, и неловко зацепилась ногой.