Согретая льдами. Книга 2 - Лидия Вьюжная

— Лучше? — обратился ко мне Люцерий.

— Да, намного, — ответила ему, подарив легкую улыбку. — Как ты?

— Жить буду, — улыбнулся он, позволяя лекарям влить в него очередной артефакт силы.

Когда с раной короля было покончено, мы снова остались в кабинете втроем.

— Попробуем повторить? — иронично спросил Кейн, привлекая наше внимание.

— Если в том же ключе, то даже начинать не хочу, — сразу же выразила свою позицию, чтобы не допустить того, что произошло раньше.

— Уже не хочешь быть моей любовницей? — максимально расстроенным голосом спросил мужчина.

— Кейн, — прорычал Люцерий.

— Да ладно тебе, это лишь шутка, — отмахнулся его друг.

— Снежа, если ты не хочешь делать так, как было задумано, то предлагаю тебе занять место рядом со мной. Мы будем какое-то время на возвышении в начале казни. Так все увидят, что ты под моей защитой.

— Очень разумно, Люц. Что тебе помешало предложить этот вариант раньше?

— Собственнический инстинкт, — мимолетно вбросил фразу Кейн. — Видишь ли, мы, чернокожие, очень ревнивы. Он привык к тому, что его игрушки принадлежат лишь ему.

— Жду не дождусь, когда смогу надавать тебе по заднице, — фыркнула я.

— Да-да, я помню о твоем желании валяться на матах, — хохотнул Кейн.

— Меня не посветите? — приподняв бровь, вмешался Люцерий.

— Я попросила Кейна тренировать меня.

— А как же я? Хуже?

— О, Всевышний! Люц, не начинай, — закатив глаза, я тяжело вздохнула. Как же тяжело с этими мужчинами. — Ты занят государственными делами. Не хочу тебя отвлекать по пустякам. Уверена, что Кейн справится с обучением и моей физической подготовкой, а с тобой будем заниматься магией.

— Я тебя знаю совсем немного, но уже ощущение, что ты прибрала нас к рукам, — заметил Кейн.

Люцерий улыбнулся. Я же в свою очередь не очень поняла смысл его слов. У меня нет желания заводить гарем и властвовать над ними. Всего лишь хочу наверстать упущенное.

Заметив мою озадаченность, Люцерий решил поменять ход разговора.

— Нам пора на казнь. Снежа, держись слева от меня, пока не поступит других распоряжений. Постарайся быть послушной, мы все-таки сейчас делаем все, чтобы защитить тебя и сохранить мою репутацию.

— Слушаюсь и повинуюсь, — сделала шутливый поклон.

— Укротили непокорную, — рассмеялся Кейн, за что был награжден испепеляющим взглядом.

И все-таки он очень меняется в компании Люцерия. Перестает быть неприступным и холодным. Даже шутить умеет. И чувствует себя свободно и вольно. Интересно, как еще он раскроется со временем? Все-таки мне с ним придется провести много времени на тренировках.

— Идем, — распорядился Люцерий, прерывая наши пререкания, и направился к двери.

Справа от него занял свое место его друг и главнокомандующий, а слева я. Многое осталось загадкой. Разговор не дал ответов на которые я рассчитывала. Оставалось ощущение, что от меня скрывают нечто важное.

Глава 13

Почему-то мне казалось, что казнь должна состояться в тронном зале. Кто ж мог подумать, что у этого народа выделено специальное помещение?

Мы долго спускались по лестницам, миновав множество поворотов. Если верить ощущениям, то наша компания оказалась глубоко под землей.

Никакой сырости, конечно, тут не было. В таком месте, где на поверхности пекло и сажа, странно было бы ожидать чего-то «земного». Ориентироваться можно лишь по спертому воздуху.

Коридоры, ведущие в зал казни, не были примечательны: каменная кладка и свечи. Но вот сам зал оказался той еще роскошью. Так сказать, «в последний путь со всеми почестями».

Все так и кричало о дороговизне. Не то, чтобы я восхитилась и глазела по сторонам с открытым ртом. Разве что чуть было не застыла, когда увидела, что не только кресла высокопоставленных наблюдателей отделаны драгоценностями, но еще и драпировка, служащая оформлением.

По всему залу стелился полумрак, разгоняемый светом огоньков от свечей. От этого камни переливались, будто подсвечиваемые изнутри.

Сами кресла обиты благородной бордовой замшей. И это не только три, которые выделены для главной свиты, но и те, что стояли для свидетелей.

М-да! Умеют же шикануть на широкую ногу. Ни в чем себе не отказывают. Но это их дело и лезть во внутренние устои нет никакого желания. Единственное, что я поняла, взглянув на эти изыски, что сама такого никогда не допущу в Леделии.

Мы пришли далеко не первыми. Все места в зале уже были заняты. На беглый взгляд здесь находилось человек пятьдесят.

Вот и мы проследовали к креслам, но садиться не стали. Мне пришлось внимательно следить за поведением Люцерия и Кейна, чтобы не оказаться посмешищем. Ведь так просто допустить ошибку, когда не знаешь традиций. А мне нельзя допустить промашку, не сейчас. Все-таки мы здесь из-за меня.

Хотя я считаю себя абсолютно невиновной. Тот мужчина спровоцировал своей грубостью.

— Благодарю всех за присутствие, — обратился к своим подданным Люцерий.

После этого он сел в центральное кресло и взглядом указал мне сделать то же самое. Без промедления я последовала совету. С этого места открывался прекрасный вид на происходящее в зале.

Кейн же остался стоять.

— Все вы знаете по какой причине мы сегодня собрались в этом зале. Один из нас решил, что правила, установленные и чтимые веками, можно игнорировать, — холодно, словно робот, вещал главнокомандующий.

Затем последовала долгая пауза. В зал ввели моего обидчика, так неаккуратно выразившегося о моем статусе в этом замке. Сопровождали несчастного четыре чернокожих охранника.

Что удивительно, маска, которую я налепила ему в порыве негодования, так и оставалась на месте. Без моей поддержки магия продолжала действовать. Даже не задумывалась, что мои силы могут быть столь самостоятельны.

— Анрих, научный исследователь второй ступени, ты приговариваешься к полному опустошению и изгнанию за пределы замка. Желаешь ли высказаться перед свершением приговора?

Мужчина кивнул, но сказать ничего не мог. Маска сдерживала его лицо.

Чуть склонившись к Люцерию, я решила задать несколько уточняющих вопросов.

— Вы не лишаете жизни виновных? — слегка удивленным голосом спросила я.

— Нет. Нас слишком мало, чтобы лишать жизни каждого провинившегося, — пояснил король. — Мы лишаем магии и изгоняем из замка. А дальше дело случая или удачи. Если в течение десяти лет он выживет за пределами, то имеет право вернуться. Но, ты сама была снаружи и знаешь, что эта задача не из легких.

Чудная логика. Они ценят жизни каждого, но изгнанием обрекают на мучительную смерть с маленьким шансом на выживание. Еще и из-за какой-то чужеземки…

Ну