Невместе - Эллин Ти

Это… вау! Какие талантливые хоккеисты! И это безумно красиво…

Многие парни танцуют со своими девчонками, кто-то просто слушает красивую музыку, а я стою. Продолжаю стоять и смотреть ровно на сцену или… на Тимура?

Черт, я смотрю на него. И самое ужасное в этом то, что он точно так же смотрит на меня в ответ. Неотрывно, пристально, и поет как будто бы для меня. А для меня не нужно…

У него голос безумно красивый и отлично сливается с голосом Сережи, и это банально не может не нравиться.

Я краем глаза замечаю, что Дашка уже танцует с Лехой, и они оба на меня поглядывают, как будто считать реакцию пытаются.

А я что? Я в шоке. И, кажется, еще немного плачу. Совсем немного. Буквально две слезинки…

– И мне не надо света Солнца, ни прохлады ветров,

Когда ты рядом со мной, когда ты рядом со мной.

Тебе не надо бриллиантов, ведь дороже любовь —

Когда ты рядом со мной, когда ты рядом со мной.

Он поет эти слова, точно глядя мне в душу, и ровно в ту секунду я верю, что поет он их только мне одной, и никому больше.

И мне правда не надо никаких бриллиантов, и в любовь я верю, но… Не для меня эта любовь просто, вот и вся правда.

Я разворачиваюсь и ухожу, но меня ловят за локоть. Это не Тимур, он не успел бы. Это Дашка.

– Куколка, ну ты чего? – Она обнимает меня, а я не могу сдержать рвущиеся наружу слезы. Чертовы месячные, ну почему все так остро у меня!

– Нельзя так делать потому что, – всхлипываю и отстраняюсь. – Жестоко пытаться давить на меня моей любимой песней.

– Ну он же не знал, что ты так отреагируешь.

– Зато ты знала, – высказываю ей. – И не надо говорить, что не ты помогаешь ему. И про песню, и про цветы, да? Даш, зачем?

– Я просто хочу, чтобы ты счастливой была, – пожимает подруга плечами, и ее глаза тоже наливаются слезами. Вот дуры две, а.

Песня заканчивается, я слышу аплодисменты толпы, а потом Леху, который внезапно оттаскивает от меня Дашку.

На секунду теряюсь, а потом замечаю Тимура. Ясно, Захаровы в дуэте работают против меня.

– Саша, все в порядке? – подходит он ко мне и спрашивает слишком взволнованно. – Так плохо пел, что довел до слез? – Он посмеивается, и я подхватываю веселье тоже, легонько улыбаюсь. Я не буду устраивать концерт, точно нет.

– Просто неважно себя чувствую, – отмахиваюсь и даже почти не вру. – Спасибо за этот крутой день, но я поеду.

– Такси? – спрашивает с улыбкой. Киваю. Знает, что в машину к нему не сяду. – Тогда подожди меня минуту, я вызову, хорошо?

Зачем-то снова киваю, позволяя ему. Я вообще очень многое позволяю сегодня.

Бросаю взгляд на подругу, вижу в ее глазах сожаление, но не хочу пока копаться в этом и просто выхожу из ресторана, куда следом выходит Тимур. На дворе уже ночь, улицы совсем пустые.

– Может, все-таки отвезу? – говорит он, стоя за спиной. – Уже поздно, я буду волноваться.

– Не стоит, – качаю головой. – Все будет в порядке.

– Тогда напиши мне, что добралась. Пожалуйста. Если не хочешь, чтобы я знал твой номер или соцсети – пиши Даше, а мне Леха скажет, я попрошу, ладно?

«Как все они тебе обо мне докладывают, да?!» – хочется мне спросить, но закрываю рот. Прямо сейчас не хочу быть язвой.

Мою спину обдает жаром через секунду, а еще через мгновение перед лицом появляется букет. Гортензий, конечно. В этот раз розовых.

Меня немного смущает, что он дарит их именно так, но как раз это и помогает мне принять решение очень быстро. Я хватаю букет в руки и сразу же отстраняюсь.

Слишком. Близко.

– Тимур… – хочу сказать ему хоть что-то, глядя на эти цветы, но тут подъезжает такси. Вовремя как никогда!

– Это просто огромное спасибо за работу, помощь и в целом сегодняшний день, – спешит он сказать хоть что-то, чтобы я приняла букет, и я решаю, что красивые цветы – это меньшее, что было в сегодняшнем дне, и хуже ситуацию они уже не сделают.

Оставляю на прощание легкую улыбку и сажусь в такси, не решаясь сказать хоть что-то.

Один из самых ярких дней в моей жизни стал однозначно еще и самым запутанным…

Глава 10

Тимур

У нас варят отменный кофе. Лучший, что я пробовал в этом городе. Уже можно гордиться?

Сижу у барной стойки и пью горький напиток, пока толпа продолжает праздновать открытие. Мне лестно, что они все сюда пришли, несмотря на то что я в команде не так уж и долго. Вечер получился крутым.

Если бы не грустная и упорхнувшая от меня Сашка. Вот веселись она тут, с нами, вечер бы был в сотню раз лучше.

Что случилось-то, я и не понял даже… День был такой классный, она открытая сегодня как никогда, даже не фыркнула на меня ни разу. Я цвел, как восьмиклассница, на которую наконец-то обратили внимание, а потом вдруг с ней что-то случилось. Видел, что она плакала, но в душу не решился лезть. У Александры там на семь замков закрыто, пробираться надо постепенно, а не с ноги, как на какой-то тусовке.

Постепенно – это не про меня, если уж совсем честно, мне гораздо ближе как раз с ноги, но тут приходится ломать себя и терпеть. Ну ломаю. И терплю.

Вообще день больше радостный, конечно. Ресторан, пацаны мои, наконец-то опробованная новая сцена, Саша. Саши было много. Саша улыбалась. Саша… ох, Саша, как же меня занесло-то так, а?

– Она просто переводчица, – вдруг слышу голос друга. Он садится рядом и пародирует меня. Придурок. – Переводит тут, работает и ничегошеньки больше не делает, да, Тимур? – усмехается Кирилл и просит бармена сделать ему кофе.

– Иди на хрен, – усмехаюсь ему в ответ. Ну что мне ему ответить? Что она не «просто»? Да тут слепому видно, я уверен. – Просто иди на хрен, ладно?

– Чуть руку мне не вырвал, ревнивец, – опять смеется.

– А нечего распускать, – уже не рычу. Не распускал он ничего, это меня накрыло просто. Вот станет Сашка моей – я успокоюсь. Наверное. Ну немного точно! А сейчас кроет, ничего поделать с собой не могу.

– А