Плебейка - Александра Плен

– А почему они сами не рожают? – поинтересовалась я. Клавдий пожал плечами.

– Думаю, виноваты мутации, – ответил он, – по статистике, которую «Альфа» начала вести чуть больше сотни лет назад, ДНК доминов все больше отличается от людской. Они живут все дольше и дольше, их способности растут, становятся сильнее. Например, наш император правит уже сто тридцать лет. – Я присвистнула, – но у него всего два прямых наследника. А у некоторых доминов вовсе нет детей.

«Природа сама регулирует численность, – подумала я, – естественно тех, кто живет дольше, должно быть меньше. Согласно гипотезам Вольтерра скорость гибели каждого вида животного пропорциональна его численности. На одного хищника, а доминов можно так назвать, приходится в сотни раз больше „травоядных“, считай обычных людей, а если умножить на разницу в длительности жизни, то…»

– Слухи ходят, что домины сейчас усиленно ищут возможность клонировать младенцев искусственно, – продолжал говорить Клавдий. – Но это не точно, вполне может быть, что слух пустили они сами, чтобы пари охотнее соглашались на контракт.

– А если это правда и домины добьются своего… – задумчиво произнесла я, – то ваш мир разделится на сверхлюдей и их рабов… Жуть какая.

В комнате разлилось напряженное молчание.

– Почему вы соглашаетесь на такие условия? – я нахмурилась, – почему не ставите условия в ответ? Ведь можно торговаться. От вас, простых женщин, зависит выживаемость доминов, их дальнейшее существование. Есть же что-то типа профсоюза, Клавдий говорил. Можно обговорить требования. Им придется, если они хотят продолжить свой род, идти на уступки.

– Всегда найдутся те, кому нужны деньги, кто попал в сложную ситуацию, как мы, например.

– Ладно. А взносы? В профсоюзе будут их платить и помогать тем, кто попал в эту самую ситуацию. Откажется одна, другая, третья, десятая. И домины задумаются. Тогда можно будет торговаться.

Аврора горько улыбнулась.

– Ты пойми, как раз таких, которые отказываются, единицы. Большинство рады и счастливы, – я ошарашенно уставилась в ее лицо, – наивные дурочки надеются на большую любовь, ведь они год будут жить в доме домина и, конечно, завоюют его сердце. Домины сами подогревают интерес. С их подачи выходят имагори о любви между наследником империи и простой плебейкой, книги той же тематики, распространяются слухи о том, что какая-то красавица вышла замуж за домина и сейчас живет на Родосе или Крите…

– А они женятся…?

– Нет! Никогда, – отрезала Аврора. – Договор предусматривает лишь рождение ребенка и передачу его отцу с отказом от всех прав для матери. Женщин выбрасывают как использованную тряпку и больше никогда о нас не вспоминают, только если захотят родить еще одного. Даже зачатие происходит искусственно, врачом на кресле, а никак не в постели. За год жизни на Родосе, я видела отца своего ребенка лишь два раза и то, мимоходом.

Я опустила голову. Смотреть на искаженное ненавистью лицо Авроры было неприятно. С другой стороны, хорошо, что она хоть начала высказываться об этом, выплескивать злость и горечь. Мама говорила, что это первый путь к исцелению.

Глава 11

На следующее утро за мной приехала черная кога магистратуса. Я нервно заверила друзей, что даже если моя карта подойдет самому императору, ни о каком рождении ребенка речи быть не может. Я действительно собираюсь уйти в свой мир, как только появится возможность.

Приехали мы в громадное пятиэтажное здание из стекла и мрамора на севере города. Оно напоминало Пентагон и представляло собой правильный пятиугольник, построенный на небольшой возвышенности. У меня взяли кровь и почему-то лимфу. Потом засунули на полчаса в странную длинную трубу, чем-то похожую на наш томограф, только страшнее. Врач сказал, что результаты будут известны через час и попросил подождать в итери, по-местному, кафе. Оно, кстати, было бесплатным. Все финансировалось доминами – на своих детей они денег не жалели.

Через час меня пригласили в кабинет и выдали знакомый прямоугольный документ. Я попыталась прочитать пару строк, но ничего не поняла. То ли информация была закодирована, то ли моих знаний латинского не хватало, чтобы разобраться в хитросплетениях медицинских терминов. Единственное, что было понятно – несколько пустых строчек внизу, на оборотной стороне карты, оставленных для имен детей или фамилий доминов, от которых их родят. «Как только перейду в свой мир, тотчас выброшу», – подумала я, разглядывая непонятный документ, ощущая себя животным, которое пометили. Если бы я не боялась, что из-за меня у Просперусов будут неприятности с законом, то ни за что бы ни согласилась на такое унижение.

«Нужно реже ходить в очках, – подумала я, – будет трудно, зато смогу чаще замечать переходы». Как назло, сейчас если они и возникали, то или далеко от меня, или не в мой мир.

– Всего доброго, – попрощался со мной доктор.

– А… – я растерянно моргнула, не зная, что делать дальше.

– Если вы кому-нибудь подойдете, вам сообщат, – добавил он прохладно. Наверное, подумал, что я из тех дурочек, которые сразу побегут рожать доминам детей.

Магистратус, ожидавший около коги, окинул вопрошающим взглядом. Я вытащила из кармана мерзкое удостоверение и помахала перед его носом. Мужчина скривился, открыл мне дверь и отправил с водителем домой.

Следующим утром я поздно встала. Авила, весь прошлый вечер терзавшая меня бесконечными вопросами о столкновении в клубе и моем фирменном ударе по носу, умотала в школу. Я повернулась на спину и заложила руки за голову. Улыбнулась, услышав вдалеке лай собак, крик петуха. Эти звуки наполняли сердце теплом. Я чувствовала себя так, как будто я дома, под Москвой, в деревне у бабушки. И различия между нашими мирами незначительны. Я могу хоть сейчас взять с тумбочки телефон и позвонить маме, могу отправиться с подружками в кино или кафе, выйти во двор поиграть с собакой, сходить в местный магазин купить вкусностей и так далее…

Просперусы жили, как по-нашему, в частном секторе. Здесь было мало магазинов и развлечений, зато их усадьба и соседние могли похвастаться большой территорией, собственным садом, бассейном. Многие держали домашних животных, коз, кур, однажды я даже слышала мычание коровы.

Продукты Аврора и Клавдий покупали у фермеров, колонов, по-местному.